"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

Рост каждого из божеств достигал двух с половиной метров. Смех одного из небожителей до сих пор звучал под сводами храма и прошествовав вперед, князь Лазарев приветственно кивнул и слабо улыбнулся.

— Арес, Танатос, Темида, давно не виделись…

Представляю вашему вниманию оставшуюся троицу Созвездий Аххеса.

Двуглавый Орф — Логан Иан.

Сцила — Ириана Урелей.

Древний Дракон — Триэдр Ксант.

Глава 25

Окончание бесед бессмертных и в преддверии сражений смертных…

Аххеский пантеон.

Ианмит. Твердыня великого дома Иан.

Главный храм Ианмита.

— Арес, Танатос, Темида, давно не виделись, — спокойно отозвался князь Лазарев, наблюдая за явлением оберегов.

— Моё почтение, коллеги, — как ни в чем не бывало отрапортовал Паллад.

— Не менее рады вас видеть, хранители, — пророкотал со смехом Арес.

Тон Танатоса кардинально отличался от всех и походил на холодный шепот близкой смерти.

— Приветствуем вас…

Один за другим силуэты небожителей Аххеса материализовывались на тронах и неспешно сходили с собственных престолов навстречу иномирцам. Рост каждого божества достигал полноценных двух с половиной метров, а у Ареса он явно был малость побольше. Сошедшие обереги фонтанировали могущественной аурой, а облачены оказались соответственно встрече. На одеяниях каждого имелся отпечаток их могущества или же отблеск направления их сущности.

Арес снизошел в полном боевом доспехе, но первое за что цеплялся взгляд оказался прямой вертикальный шрам на правой стороне лица бога Войны. А такой рубец мог означать только одно: какой-то серьёзный противник умудрился нанести это увечье на саму сущность бога. Танатос казался таким же мрачным, как и его мантия, но полуусмешка на физиономии у седовласого бога располагала к себе. Будто очень и очень близкая смерть. Богиня справедливости отличалась от своих соратников и имела более человечный образ.

Тем не менее звучал смех бога Войны недолго. Практически следом ему на смену пришел бархатистый женский голосок со слабой хрипотцой. Да, помимо Фреи, Иштар и Тиамат, Темида славилась умопомрачительной красотой не только в божественном обличии, но и в человеческом. Один взгляд покровительницы справедливости мог влюбить в себя любое враждебное воинство.

— Как всё-таки скоротечны годы. Еще совсем недавно врата между мирами только зародились, и мы поспешили во всём разобраться, а сейчас мы в шаге от того, чтобы заключить союз. Я необычайно рада данному факту.

— Ты полностью права, Темида, — хмыкнул одобрительно Зеантар. — Я рад не меньше твоего.

Приветствие между оберегами и хранителями прошло в сдержанной и относительно радушной обстановке, но когда Убийца Богов завидел небожительницу, то пулей рванул навстречу, не забыв учтиво поклониться.

— Мать моя Алина Федоровна! Темида, как и прежде я восхищен твоей красотой и величием! — очаровано выдохнул Драгун, подхватывая протянутую богиней руку. — Не сочти за грубость, но будь моя воля, непременно приударил бы за тобой.

И всё-таки разница в росте давала о себе знать. По меркам многих миров Паллад был высок, но прямо сейчас он едва ли дотягивал оберегу до плеч.

— Отчего же не приударишь? — тихо рассмеялась женщина, прикрывая рот ладонью и принимая игру хранителя. — Вижу с прошлого раза ты ничуть не изменился.

— Боюсь, если начну действовать, то мои жены отрежут мне кое-что очень ценное, — покаялся с невинной улыбкой Драгун. — А я весьма ценю любые части своего тела. К тому же с богиней Жизни и Смерти шутки плохи. Хотя и помимо них имеются те, кто умеет мастерски орудовать острыми железками.

— Ах! Как всё же жаль, — с наигранной тоской и обидой вздохнула Темида, глядя на хранителя Орсилая. — Именно так всё всегда и происходит. Стоит найти достойного жениха, как я сразу же остаюсь ни с чем.

— Может оно и к лучшему, Паллад⁈ — гулко расхохотался Арес с весельем взирая на романтическую сцену и вклиниваясь в беседу. — Темида хоть и хороша собой, но тоже на многое горазда. Одним словом — женщина! Это сейчас она остепенилась, а видел бы ты её тысячелетия три-четыре назад…

— Тебе вообще следовало молчать, Арес, — хмыкнула насмешливо покровительница справедливости. — Вспомни себя молодым.

— Давно это было, — закряхтел по-стариковски бог Войны, прохаживаясь из стороны в сторону и отдаваясь прекрасным грёзам былого. — Есть что вспомнить. Сейчас меня мало что радует, — вдруг пожаловался оберег хранителям. — Пока блуждаешь по необъятному Астралу время летит будто комета, а стоит вернуться назад на Вечное Ристалище, как одно поколение людей уже сменило другое.

— Перестань роптать, — прохрипел недовольно Танатос. — Паллад и Зеантар прибыли сюда не для того, чтобы выслушивать твои жалобы.

— Кстати, — спохватилась внезапно Темида, глядя на иномирцев. — А где Аллейда?

— Увы, — поморщился Паллад. — Наша любимая хранительница Мерраввина отсутствует. Запропастилась куда-то, — а после как бы невзначай указал на бога Войны. — Может быть, гуляет по Астралу как Арес? Мы с Захаром не шибко любим грешить похождениями по тонкому миру. Шкурка… тонковата.

— Смертность — как дар, так и проклятие, — усмехнулся бог смерти.

— Не поверишь, Танатос, но пока не жалуюсь, — развёл руки в стороны Драгун, переглянувшись с криво усмехнувшимся Захаром. — Я более чем наслышан о божественности от своих девочек. Благодаря женам я могу заполучить божественную искру в любой момент, но подобная сила наложит очередную уйму ограничений.

— Но в итоге твои жени богини переживут тебя. Переживут других твоих супруг. Переживут ваших общих детей, — заметила колко богиня Справедливости. — Смертные вроде бы говорят, что родители не должны пережить своих отпрысков.

— Поверь, Темида, тысячелетие-полтора я протяну. Мои дети спокойно проживут пару-тройку сотен лет. Само собой, моими стараниями и стараниями моих жен, а к тому времени мы что-нибудь придумаем. Не так ли, Зеантар?

— Я не намерен жить вечно и не желаю подобного, — спокойно отозвался хранитель Земли. — Память обо мне будет жить в моих детях. Этого для меня достаточно.

— Какой же ты всё-таки зануда, — скривился безрадостно Драгун.

Над сводами зала вновь зазвучал грохочущий смех Ареса и тот крепко сжал плечо князя Лазарева.

— Мне импонирует твой подход, Зеантар. Очень импонирует.

— Ладно, дамы и господа, — вдруг хлопнул в ладони Паллад, окидывая