Принц Дарий - Alex Nik

— А сколько тебе, солдат, надо пива?

Судя по вытянувшейся физиономии горе-солдата, он явно не ожидал такого ответа, а точнее вопроса. Он сделал вид, что стряхивает дорожную пыль с одежды, а сам тем временем собрался с духом и подобрал слова для продолжения беседы.

— А по бочонку на брата, но пиво должно быть не простое, а золотое. Братья, я правильно озвучил ваши пожелания⁈

Пять кинжалов и еще несколько других колющих предметов вонзились в тело наглеца. В полной тишине уже мертвое его тело упало плашмя на пол. За спиной принца тихо возмущались церковники, в полной тишине это было прекрасно слышно всем.

— И зачем надо было ножики марать? Мы бы его и так придушили.

Ветер удивленно обернулся на эти слова, но потом, осознав их смысл, начал тихо смеяться. Через полминуты ржали уже все присутствующие. Нервное напряжение дало о себе знать. Только церковники переглядывались, не понимая, что такого смешного они сказали. А потом вообще началось какое-то сумасшествие. Быстрые сборы, последние приказания Длинному, которому надо было успеть закончить допросы и казнить оставшихся виновных. При этом пожелания принца касательно казни были весьма поучительны для молодой троицы, которая теперь сопровождала его по возможности везде, где могла.

— Длинный, долго не задерживайся здесь. Допроси до конца всех и быстренько развесь их по стенам. Я думаю, такие гирлянды на стенах этого замка будут хорошим примером для всех тех, кто пойдет против меня или моего отца. И постарайся сделать так, чтобы висели они красиво, все-таки заговорщики, а не воры какие-то. После этого часть своих людей отправь на вылавливание и возвращение в строй солдат, которые разбрелись кто куда после поражения армии. Пусть создают засады на ближайшем пути от столицы до свободных баронств. Я хочу, чтобы ни один солдат вражеской армии не добрался до дома, а если кто и доберется, то чтоб его всю жизнь бил озноб от ужаса при одном воспоминании об этом походе.

Длинный ничего не сказал в ответ, только низко поклонился принцу, хотя до этого такой привычки за ним не водилось, и удалился. Троица, услышавшая этот приказ, при первом же удобном случае устроила яростное обсуждение.

— Он что, еще не выиграв сражение, уже готовит ловушки⁈ — возмущался Дергес.

— Он маньяк! Казни всех изменников, но зачем устраивать это представление с гирляндами мертвецов? — вторил ему Морт.

В ответ на эти возмущенные реплики Черный лишь посмеивался. Он прекрасно понимал принца и точно знал, что слова его уже через час будут известны всем. Люди, конечно, какое-то время поспорят насчет необходимости ловушек (а как же иначе, ведь можно было бы пополнить армию дарийцев, чтобы увеличить шансы на то, чтобы разбить армию баронств), но скорее всего, придут к единому мнению, что принц принял это решение, потому что полностью уверен в своей победе, и количество сомневающихся именно в таком исходе предстоящей битвы убудет в разы.

А про гирлянды мертвецов на стенах и спрашивать не нужно. Слухи о принце как раньше, так и сейчас ходили очень разные, один страшнее другого. Но все они сходились в главном — Дарий — маньяк, ужаснее которого еще поискать. А сейчас идет война, отец наделил его всеми полномочиями, так что он имеет полное право поступать так, как считает нужным. Если деморализовать противника перед битвой, дать ему понять, с кем он имеет дело, то и победа будет не за горами.

Черный, задумываясь о приказах принца, несколько раз задавал себе другой вопрос — а как бы он сам поступил на его месте? И всегда приходил к одному и тому же ответу! Мстил бы до конца, и не менее жестоко, чем принц. Правда, в изобретательности и хитрости ему до Дария было очень далеко, но на то он и святой принц.

Споры троицы о правоте поступков принца были вскоре прерваны подзатыльниками Громилы и персональным пинком Ветра зазевавшемуся Морту. Что самое удивительное, Черный ловил себя на мысли, что такое обращение к нему, лицу дворянского происхождения, его совершенно не коробит. Он прекрасно понимал, что в пинках и подзатыльниках учителей принца не было злости и ненависти, это было их проявлением любви учителя к ученику. Они просто не умели выражать свои эмоции иначе. Его друзья по несчастью, похоже, были того же мнения. Во всяком случае, он не заметил, чтобы их возмущенная реакция превратилась в злобу или черную ненависть.

Морт просто с обожанием смотрел на Громилу, и тут Черный был готов согласиться с Ветром в его предположении о внебрачном сыне здоровяка. Уж слишком они были похожи. А Даргес вообще впал в ступор от изумления, когда Ветер, неожиданно и играючи, схватил его за ухо и со славами «а лентяи-Тени нам не нужны» отправил в объятия Морта, только что приземлившегося на задницу после его же пинка. Некоторое время после этого случая Даргес очень удивлялся и сокрушался о том, что его смог так нагло скрутить какой-то гвардеец. Но поговорив потом, во время похода к столице, с одним из Теней, на странно потерянный вид которого нельзя было не обратить внимания, он успокоился, потому что узнал, что с этим «отморозком» даже Тени не хотят связываться. Вот и думай, что за странно чудесные такие учителя у принца.

Бешеная скачка, наконец, закончилась, и вот она столица. Час езды, не более.

— И чего мы ждем? — вопрос Морта был обращен к его новым друзьям — Черному и Дергесу.

Черный неподвижно лежал напротив него, расслабляя затекшие от длительного перехода ноги, и задумчиво смотрел на столицу. Дергес же живо повернулся и с возмущением ответил:

— Если ты заметил, Морт, Дарий ничего не делает просто так. Если ждет, значит так надо. И не нам обсуждать его поступки.

Морт лишь кивнул в ответ. Против таких пламенных речей и сказать-то нечего.

— Да, Дарий очень не прост, — это уже присоединился к разговору Черный. — Когда я в первый раз его увидел в зале, был очень удивлен тому, как он выглядит. Более того, все мои представления о десятилетнем, вернее, уже скоро одиннадцатилетнем ребенке были сразу перечеркнуты, — Черный задумчиво почесал свою густую шевелюру, как бы вспоминая те события. — Дергес, ведь он же с тебя ростом, да и плечи, наверное, такой же ширины. А ведь ты его старше, как минимум, на три года.

Дергес призадумался, сравнивая ширину своих плеч с принцем, и ответил:

— На четыре, это как минимум.

— Во-о-т! А как он двигается! Он даже чем-то похож на Тень. А ведь Громила утверждает, что их занятия продолжались лишь несколько месяцев. За это время научиться так ходить невозможно. Я прав,