Эксфэр - Максим Небокрад

— Ты должен был нам всё рассказать, — строго сказал папа. — Как можно о таком умолчать?

— Не хотел вас беспокоить.

Мама опять заплакала, папа покачал головой, и вдруг заговорила Аня:

— Если бы не Костя, многих уже не было бы в живых.

— Ань…

— Они должны это знать, — сказала она. — Ты спас мою жизнь, ты спас жизнь Роберта, ты спас детей, ты спас сотни людей, ты останавливал убийц! — Аня поочерёдно посмотрела на папу и маму. — Если бы не Костя, меня бы сейчас здесь не было. Он был самым эффективным эксфэром за всё время существования УСАД!

— «УСАД»?

— Управление по сбору и анализу данных, — ответил я. — Так мы назывались.

— Почему тебя обвинили в госизмене?

— Сменилось руководство и меня заставили участвовать в… не очень хороших делах. У нас были разные взгляды, поэтому я сбежал.

— «Сбежал»? — уточил папа. — Это не тюрьма, чтобы из неё сбегать.

— По контракту я не мог уволиться, — сказал я. — А ещё они нацепили на меня электронный браслет.

— Вот козлы редкостные, — обозлился папа. — А мне лапши на уши навешали. Говорил же тебе, Люда, что это вздор! Мой сын и государственная измена? Твари!

Мама осторожно приобняла меня и спросила:

— Сынок, а способность эта… Откуда это? Люди разное говорят…

Я ободряюще улыбнулся:

— Мам, ты не верь телевизору. Эксфэры получают способности от Солнца.

— Это ещё как? — удивился папа.

— Знаю, звучит странно, но… но, в общем, всё из-за космической энергии. Никакой дьявольщины и прочей ерунды здесь нет.

Мама вздохнула, и я услышал в этом вздохе огромное облегчение.

— Дурдом, — сказал папа. — Весь мир рехнулся, и мы вместе с ним.

— Эксфэры существовали всегда. Просто не все о них знали.

— Как теперь жить будешь? — спросил папа. — Тебя же по всей стране ищут.

— Знаю, пап, — сказал я. — Но это всё не имеет значения.

— Как не имеет? — Он перевёл взгляд на Аню. — Тебе семью строить, детей воспитывать.

— Правильно, — закивала мама. — Надо адвоката хорошего нанять. Пусть разбираются!

Разговор уходил совсем не в то русло. Я снова встретился с Аней глазами, опустил мурлычущего Рыжика на пол и сказал:

— Есть ещё кое-что.

— Да, сынок?

— Вам нужно уехать в безопасное место.

— Костенька, о чём ты?

— Мам, ничего ещё не закончилось, — произнёс я. — Я должен убедиться, что с вами всё будет в порядке.

— Да чего нам твои ФСБшники сделают? — спросил папа. — Закон есть закон!

— Я о «Лотосе», пап.

— А они тут причём?

— Через вас они могут добраться до меня, понимаете?

— Нет, не понимаем.

Мне не хотелось говорить им, что я собираюсь открыто сражаться против «Лотоса» — знал, что не поймут и закатят истерику. Поэтому лишь сказал:

— Пап, так надо.

— Я вообще ничего не понимаю, — нахмурился папа и, сложив руки на груди, смерил меня тяжёлым взглядом: — Опять от нас скрываешь что-то?

— У «Лотоса» есть информаторы. Если они узнают про меня, то узнают и про вас.

— И что с того?

Разговор заходил в тупик, но тут помогла Аня:

— Костя уникальный эксфэр. Если «Лотос» узнает про него, к вам приедут в первую очередь.

— Зачем? — тревожно спросила мама.

— Их лидер использует эксфэров для своих целей, — ответил я. — И отказы не принимаются.

— Они могут убить вас.

Аня говорила прямо, но абсолютно верно. Судя по лицам родителей, её слова они восприняли с должной серьёзностью.

— Надолго уехать придётся? — спросил папа.

— Не знаю, но точно не на пару дней.

— С работой что делать?

— Пап, с деньгами проблем не будет, поверь.

— И куда ты предлагаешь нам уехать?

— Есть один домик, — ответил я. — Хороший, современный. Там и интернет имеется.

— Чей домик?

— Лидера нашей команды.

— Какой команды?

— Эксфэров, пап. У нас команда эксфэров.

— Ой, что-то мне нехорошо. — Мама встала, налила себе воды и в три глотка осушила стакан.

— Мам, всё будет нормально.

— «Нормально»? Костя, во что ты вляпался⁈

— Мам…

— Люда, сядь и успокойся, — сказал папа. — Надо так надо.

— Ты поедешь с нами.

— Не могу, мам. Бросать остальных я не вправе.

