Путь домой - Джон Демидов

Сергей, а что касается твоего вопроса — будет лучше, если ты его задашь при этих людях, потому что я, вопреки мнению большинства, совсем не всеведущ, и многого не знаю, а эти люди смогут ответить практически на любой вопрос.

Мысленно я признал справедливость слов своего собеседника, а потом пододвинул к себе кресло Уварова, поставив его рядом с креслом Романа Григорьевича, и усевшись в него, тут же начал свой рассказ:

— Во время последней нашей встречи Роман Григорьевич поручил мне разобраться с ситуацией на Балтике, и сейчас я могу вам с гарантией сказать, что не только решил вопрос с вражескими магами, уничтожающими наш флот, но и успешно разобрался с Лосс и ее последователями, то есть побережье полностью свободно от враждебных форм жизни. Если нужно — с кораблями я тоже разберусь, но для этого мне от вас нужен ответный жест…

— Я уже говорил тебе, Сережа, — перебил меня Роман Григорьевич еще более усталым голосом, чем раньше, и тут же продолжил: — При всем нашем желании мы не сможем предоставить тебе никакого оружия, потому что его у нас сейчас даже в виде прототипов.

Услышав эти слова, я пренебрежительно отмахнулся, после чего успокоил хозяина кабинета:

— Нет, Роман Григорьевич, вы меня не поняли… Оружие мне не интересно. Мне просто нужна информация… И все.

Эти слова серьезно удивили моего собеседника, и если раньше он еще позволял себе относительно расслабленный вид, то сейчас он подобрался, словно хищник перед броском, и внимательно наблюдая за моим лицом произнес:

— Это какого же рода тебе потребовалась информация, что ради ее получения ты решил пойти на конфронтацию с далеко не самым последним человеком в нашем государстве?

Я хотел ответить, но именно в этот момент действие моего навыка закончилось, и генерал Уваров вернулся на место, вот только если до своего исчезновения он буквально пылал гневом и яростью, то сейчас его лицо было бледным, как полотно, а его идеально отглаженный китель оказался порван и испачкан.

Когда он увидел меня рядом с Романом Григорьевичем, то в его глазах вспыхнул самый настоящий ужас, после чего он попятился, споткнулся о ножку стула своего соседа, и чуть не упав, ринулся прочь из кабинета с умопомрачительной скоростью.

Вид генерала напугал собравшихся гораздо сильнее его исчезновения, потому что каждый подсознательно примерил его состояние на себя, и испытывать тот же набор ощущений совсем не горел желанием. Вместо этого они уставились на меня совсем не добрыми взглядами, но я уже давно перешел черту невозврата, а потому не обратил на них никакого внимания, упорно продолжая стоять на своем:

— Как и обещал — ваш Уваров в целости и сохранности возвращен обратно, а теперь вернемся к моему вопросу… Лосс действительно пала от моей руки, но после ее смерти у меня возник один единственный вопрос… Я точно знаю, что где-то в мире есть еще несколько подобных тварей, и я хотел бы получить от вас координаты их расположения.

Роман Григорьевич задумался с очень серьезным видом, но подстава прилетела совсем не с его стороны… Неожиданно из-за стола поднялся один из мужчин, и без какого либо страха посмотрев в мои глаза, спросил прямо в лоб:

— Скажите, Сергей… А не связан ли ваш этот интерес с таинственной колыбелью, которая совсем недавно прогремела на весь мир? Вы говорите, что и магов прогнали, и Лосс победили, и весь такой молодец-пострелец, а не вы ли тот счастливчик, кто смог первым попасть под купол в Балтийском море, который вполне может укрывать ту самую колыбель?

Мне очень не понравилась проницательность этого типа, и чувствуя, что я ступаю на очень тонкий лед, я покачал головой, а потом ответил:

— Нет, здесь мне нечем вас порадовать… А мой интерес обусловлен тем, что очень уж вкусной оказалась награда за убийство твари такого масштаба, как Лосс, и мне захотелось это повторить…

Пока я говорил, то прямо видел, что этот мужик не собирался верить ни единому моему слову, а как только я закончил — он посмотрел на меня долгим, задумчивым взглядом, а потом медленно произнес:

— Знаете… Я понял ваш интерес, и у меня даже есть информация о местоположении одной из интересующих вас тварей… Вот только поделюсь я этой информацией исключительно после того, как вы покажете мне системные логи сразу после убийства Лосс.

Мда… Это был самый натуральный шах и мат. Я прекрасно понимал, что если я выполню требование этого мужика, то вся история с колыбелью моментально станет общедоступной, и в таком случае не видать мне нужной информации, как своих ушей. Но и заставить человека говорить на глазах у десятка генералов я тоже не мог…

Несколько мгновений я колебался, взвешивая все за и против, чувствуя невероятную досаду на самого себя за то, что не предусмотрел такого поворота событий. Сейчас я понимал, что если откажусь, или попытаюсь уйти от ответа, то сразу же потеряю все.

Потеряю доверие Романа Григорьевича, потеряю возможность получать информацию из первых рук, и, возможно, потеряю ту самую тонкую нить, которая связывала меня с этим миром…

Но, с другой стороны, я понимал и то, что информацией всё равно пришлось бы рано или поздно делиться, и да, с одной стороны, мне было очень грустно, что не получится в одно лицо получить доступ ко всем пяти усилениям, которые давала колыбель, но, с другой стороны, землянам тоже надо расти. Если у них появится свой сильный носитель, то что же тут плохого? В конце концов, я не мог вечно быть единственным, кто решает все их проблемы, и если я своими руками дам им возможность стать сильнее, то может быть это где-то мне зачтется…

Переведя взгляд на расколовшего меня мужика, я неловко усмехнулся, а потом спокойным голосом сказал:

— Хорошо, я сделаю это. Но сразу хочу вас предупредить, что эта информация крайне конфиденциальная, и всем подряд знать ее точно не стоит. Если она выйдет за пределы этого кабинета, то последствия могут быть катастрофическими, при чем не для меня, а для всей нашей страны.

В следующее мгновение в зале поднялся шум возмущения. Многих очень сильно возмутило недоверие с моей стороны, и они начали активно обсуждать, что с каких это пор, вчерашний курсант взялся учить генералов? Они явно не привыкли, чтобы кто-то диктовал им условия, вот только мне на их мнение было плевать…

К моему счастью, Роман Григорьевич хотел побыстрее разобраться с происходящим, а потому поднял руку и чуть ли не