Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Ты не понял, — понизил голос гимназист. — Нам в этом какой смысл?

— Свои же люди, — потер я большим пальцем о средний и указательный, — сочтемся. Только бы статус эксклюзивного дилера этому заводику организовать. Чтобы лишних людей от кормушки отсечь.

— Логично, — несколько раз задумчиво кивнул Линев. — А этот твой завод, насколько он подконтролен? И как много понадобится инвестиций?

— Вся прелесть схемы в том, что завод на стадии запуска, дополнительные капитальные вложения минимальны. А по контролю… Да это уже частности, по большому счету. Решим. Ну по рукам?

— По рукам, — улыбнулся Слава. — Вернемся в Форт, сведу тебя с нужными людьми.

— Замечательно.

— Слушай, Евгений, — присел рядом давненько уже прислушивавшийся к нашему разговору Алекс, — а для меня местечка не найдется?

— Чего так? — удивился я.

— Да все, кончилась наша бригада. Антон в Гимназию переводится, Виктор Петрович вообще не пойми куда. Молчит как партизан. Еще и Семена с собой берет охранником. А мне с накопителями Иванова разобраться — раз плюнуть. Монтаж, наладка, пуск сети. Не проблема.

— А это идея! — обрадовался я. — Не теряйся, главное, никуда.

— Да, и еще, — парень вытащил из кармана коробочку глушителя. — Можно запитать эти штуки от энергии накопителей, тогда нечисть и близко не сунется!

— Ты поосторожней! — даже побледнел Линев. — Они же самоуничтожаются! Только полезешь внутрь и без головы останешься!

— Ерунда, — отмахнулся парень. — Тут маркировка есть, взрыватель на доступ кислорода настроен, в нейтральной среде надо разбирать. Только вот если начинка алхимическая, мне одному не справиться.

— Я через брата попробую специалистов привлечь, — заинтересовался предложением Линев.

— Алекс! — окликнул вдруг парня Виктор Петрович. — У тебя сканер запищал!

— Да ну на фиг! — Вскочив на ноги, Шумов метнулся к своему рюкзаку и в сердцах выругался: — Ох ты мать!

— Что случилось? — моментально насторожился бригадир ликвидаторов.

— Асинхронные колебания пошли. Нас они не достанут, но интенсивность постоянно растет.

— Это вы о чем сейчас? — открыл глаза все это время спокойно подремывавший Напалм.

— Такие колебания верный признак прорыва энергии, — лихорадочно проверяя показания каких-то приборов, зачастил Шумов и поправил едва не свалившиеся с носа очки. — Вероятно, взрыв привел к перебою естественного тока магической энергии…

— Или, наоборот, восстановил нарушенные ранее потоки, — предположил Слава Линев.

— Да, блин, без разницы! — Шумов принялся лихорадочно запихивать в рюкзак глушители, потом убрал в футляр очки и заорал: — Ну чего вы сидите?! Валим отсюда!

— Что за паника? — удивилась раскрасневшаяся из-за выпитого спирта Оксана. — Нас ведь это не затронет!

— Нас нет, а вот тех, кто снаружи, затронет, и еще как! — пояснил Алекс.

— И что с того? — в недоумении уставился на ликвидаторов Линев.

— Теоретики, блин! — только и махнул рукой Шумов. — Последствия энергетического выброса на органику напомните мне? — И тут же заорал: — Да не сидите, собирайтесь!

— Мутации? — предположила Оксана.

— А если это уже мертвая органика? — Василенко, морщась, натянул на правую кисть кожаную перчатку и окликнул Лымаря: — Семен, патронов много осталось?

— Кот наплакал, — сосредоточенно перебирая свой арсенал, ответил тот.

Я заразился всеобщей нервозностью и поспешил проверить, заряжена ли двустволка.

— Какая разница, мертвая органика или живая? — застегнул висевшую на поясе сумочку Слава. — Не въезжаю я в ваши заморочки чего-то!