— Сынок…

— Люда, не позорь сына перед девушкой, — спас ситуацию папа. — Ему же не десять лет, в конце концов!

Мама, кажется, обиделась и, смирившись, принялась накладывать еду. Я не стал ничего говорить, потому что боялся, что они вдруг передумают. Как бы то ни было, все новости они приняли стойко: даже не ожидал, что всё закончится так просто.

К ночи мы с Аней разместились в моей комнате. Мама постелила мне на полу, а Ане — на кровати. Я держал на груди Рыжика и без остановки разговаривал с ним. Его мысли временами были путаны и однообразны, но довольно интересны — по крайней мере, сейчас. Он просил меня почесать то в одном месте, то в другом, а я с охотой всё выполнял.

— Ты с ним уже полчаса говоришь, — сказала Аня. — Сколько можно?

— Интересно же, — улыбнулся я.

Из окна, сквозь тюль, падал лунный свет и огни города; на улице было тихо и безмятежно. Я и забыл, как хорошо дома.

— У тебя хорошие родители.

Я отвлёкся от Рыжика и посмотрел на Аню:

— Это правда.

— Ты не сказал им про сестру.

— Когда всё устаканится, скажу.

— И не сказал про идею Флоры. Мне кажется, они имеют право знать.

— Это придётся сохранить в тайне.

— Ты не сможешь скрывать правду всё время.

— Знаю, Ань, — вздохнул я, прикрыв глаза. — Но иначе они не согласятся уехать.

Она понимающе кивнула и спросила:

— Что будем делать завтра?

— Поедем к Муслиму домой.

— Он сможет как-то повлиять на твоё положение?

— Он — вряд ли, зато Гаранкин сможет.

— Ты хочешь встречи с директором? — удивлённо спросила Аня.

— Да.

— Думаешь, тебя не попытаются схватить?

— Пусть пытаются, — хмыкнул я.

Мы помолчали какое-то время, а затем Аня вдруг подняла Рыжика, переместила его на кровать и плавно переползла ко мне на матрас. Полгода назад я бы, наверное, жутко смутился от такой близости, однако сейчас лишь приподнял одеяло, чтобы она прильнула поближе. Аня обняла меня за грудь, положила голову на плечо и тихо сказала:

— Здесь так… спокойно.

Она чуть приподняла лицо, воззрилась на меня, и я, заметив довольную улыбку, не думая поцеловал её в губы. Дома и правда было хорошо.

Глава 44

Папе нужно было время, чтобы разобраться с делами, поэтому мы договорились встретиться через пять дней.

— В пятницу ровно в двенадцать, — сказал я. — На этом месте.

— Может, за городом увидимся? Чего лишний раз глаза на улице мозолить?

— Поэтому мы перенесёмся в машину отсюда.

Папа недоумённо посмотрел на меня, и я сказал:

— Телепортируемся.

После вчерашних откровений родители восприняли это известие без особого потрясения.

— Это ты нас?..

— Да.

— Что ты ещё умеешь? — негромко спросил папа.

— Всякое, — не стал уточнять я и, пока разговор не затянулся, добавил: — Нам пора.

Мама тяжко вздохнула и нервно сцепила руки в замок:

— Только осторожнее, Костя.

— Конечно, мам. Пожалуйста, будьте готовы к пятнице и никому про поездку не говорите.

Мама расцеловала меня на прощание, приобняла Аню, а папа крепко пожал ладонь:

— Анну не обижай.

— Хорошо, — улыбнулся я.

Я схватил Аню и, помахав на прощание, телепортировался на заднее сиденье машины. Хоть я и предупредил родителей о прыжке, внезапное исчезновение должно было немало их удивить — что ж, пусть привыкают.

— Теперь к Муслиму? — спросила Аня.

— Да, — кивнул я, пересаживаясь вперёд. — Поедем к нему.

— Он может работать без выходных, учитывая обстановку, — сказала она. — Да график какой-то должен быть.

— Дождёмся ночи, — произнёс я. — Если не появится, то найду его в другой день. Телефон я помню.

К счастью, вечером воскресного дня Муслим был дома. Открыв дверь, он предстал перед нами в домашних шортах и футболке.

— Привет, не отвлекли?

— Костя? — Он перевёл взгляд с меня на Аню и удивлённо спросил: — А ты что тут делаешь?

— Можно войти?

Он выглянул в подъезд, убедился, что никого не было рядом, и пропустил нас.

— Прав был Ярослав, когда сказал, что ты замешан в её побеге.

— Ты знаешь причины, — произнесла Аня.

— Знаю, — сказал он. — И всё прекрасно понимаю.

Я опустил взгляд:

— У тебя нет браслета.

— Сняли, как только взяли на работу.

— За тобой не следят?

— Нет.

Я кивнул и произнёс:

— Надо поговорить.