Луна и драконы - Марина Сергеевна Комарова

Мужчина стал править лошадью, не задавая лишних вопросов, хоть и с трудом скрывая интерес. Кажется, в клане Серебряного риса умеют молчать. Очень неплохое качество.

* * *

Меня доставили на берег и показали маленькую пристань в лотосовой заводи. Пристань давно не использовалась – это можно увидеть по состоянию деревянных досок и мостика, который почти не держится.

– Ваше величество, – обратился ко мне сопровождающий из клана Серебряного риса, – здесь очень узкие тропинки. Один неверный шаг – промокнете. Может быть, вас…

– Понести? – улыбнулась я. – Нет, спасибо, всё нормально. Я хочу сама обойти этот участок.

– Одна? – Он заколебался. – Здесь не опасно, все хищники давно ушли, от духов граница тоже бережётся, но…

– Не переживайте. Считайте, это приказ.

Он явно не мог возражать против императорского слова, но потом всё же снял с запястья браслет и передал мне:

– Возьмите тогда это. Артефакт предупредит, если что-то пойдёт не так.

Я не стала отказываться и благодарно взяла браслет. Красивенький такой, из молочного камня. И в то же время достаточно простой. Зато чувствуется, как налит пхланг – под завязку. Надевать его не стала, но на пояс повесила, к остальным оберегам.

Заметив мой интерес, мужчина улыбнулся:

– Это моя внучка делает. Она лучший артефактор в Бурунг-ча.

– Повезло вам с такой внучкой, – улыбнулась я тоже. – Скоро вернусь.

После чего развернулась и направилась по дорожке направо. Нужно добраться до места, где Ла-гуа сумеет сделать задуманное. Он, паразит, всё это время был крепким орешком и не желал колоться, таинственно отвечая:

– Придём – узнаешь. Не хочу давать обещаний, которые не смогу выполнить.

И столько пафоса было в этих речах, что я даже поморщилась. Ну где он такого набрался? Надо будет на какое-то время отправить его в Обитель горных вершин, чтобы избавился от лакового налёта императорских церемоний.

В какой-то момент речной запах стал сильнее прежнего. Растения, похожие на камыш, встали стеной. Длинные плотные листья закрывали всё на своём пути. Я уже было собралась вернуться, но Ла-гуа вдруг шикнул:

– Куда?! Нам прямо.

– В кусты? – изумилась я. – Слушай, я понимаю, что тебя тянет к природе, но кто знает, что там спрятано?

Ла-гуа не проникся:

– Нам туда. Или ты хочешь бесконечно решать земельную тяжбу кланов?

Я не хотела. Впрочем, в кусты не хотела тоже, но выбора не было. Поэтому, вздохнув, аккуратно раздвинула листья и… замерла. Ох ты ж, ничего себе.

Вся открывшаяся поверхность озера была покрыта белыми и розовыми лотосами. Большие, невероятной красоты, смотришь – и дыхание перехватывает. Это… это просто невероятно. Кажется, что лепестки лотосов переливаются радужным светом, насыщены такой энергией, что рядом с ними я – девчонка с рыночной улицы.

Я смотрела на лотосовую заводь, не в силах произнести ни слова. Сердце наполнялось покоем и восторгом. Это просто невероятно. Как так вышло, что их здесь настолько много? Может быть, какое-то духовное место клана, в которое я так бессовестно вторглась?

– Эй, пацаны-девчули, как вы тут?

Величие момента разлетелось вдребезги. Ла-гуа юрко проскользнул мимо меня и с удовольствием плюхнулся в воду, растолкав остальные цветы.

Я затаила дыхание то ли от возмущения, то ли от ожидания, что его придётся спасать от гнева благородных созданий, но…

– О, Ла-гуа, пестик тебе в цветоножку, ты где шатался? – донеслось слева.

– Я всегда говорил, что он не будет сидеть в озере.

– Он обещал на мне жениться, но смотал корни!

– Ты сама выбрала другого! – фыркнул Ла-гуа в сторону белой цветочной красавицы. – А я виноват!

– А почему ты против полигамии?

Я прокашлялась:

– Простите.

Пусть у лотосов не было глаз, но чувствовалось, что все уставились на меня.

– Ла-гуа, это твоя новая подружка?

– Хорошенькая, только больно тощая. Ты бы её хоть кормил там, а!

Дар речи пропал у меня начисто. То есть я решила, что это место, полное божественной благодати, но они все сто́ят Ла-гуа. Вон как его кружат в воде, обнимая лепестками, как старые товарищи могли бы хлопать друг друга по плечам и спине. Его действительно рады видеть.

– Так-так. – Он наконец сумел выбраться на ближайшую кочку. – Ребятки, я по делу. Перед вами Сойлинг, она хорошая девушка, но есть нюанс – ещё и императрица Исан.

– У-у-у, началось!

Так, для лотосов мой титул явно не то же самое, что для людей. Как той, что пришла из другого мира, это не так обидно, но представляю, как бы это ударило по самолюбию настоящей Сойлинг. Ну или кого другого из правящей семьи.

– Да, все мы неидеальны, – согласился Ла-гуа. – Однако у нас тут в самом деле серьёзная ситуация. Вы тут давно, поэтому нам нужно понять, как между собой взаимодействуют кланы Серебряного риса и Алых молний? Чья это земля по праву?

Некоторое время лотосы молчали, потом белая красавица произнесла:

– Серебряного риса. Уж это мы точно знаем.

Я опустилась на берег, понимая, что ноги не держат. Слова лотосов – это прекрасно. Но можно ли принять их как доказательство? Ещё чего доброго обвинят в колдовстве.

Однако Ла-гуа не растерялся:

– Мы верим, а как заставить поверить людей?

Крупный розовый лотос с пурпурными прожилками подплыл ближе.

– Это как раз не так уж сложно. На границе вод обоих кланов есть Цветок памяти. Он покажет прошлое. Цветок памяти не умеет лгать.

Надо же… Никогда о подобном не слышала. Что-то вроде записывающего артефакта? Или божество?

Когда я озвучила вопросы, лотосы задумались:

– Для нас божество, но мы не можем точно сказать. Тут уже надо разбираться вам самим.

– Как же до него добраться? – поинтересовалась я.

Крупный лотос некоторое время помолчал, но потом произнёс:

– Мы принесём карту. Но помните, дорога к нему не из простых.

Глава 31

И вот всё идёт совсем не так, как можно было подумать. Сегодняшний день можно назвать просто днём падающих челюстей. Сначала я потеряла дар речи, увидев озеро лотосов, потом услышала их манеру общаться и решила, что хуже не будет. Потому что дальше челюсти будут падать у Серебряного риса и Алых молний.

Договорившись, что карта будет завтра на рассвете, я вернулась в клан Серебряного риса, чтобы обдумать произошедшее. Получалось, что мне нужны представители обоих враждующих кланов,