— Живая мутирует, мертвая… — Алекс продел руки в ремни рюкзака и подпрыгнул на месте, поудобней утрясая его на спине. — А с мертвой разные гадости случаются. Думаете, просто так трупы в крематории сжигают?

— Мертвецы превратятся в ледяных ходоков? — сообразила наконец Оксана.

— Если в ледяных ходоков, ничего страшного, — направился на выход Василенко. — Вот помню, бродягу одного завалило в подвале, а там магическая линия фонила. Так он за полгода в такого монстра превратился, что вспомнить страшно.

— Это на Доватора, что ли? — вскинулся Лымарь. — Чуть не порешил нас, зараза.

— Все, бегом! — заторопил всех Алекс. — Может, получится проскочить.

— Эй, остынь, — окликнул его Напалм. — Скажи лучше, какая температура за бортом?

— Тридцать пять, но скоро опять пойдет вниз.

— Минус тридцать пять?

— Да иди ты! — Заметно разнервничавшийся парень остановился в дверях и дернул за рукав Василенко: — Давай быстрее!

— Стоять! — прикрикнула на ликвидаторов поднявшаяся с пола Вера. — Пять минут погоды не сделают!

— Чего еще?

— Сколько у кого патронов?

— У меня один рожок полный, во втором несколько патронов осталось. — Виктор Петрович накинул на плечо ремень АКМ и взял в другую руку саквояж.

— Двадцать патронов к автомату, — сообщил девушке Лымарь. — И штук тридцать двенадцатого калибра.

— Может, отдашь тогда АКМ кому-нибудь? — предложила Вера и закинула чехол со снайперской винтовкой за спину. — Дробовик против мертвецов эффективней будет.

— Алекс, держи. — И Лымарь протянул автомат Шумову. — Поосторожней с ним только. Нас не подстрели.

— Да ладно, чего ты, — обиделся парень. — Все путем будет.

— Бери вон свое тряпье, — указал мне на развешанный у печи белый плащ Бородулин. — Пятно полностью не сошло, но его и так почти не видно.

— Ага, спасибо, — поблагодарил я химика и накинул маскхалат поверх куртки. — Слава, а что с вашей экстренной связью?

— Ну чего ты опять начинаешь? — поморщился гимназист. — Ну не работает она через Границу!

— А если пограничники в Туманный перешли?

— Зачем им это?

— Ну думаю, такой всплеск излучения и до них запросто докатиться мог.

— Да и базовые станции чарофонов в Туманном есть, — добавил Алекс. — Кто-то же их обслуживает, в конце концов…

— Хорошо, я поставлю в автоматический режим трансляцию по служебному каналу сигнала бедствия, — согласилась Оксана.

— "Спасите наши души, мы бредим от удушья… — добавив в голос хрипотцы, моментально откликнулся на эти слова Напалм. — Спешите к нам!"

— Да помолчи ты! — оборвала его Вероника и повернулась ко мне: — Евгений, как ваше ясновидение?

— Никак, — честно признался я. — Хотя что-то и начинает вроде проклевываться.

— Тогда с двустволкой пойдете замыкающим. Хорошо?

— Договорились.

— Впереди я, Семен и Виктор Петрович.

— А я? — уточнил Алекс.

— Прикрываешь Евгения. Все, на выход!

Пока не выбрались на улицу, весь извелся. Раньше-то ясновидение всегда подсказать могло, чего ожидать следует, а тут будто глаза завязали. Неизвестность полная. Еще и воображение всякие ужасы рисует. Умом все понимаю, но нервную дрожь остановить никак не получается. Ледяные ходоки что — ерунда на постном масле. А вот если горожане при взрыве уцелели, у нас будут большие проблемы. Летальные, можно даже сказать.

Как ни удивительно, реальность оказалась куда страшнее созданных воображением ужасов. Нет, нас не караулили на выходе толпы зомби, да и уцелевшие рейнджеры — если таковые имелись — не торопились выскакивать из засады.

Просто очень уж невероятная картина нам открылась. До самой кромки леса голая земля. Ни сугробов, ни пожухлой травы, ни бурьяна.