Системный целитель 4 - Алексей Ковтунов

вас некроз уже начался, плюс инфекция распространилась на окружающие ткани, плюс явные признаки газовой гангрены. Могу, конечно, залить всё это энергией и надеяться на лучшее, но рациональнее будет сначала удалить поражённые участки хирургическим путём, а потом уже заращивать чистую рану. Быстрее получится, эффективнее, да и результат будет лучше. Даже шрама не останется, если всё сделать правильно.

Твердлов несколько секунд смотрел на меня и хлопал глазами. То ли удивился, то ли зауважал, не знаю. А может просто оценивал, по этому человеку так сразу не поймешь, что у него на уме.

— Ладно, — наконец кивнул он и повернулся к одному из своих людей. — Грач, проводи целителя в медблок, пусть готовится. Мы тут закончим через десять минут, потом приду.

Боец, которого назвали Грачом, молча кивнул и направился к выходу, явно ожидая, что я последую за ним. Я бросил последний взгляд на руку барона, прикинул в уме, сколько времени займёт подготовка, и двинулся вслед за провожатым.

Медблок располагался в отдельном крыле здания и производил впечатление вполне приличного полевого госпиталя. Несколько кушеток, шкафы с медикаментами, стерильные боксы для хранения инструментов и даже какое-то подобие операционного стола с хорошим освещением. Видимо, барон привык к тому, что его люди регулярно возвращаются из прорывов не в лучшем состоянии, и озаботился созданием соответствующей инфраструктуры.

Грач остался стоять у двери, молча наблюдая за моими приготовлениями. На вопросы он не отвечал, просто смотрел и запоминал, как будто его задачей было потом доложить барону о каждом моём движении. Ну и ладно, пусть смотрит, мне не жалко.

Я достал из карманов необходимый инструмент, который всегда носил с собой на случай экстренных ситуаций. Скальпели, зажимы, иглодержатели, пинцеты, шовный материал и кое-что ещё по мелочи. Всё это отправилось в металлический лоток, который я нашёл в одном из шкафов, а затем я щедро плеснул туда медицинского спирта из найденной там же бутылки и поднёс зажжённую спичку.

Пламя вспыхнуло синеватым светом и охватило содержимое лотка, превращая спирт в огненную ванну для инструментов. Грач заметно напрягся при виде огня, но ничего не произнёс, только чуть сдвинулся в сторону, как будто готовился при необходимости быстро покинуть помещение.

Фламбирование, старый добрый метод стерилизации, который использовали ещё в девятнадцатом веке и который до сих пор остаётся одним из самых надёжных способов избавиться от патогенной микрофлоры в полевых условиях. Не так эффективно, как автоклавирование, но зато быстро, наглядно и практически гарантирует уничтожение большинства известных бактерий и вирусов. А учитывая, что я собирался иметь дело с анаэробной инфекцией, лишняя предосторожность точно не помешает.

Когда спирт выгорел и инструменты остыли достаточно, чтобы их можно было взять в руки, появился барон. Он вошёл в медблок своей тяжёлой походкой, огляделся по сторонам с видом хозяина, который лично инспектирует каждый уголок своих владений, и без лишних церемоний уселся в кресло рядом с операционным столом.

— Ну что, готов? — поинтересовался он, выкладывая раненую руку на подлокотник.

— Почти. Сейчас проведу анестезию и начнём.

— Какую ещё анестезию? Я же говорил, некогда мне.

— Местную, — терпеливо пояснил я. — Я заблокирую срединный и лучевой нервы в области предплечья, и вы просто не будете чувствовать боль в кисти. Сама процедура занимает буквально минуту, зато потом я смогу спокойно работать, а вы не будете дёргаться от каждого прикосновения скальпеля.

Барон задумался на секунду, потом пожал плечами.

— Ладно, делай. Только быстро.

Я набрал в шприц раствор анестетика и прощупал точки, где срединный и лучевой нервы проходят достаточно близко к поверхности, чтобы их можно было эффективно заблокировать. Две инъекции в область запястья и ещё две чуть выше, в проекции локтевого нерва для полноты картины. Через несколько минут барон с удивлением пошевелил пальцами и констатировал:

— Странное ощущение. Двигаются, но как будто не мои.

— Так и должно быть. Моторная функция частично сохранена, а сенсорная заблокирована. Теперь можно работать.

Я взял скальпель и приступил к операции, которая обещала быть не самой простой, но зато интересной. Некротизированные ткани приходилось иссекать послойно, стараясь не задеть то, что ещё можно было спасти, и одновременно удаляя всё, что уже было безнадёжно поражено инфекцией. Работа требовала точности и концентрации, но я занимался подобными вещами ещё в прошлой жизни и руки помнили каждое движение.

Тем временем барон, казалось, совершенно не обращал внимания на то, что происходит с его конечностью. Он откинулся на спинку кресла и заговорил тем же тоном, каким обсуждал бы погоду или цены на зерно.

— Вот скажи мне, целитель, что вообще творится с этой коллегией? Я к ним обратился с простой проблемой, а они начали мне про какие-то анализы втирать, про градусники куда не следует, про то, что нужно раздеваться полностью. Совсем спятили?

— Похоже на то, — кивнул я, не отрывая взгляда от операционного поля. — Новые правила от Великой Светлой Системы, судя по всему.

— Какие ещё правила? Раньше такого бреда не было!

— А теперь, видимо, есть. Кто-то там наверху решил, что целителям нужны дополнительные предписания, и понеслось… — пожал я плечами.

Барон издал звук, который можно было интерпретировать как нечто среднее между рычанием и хмыканьем.

— Светлая опять чудит, что ли? Но тогда почему целители из твоего профсоюза этим правилам не следуют?

Хороший вопрос, и ответить на него честно я при всём желании не мог. Не станешь же объяснять боевому барону, что этот самый профсоюз был создан буквально на коленке и существует в основном благодаря тому, что я лично выдумываю идиотские правила и заставляю коллегию им следовать.

— Потому что Светлая не всем может указывать, что делать, — спокойно проговорил я, продолжая аккуратно отделять мёртвые ткани от живых. — Точнее указывать она может кому угодно, но кому-то на это плевать…

Твердлов задумчиво хмыкнул, переваривая эту информацию.

— А личный целитель мой, между прочим, сейчас в больнице лежит, — сообщил он после небольшой паузы. — Неделю с градусником в жопе провалается, а то и две. А ведь его просто поразило паралитическим ядом в природном прорыве… Вот ведь бедолага, тридцать лет воевали с ним бок о бок, а теперь пришлось сдать на такую экзекуцию… А что ему там наговорят? Может, он тоже будет лечить по этим правилам теперь?

Я едва удержался от того, чтобы не расхохотаться прямо над операционным полем. Да уж, шутка действительно может выйти из-под контроля. Впрочем, смешного