Бывает и хуже? Том 7 - Игорь Алмазов

Я потёр переносицу и вздохнул. Лекция позади, но впереди ещё проводы Лавровой. А тут Гриша со своим потопом. Ну, хотя бы он в своём репертуаре.

— Так, давай по порядку, — сказал я. — Что произошло?

— Я вешал полку, — начал рассказывать Гриша. — Стасе, у неё этих баночек целая гора. Вот даже не понимаю, зачем ей столько. Шампуни, кондиционер, маска, какие-то масла, гели, крема…

— Гриша, — прервал я его. — Давай ближе к делу!

— Да-да, — заторопился он. — В общем, сходил в магазин, купил классную полочку. Всё как у людей. И вот.

Был бы я сейчас рядом — точно бы дал ему профилактический подзатыльник.

— Что вот? — вздохнул я.

— Я кран сорвал, — трагично сообщил Гриша. — Прям вот полностью. Я даже не понял сначала, как так вышло. Да и потом не понял. Ну и короче, вода в потолок хлестать стала.

— А ты что сделал? — уточнил я.

— Полотенце воткнул, — ответил Гриша. — Стасино, розовое такое, пушистое. Ой, это же её любимое, она меня теперь…

Рука-лицо.

— Гриш, воду перекрой, — вздохнул я.

— А где это? — тут же спросил он.

— Идёшь в туалет, — вздохнул я. — Это место в квартире, где у тебя унитаз стоит. Слева от унитаза, в нижнем правом углу, за бачком есть металлическая труба, идущая вертикально. Это стояк. На стояке есть кран, рычаг такой. Поворачиваешь его на девяносто градусов так, чтобы он стал поперёк трубы. Понял?

— Понял, — торопливо ответил Гриша. — Девяносто градусов, поперёк. Сейчас!

В трубке раздался топот, потом грохот падающего стула, потом крик «Чёрт!», потом ещё какие-то звуки, природу которых я предпочёл не идентифицировать. Через минуту Гриша взял трубку.

— Сань! Помогло! — радостно заявил Гриша.

— Да неужели? — отозвался я.

— Серьёзно помогло! Вода перестала бить в потолок, — сказал друг. — Это же прекрасно!

— Просто великолепно, — согласился я.

— Сань, приезжай, а? — жалобно попросил Гриша. — Без тебя я не знаю, что дальше делать! Сейчас сосед ругаться придёт, а я что? А я ничего.

— Я приеду, — куда же мне деваться. — Но позже, у меня дела ещё. Пока что убери всю воду, сходи к соседу, узнай, сильно ли его затопил.

В трубке воцарилось молчание.

— О нет… — убитым голосом произнёс друг.

Надеюсь, он не продырявил там ещё и трубу с кипятком.

— Что? — спросил я.

— Стася в душ теперь не сходит! — воскликнул Гриша.

Ёлки-иголки, вот это он проблему нашёл.

— Кран починим и сходит, — отрезал я. — Всё, до вечера.

Положил трубку и снова устало потёр виски. Гриша не даёт заскучать, однако.

Я убрал телефон и отправился в поликлинику, на проводы Лавровой.

Проводы Юля организовала достойные. Заказала доставку еды, купила фрукты, конфеты, сок, несколько бутылок шампанского.

Заведующую пришли проводить все. Терапевты в полном составе, несколько медсестёр, включая Лену. И пара человек просто из поликлиники.

Даже Татьяна Александровна явилась, правда, держалась отдельно ото всех. Но на это было как-то и всё равно, впрочем.

— Дорогие коллеги, — начала Юля, когда все расселись. — Сегодня мы провожаем нашу Тамару Павловну. Это грустный день, потому что она не просто кардиолог, а была заведующей нашего отделения много лет. И под её руководством мы работали слаженно и дружно.

Тут есть места, где можно поспорить, но разумеется, никто не стал.

— Я сама пришла сюда зелёным врачом, и меня учила работать именно Тамара Павловна, — продолжила Юля. — Как и Саша, и Стас. Она научила нас думать. Задавать вопрос «почему?» перед каждым диагнозом. Не лениться открыть лишнюю книжку перед сложным случаем. Помнить, что за каждой историей болезни стоит человек. Я очень благодарна вам, Тамара Павловна. И очень рада, что вы выбрали именно тот путь, который вам подходит.

Все дружно чокнулись, кто соком, кто шампанским, и проводы начались.

Лаврова вспоминала разные истории, то и дело смешные. Елена Александровна, расчувствовавшись, назвала Тамару Павловну «сестрой по работе».

— Да, нам будет не хватать вас, — подала голос и Татьяна Александровна. — Вряд ли хоть один заведующий сможет руководить отделением так же хорошо, как и вы.

Она красноречиво посмотрела в мою сторону.

— Я и не спорю, — усмехнулся я. — Каждый заведующий руководит по-своему, а не копируя стиль предыдущего. Тамара Павловна, нам будет вас не хватать.

Татьяна Александровна поджала губы и села на место.

— Тамара Петровна, — вновь взяла слово Юля. — Мы подготовили для вас небольшой памятный подарок. Это от всех нас. От терапевтов, от медсестёр, от санитарок. Мы долго думали, что подарить. И решили, что для кардиолога подарок должен быть кардиологический.

В коробочке лежал кулон, маленькое серебряное сердце на тонкой цепочке. Очень красивое, нежное, с маленькими драгоценными камнями.

— Спасибо вам, дорогие мои, — ахнула Тамара Павловна. — Я и не ожидала, если честно… Какая красота!

Она тут же надела кулон на шею и улыбнулась. Снова пошли тосты, воспоминания.

Я думал о том, что какой бы ни была Тамара Павловна, уходить ей сейчас всё равно было тяжело. Но это правильный шаг, желание быть ближе к семье вполне логично.

Татьяна Александровна вскоре ушла, сославшись на усталость. А мы посидели ещё пару часов.

Вечером, когда все уже начали расходиться, Тамара Павловна подозвала меня для личного разговора.

— Я хотела сказать вам отдельно, — начала она. — Александр Александрович, я рада, что оставляю отделение вам. Лучшего заведующего этим людям и не найти.

— Спасибо, — улыбнулся я.

— Это не всё, — Лаврова явно нервничала. — Я никогда не устану извиняться. В общем, я долго в вас сомневалась. Даже не так. Я не видела в вас и десятой части того потенциала, который, как оказалось, был. Я не верила в вас. А сейчас вы тот самый человек, которому я с лёгким сердцем отдаю отделение. Спасибо вам за всё.

Я посмотрел на Тамару Павловну. Да, полгода назад Саня Агапов был совсем другим человеком, в прямом смысле. И вряд ли бы он когда-нибудь стал заведующим.

— И вам спасибо, — сказал я. — Вы тоже сыграли роль в моём становлении. Я рад, что вы поедете к семье. Вы заслужили отдых.

— Берегите отделение, — улыбнулась Лаврова. — И главное, берегите себя. Не сгорите так, как сгорела я.

— Такого не будет, — пообещал я.

Тамара Павловна улыбнулась и ушла. Я осмотрел терапевтов, которые уже расходились. Конец старой эпохи, теперь это моё отделение. Необычно.

После проводов поспешил домой, а точнее, к Грише. Дверь открыла Стася с ведром воды в руках.

— Привет, — кивнула она. — Проходи, основное действие у нас в ванной происходит.

Ванна встретила меня понурым Гришей и запахом сырости. Вода с потолка уже не капала, но залило его основательно. Расковырянная стена, сорванный кран, перфоратор.

По