"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 - Харальд Хорф

это совершенно автоматически так,как будто делал это каждый день на протяжении многих лет. Прикоснувшись к нагрудному карману гимнастёрки, я ощутил,что в нём, что -то находится. Расстегнув клапан, я вытащил из него красную книжечку с со звездой на обложке (внутри звезды был серп и молот), раскрыл её и подойдя поближе к керосиновой лампе прочёл.

— Генерал — полковник Конев Иван Степанович.

Мягко говоря я был удивлён безмерно. Конечно можно было предположить,что за то время, пока я спал на своём месте в палате отделения реанимации, какие — то неведомые люди взяли и перевезли меня в это место, обеспечив соответствующий антураж. Но эта мысль показалась мне до того дикой,что я даже замотал головой. Тогда оставалось,что:

Первый вариант — это всё — таки сон. Правдоподобный и реалистичный, но сон.

Второй вариант- в данный момент я и есть генерал- полковник Конев Иван Степанович,будущий маршал Советского Союза, дважды герой, кавалер ордена «Победа» и прочее, прочее, прочее. Как по мне первый вариант выглядел всё же по достовернее, по сравнению с первым. Хотя и не намного более нелепым.

Скосив глаза я увидел,что на левой стороне гимнастёрки у меня находятся ордена Боевого Красного Знамени, Красной Звезды и медаль 20 лет РККА. Да кажется в начале Великой Отечественной войны у будущего маршала имелся как раз именно такой комплект наград.

Похлопав руками по нагрудным карманам гимнастёрки я нащупал в левом из них, какой — то круглый предмет. Сунув пальцы в карман я вытащил наружу круглое зеркальце. Задержав дыхание я поднёс его к своему лицу, из зеркала на меня смотрело совершенно непохожее на моё лицо, с гладко выбритой головой (такой моды в предвоенные годы придерживалось большинство командиров Красной Армии). Несмотря на то,что лицо ничем не напоминало моё, я сразу узнал его. Это безо всякого сомнения было лицо Ивана Степановича Конева. Хотя мне никогда не доводилось видеть маршала в живых, но я запомнил то,как он выглядел по множеству фотографий и кадрам кинохроники. Сомнений больше не оставалось, каким -то чудом, моё сознание переместилось на восемьдесят лет назад в тело ещё генерал — полковника Ивана Степановича Конева.

— Какой же сейчас день и год? — напряжённо думал я,- так судя по знакам различия 1941 или 1942. Сейчас я выступаю в роли командующего Западным фронтом Если мне не изменяет память будущий маршал командовал им два раза и оба раза неудачно. Первый раз, меньше месяца, в сентябре — октябре 1941 года. Плодами его командования в этот период явилась Вяземская катастрофа, когда в котле погибло ядро войск Западного и Резервного фронтов. Конев тогда едва не попал под трибунал, но благодаря заступничеству Жукова, уцелел и отправился командовать группой войск на Калининское направление. Эта группа очень скоро была преобразована в Калининский фронт. Второй раз Конев вступил в командование Западным фронтом в августе 1942 года, заместив на этой должности всё того же Жукова. На этой должности он пробыл примерно до февраля 1943 года и вновь был снят как не справившийся. Полководческая звезда Ивана Степановича начала восходить только во дни Курской битвы. Недаром свои военные мемуары он начинает с лета 1943 года, предпочтя ничего не рассказывать своим читателям о первых двух годах войны, во время которых, он увы не блистал военным талантом. Зато потом его военная карьера пошла резко в гору и в феврале 1944 года он получил маршальскую звезду. Но всё же какой сейчас год? 1941 или 1942? Что сказал этот старший лейтенант? Сюда я прибыл вчера, сразу как только Ставка назначила меня командующим. Но маршал уже убыл, к месту нового назначения. Жуков в августе 1942 года был ещё генералом армии. Значит,что? Значит, сейчас сентябрь 1941. Маршал это прежний командующий фронтом Тимошенко. Конев заменил его, если мне не изменяет память 12 сентября. И,да, Тимошенко в штабе он уже не застал, поскольку тот уже убыл на Украину,, спасать Юго- западный фронт, который окружали немцы. Значит,что? Значит сегодня раннее утро, 13 сентября 1941 года. Хорошо,что я всегда отличался просто — таки феноменальной памятью на даты. Сейчас это меня очень здорово выручило.

Все эти мысли пронеслись в моей голове как молнии. Что мне оставалось делать? А оставалось по сути только одно- выступить в роли командующего Западным фронтом генерал — полковника Конева Ивана Степановича. Какое время мне придётся играть эту роль я естественно не знал и не мог знать. Как не знал и не мог знать, какая такая сила перебросила меня из двадцать первого века, на восемьдесят лет назад, в самое начало войны, в совершенно чужое для меня тело. Впрочем времени для подобного рода досужих размышлений у меня не было вовсе. В сложившейся совершенно неправдоподобное ситуации, мне оставалось только одно: — действовать согласно словам произнесёнными когда -то Наполеоном. «Сначала ввяжемся в бой, а потом посмотрим». К счастью одной из самых сильных моих сторон было умение принимать быстрые решения, в самой сложной обстановке, не теряясь и тратя драгоценное время на пустую рефлексию. Сейчас сложилась как раз такая обстановка. Надо было идти в соседнюю комнату, где меня уже ожидал начальник штаба фронта генерал- лейтенант Соколовский Василий Данилович.

Я ещё раз вытащил из кармана круглое зеркальце, посмотрел в него и тихо сказал:

— Ну,что, Серёжа, хотел быть генералом — получи. Твоя мечта исполнилась.

Глава 2

Дневник начальника Генерального штаба ОКХ генерал — полковника Гальдера.

Запись от 12 сентября 1941 года.

…Командующий группой армий «Центр» (фон Бок) критически оценивает поставленную ему оперативную задачу. Он пытается доказать,что не сумеет осуществить охват северного фланга группировки противника. С северным флангом действительно будет трудновато, однако основная идея наших указаний остается единственно возможным вариантом решения задачи.

Дневник генерал — фельдмаршала Бока.

Запись от 13 сентября 1941 года.

Так как я до сих пор не получил ответа на свои письменные возражения против раннего разворота на Вязьму, звоню Гальдеру. Мы сходимся на том,что после удачного исхода наступления внутренние фланги танковых сил будут повёрнуты на Вязьму; из этого вытекает,что внешние двинутся в направлении Гжатска. Оборона восточного направления, таким образом, будет осуществляться ещё дальше на востоке.

Перед тем как открыть дверь и вступить в соседнюю комнату, я набрал в грудь воздуха и сам не заметил как, осенил себя крестным знамением. Да-а. Вот нисколько не суеверный, а поди ты ж! Получилось, как то само собой. Хорошо, что никто этого