Ленинград-61 (Книга первая) - Игорь Яр

не зря опасался: ситуацию действительно государство под контролем держит? Но ведь девушка не приведёт в КПЗ, или как это тогда называлось? Скорее, похоже на конспиративную квартиру.

Пытаюсь вспомнить, как же этот дом выглядит в «моё» время, обычно у себя ориентируешься по рекламам и названиям магазинов, но пока до такого очень далеко. Не зря здесь главное украшение домов - фасады, а не яркие вывески! Но память так и не выручила: обычно больше смотришь на новые «высотки».

Шаги громко отдаются под лестничными панелями, девчонка ни разу не оглянулась: уверена, что иду за ней. Невольно поглядывал на стройные ножки в капроне, неужели в это время уже такое носили? Но тут же мысленно шлёпнул себя по затылку: не о том думаю!

Вот и наша цель - массивная филёнчатая дверь с двумя замочными скважинами. И здесь три почтовых ящика с наклеенными вырезками из названий газет и журналов. Словно смотрю старый советский фильм - до чего же знакомо. Света лестничного окна хватает – несложно разглядеть надписи на ящиках: «Арсеньева», «Маслак», «Штерн». Невольно гадаю: какая же у «Лизаньки» фамилия?

А ещё: откуда ключи у девчонки, неужели не испарились при переходе? Потом доходит: могла забрать в доме на будущей Светлановской площади, или её спутник передал ещё на вокзале. Сам ведь тоже оставил настоящие ключи на Мишкиной квартире? Точно, так и есть: вдобавок разглядел на девичьем запястье изящные часики.

Звон ключей и скрип замка гулко разносятся по лестничной клетке. Из распахнувшейся двери пахнуло совсем по-домашнему. Ещё повеяло теплом, чему обрадовался, потому как на лестнице слегка замёрз. Или это «отходняк» такой после перехода? В коридоре полумрак, «Лиза» тянется в угол и щёлкает выключателем Настенный светильник-«шишечка» под самым потолком добавил света, высветив простенькие персиковые обои с незамысловатой «ёлочкой». Но даже с моей прихожей не сравнить, даром что Наташка ругалась: «Живём, как в склепе!»

Небогатое жильё кажется знакомым: деревянная вешалка перед комнатной дверью, с полочкой под головные уборы, настенный телефонный аппарат с диском, на нем два полукружья - цифры и буквы, на бечёвке – книжечка и карандашик. Под потолком самодельные антресоли и велосипед без колёс, под ним оцинкованное корытце и тазик.

Сама хозяйка уже сняла пальто, оказавшись в тёмно-синем платье по колено, с длинными рукавами. Последовал примеру, пристроив куртку между мужским пальто и плащом. Сосед или…

- Если не против, найду тапочки, а то проходите в туфлях, протру быстренько!

Разумеется, предпочёл переобуться, а девушка скинула туфельки и зашлёпала в тапочках по паркетному коридору. Достала ещё один ключ, открыла дальнюю дверь слева, с извинением предложив подождать.

Окинул взглядом прихожую: всего четыре двери, не считая проёма справа. При этом мучительно пробую вспомнить, где же такое видел, даже зажмурился от напряжения. И только бросив взгляд в угол, где подвешены три электрических звонка, соображаю: да почти как у бабушки Елизаветы в маленьком городке Тутаеве, где ещё с мамой гостили в девяностых и где позже сам проходил стажировку!

От этого открытия неожиданно стало легче, уже попросту принимаю тапочки - почти по размеру! Видимо, кого-то из родственников, может, и мужа? Нет, колечка же не заметил. Хотя, неизвестно, как тут с этой традицией: носят ли? Но заставил себя не думать о ерунде, оставил туфли в углу у двери, рядом с ботиками и галошами. На этом нехитрый обувной парад завершался. Почему-то именно этот минимализм окончательно дал понять, что действительно нахожусь в старом Ленинграде. И Великая война кончилась всего лишь полтора десятка лет назад.

Стою, не решаясь сделать шаг, в коридоре тихо, только из кухни доносится радиотрансляция. Это сразу понял: передавали новости, но голоса другие, не привык к таким. Удивляют ударения и, главное, манера разговора, со старательным выговором каждого слова. Впрочем, может, всё проще: техника в это время такая, что иначе никак?

- Проходите, не стесняйтесь! – девушка спешит нарушить затянувшуюся паузу.

Осторожно зашёл в комнату: не то что боялся, просто не знал, как реагировать на то, чего, по сути, давно уже нет. Но в присутствии девушки старался не выдавать робости. Зато убедился, что здесь не одна комната, а две, судя по открытой слева ещё одной двери. «Лиза» заметила внимательный взгляд.

- У нас с тётей смежные комнаты. Как остались одни – закрыли вторую коридорную дверь шкафчиком. Между комнатами просто перегородка, поэтому перенесли проём туда. А ещё здесь свой кран с раковиной: и умывальник, и мойка сразу. Это ещё папа при заселении сделал - не каждому так везёт.

- Только вдвоём живете?

- В этих комнатах мы с Валентиной, а ещё дядя Семён, но он сейчас в порту – навигация начинается! Его обычно всё лето не бывает, так что почти отдельная квартира - теперь девчонка смущённо улыбнулась, словно призналась в хитрости.

- Для двоих нормально!

-