Куратор 3 - Никита Киров

Понял, почему он это говорит. Об этом раньше писали, что таким манером обходили несовершенную защиту публичных нейросетей, которые отказывались писать запрещённые темы. Это был один из самых первых и известных способов сделать обход.

Но его сразу прикрыли.

— Не бро, не выйдет, — Миша усмехнулся и встал, но держал телефон перед собой. Видно, как за ним менялась комната с оранжевыми обоями. — На такое я не попадусь. Мне пора идти.

— Подруге своей пошёл вдуть? — веселился Саша.

— Прости, бро… I can't generate explicit or sexual content.

Твою дивизию. Ещё и произношение ровное. Вот и посыпалось всё. Но где же настоящий Миша?

— А ты чего это на инглиш-то перешёл? — Саша покосился на меня, начиная что-то подозревать. — Ты ещё на китайском скажи.

— Дуйбуци, бро, — ответил Миша и продолжил без всякой заминки: — Во буннэн шэнчэн сэцин нэйжун. Жугуо ни сянъяо…

От неожиданности Саша выронил телефон, но голос Миши продолжал без запинки говорить на китайском языке.

— Это что за нахер? — Саша с ужасом уставился на экран.

Я протянул руку и отключил звонок.

— Короче, будем разбираться, — сказал я.

Глава 21

Людям вроде Трофимова свойственно выстраивать систему, которая может работать какое-то время, даже когда их самих не станет. Конечно, такая система работает недолго, порой буквально часы, но она не исчезает одновременно со своим создателем.

Пока я вёл поиски и звонил по телефону, вспомнился один случай, который прочитал давным-давно в одной книге. Когда свергли Робеспьера, казни шли по инерции ещё какое-то время, и пока все спохватились, гильотина срубила много голов.

Тут у нас было почти то же самое. Хотя Трофимова ещё не свергли, и он был готов драться. Но его взяли в оборот, причём серьёзно, а вот система продолжала работать по инерции. Отсюда это похищение в тот момент, когда все заняты другим.

Я опросил Сашу, видел ли он что-нибудь ещё подозрительное, а потом велел ему молчать и не поднимать панику раньше времени. После вышел из общаги, сел в машину и сразу набрал Степанова от имени Фантома, включив приложение с изменённым голосом.

Тот ответил быстро.

— Слушай, у нас тут весело, — отозвался майор сразу, даже не поздоровавшись. — Ковалёв дал приказ брать Трофимова. Вот мы и готовимся.

— Арест?

— Не совсем. У нас же тут якобы дело против генерала Кочеткова, УСБ же всё-таки. И Трофимов наш тут как свидетель. Но заодно хотим подёргивать его за пёрышки. Конспирация же, чтобы никто не просёк, — он хмыкнул. — Да вот не вышло, просекли, кому надо.

— Не вовремя, — сказал я. — Трофимов мог этого ожидать. И тогда отобьётся, если у него план есть.

— Может быть, — задумался Степанов. — Хитрый же он. Можешь что-нибудь от себя добавить? У тебя на всех компромат есть. Потому что за Трофимова сейчас вступаются беспрецедентно. Центр проснулся, проверки шлёт, бумаги, мешает, палки в колёса вставляют. Как пронюхали. Отогнать бы кого-нибудь.

— Ожидаемо, что вступились, — я завёл двигатель машины и выехал на дорогу. — Я по другому вопросу. Один человек пропал в общежитии. Одна из целей. Тот Миша. И это точно.

— Слушай, ты сам не хуже меня понимаешь, что сейчас совсем не до него, — цинично, но честно ответил Степанов.

— И всё же надо работать, — сказал я. — Трофимов наверняка отобьётся, а вы останетесь с носом. А те своё дело продолжают дальше, и даже не останавливаются. Потому что его используют для чего-то.

— Да понимаю я, — протянул Степанов. — Слушай, я что-нибудь придумаю, — он что-то промычал. — Если есть намётки, дам его в розыск, ментов подтяну.

— Намёток нет, займись сам параллельно.

— Два дела одновременно, — майор усмехнулся.

— У меня выходит, и ты постарайся.

Я отключился.

Другая система начала бороться с системой Трофимова. Но на обычных людей в этом плане всем наплевать. А система врага работает потихоньку, не сам же Трофимов отдал приказ, он такой мелочью не занимался, но всё равно работало. Вот и надо эту систему раскачать, пока не поздно, пока все живы, и пока нет ручного управления.

Но этим надо заняться лично мне. Ниточки вели к «Горизонту», к его пока ещё неизвестному шефу, и ко всем остальным. Надо было прорабатывать всё. И как-то вытащить парня, попавшего в замес.

Миша подходил им по каким-то критериям, и их тоже нужно было знать.

Ну а мы продолжаем. Я набрал Катю, но от себя лично, не от Фантома.

— Толя, у нас сейчас очень много дел, — сказала она сразу. — Сейчас мне некогда. Что-то срочное?

— Да я знаю, что дела. У меня сосед по общаге пропал, за которым просили присмотреть.

— Миша тот? Может, где-нибудь загулял? — предположила Катя. — К девушке ушёл?

— Я ему звонил. И вместо него ответила хорошо обученная нейросеть по видеозвонку. С его голосом, внешностью, ещё и интеллектом. Но она затупила, когда начала говорить на китайском.

Она испуганно вздохнула, и стало очень тихо.

— Я сейчас перезвоню, — сказала Катя.

Наверняка хочет обсудить всё с Ковалёвым. Перезвонила она меньше чем через минуту.

— Поговорила с шефом. Он говорит, что мы очень заняты, но попробуем поднять кого-нибудь и заняться. Будем работать.

Система помогать не хочет. Но отдельные люди, как и всегда, решают все вопросы.

А как поступить мне? Можно было использовать все собранные мною доказательства, включая записи и показания Воронцова, чтобы окончательно потопить Трофимова.

Но с этим надо осторожнее, чтобы, узнав эти новые данные, наши не уничтожили потенциально сильную технологию, тогда мы откатимся на много лет, и враг нас опередит. Ещё рано.

Самый логичный ход со стороны Трофимова — дискредитировать Ковалёва и всех, кто на него работает. Если у старика получится, даже мои доказательства ситуацию не осложнят, потому что компрометация ослабит любые улики, какими бы железными они ни были.

Доказательства уже в телефоне, достаточно нажать одну кнопку, и они улетят куда надо. Но не сейчас, сначала нужно разобраться в другом.

Надо было понять алгоритм: в чём смысл всего дела и как оно связано с «Фантомом», и что именно они хотят использовать для обучения.

Тихомиров, да и покойный Воронцов говорили про человеческий фактор, что надо использовать и его. И это имеет смысл, ведь обычный программный вирус, пусть и продвинутый, слишком рискованно, особенно в системе обороны.

И тут нужен человеческий фактор. Люди, которые отдадут приказ и примут решения. Или их цифровые копии, которые появятся внезапно и сделают всё, что нужно.

Но просто так это не работало. Они это понимали и что-то хотели доработать, проверить, испытать, дообучить. Закончить дело.

И