Код личности - 3 - Елена Кароль

— Тебе это с рук не сойдет! — рыкнул он. — Я на тебя в суд подам! Шлюха!

— Нда… — Взглянув на барона в последний раз и понимая, что адекватностью тут в принципе не пахнет, я поднялась на ноги…

И выстрелила в последний раз. Прямо в недоверчиво распахнутые глаза барона.

Он правда думал, что я оставлю его в живых? Вот наивное существо…

— Так, — пробормотала, оборачиваясь назад и слыша, что перестрелка всё не утихает, причем народ палит куда попало, всё ещё выискаивая диверсантова среди своих. — И что дальше?

— Давай пока обратно, к Газели, — решил Саша, тоже внимательно изучив хаос, который мы с ним сами организовали. — Пусть угомонятся. Чуть позже поищу громкоговоритель, сообщу всем присутствующим, что барон мертв и дальнейшая атака бесполезна. Кстати, об атаке…

Он резко шагнул вперед и заводил носом рядом со мной, как охотничий пес. После чего зло уставился мне в глаза и рыкнул:

— Ранена?

— А сам⁈ — возмутилась, потому что прекрасно видела окровавленную бочину куртки.

— Ева!

— Саша!

— Ты почему не понимаеш-шь…

— Всё я понимаю! — процедила. — Всё. А теперь бери тело и пошли!

И первая двинулась в сторону нашего автомобиля, оставляя за спиной матерящегося Сашку и барона, чей труп действительно стоило прихватить с собой. Для надежности.

Догнал меня братец уже через пару минут и всю дорогу сопел, словно это могло на что-то повлиять. Когда дошли до Газели, сумел взять себя в руки и обрабатывал мне рану с каменным выражением лица, перед этим вколов очередной обезболивающий укол и ножом расширив рану, чтобы вынуть пулю, застрявшую в кости. А кровищи-то, кровищи!

Сам он оказался ранен не так сильно, как мне показалось вначале — пуля чиркнула по ребрам, лишь содрав кожу и немного мяса. Но выглядела рана, конечно, не ахти. В итоге мы обменялись выразительными взглядами и обезбол я братишке тоже вколола, не забыв обработать края антисептиком и перевязать торс чистыми бинтами, чтобы не нацеплял грязи.

А под конец и вовсе с какой-то стати расклеилась и тяжело вздохнула, прижавшись к нему сразу, как только он притянул меня к себе.

— Вот опять же ремонт делать… — буркнула, думая в этот момент о том, чтобы из наших никого не зацепило шальной пулей, а не о ремонте. — Только всё в порядок привели… О чем он вообще думал?

— О том, что ты молодая и глупая, но слишком красивая, чтобы принадлежать другому мужчине, а Евтушенко — инвалид, который ни на что не способен, — тихо произнёс Сашка. — И что-то мне подсказывает, что так думает не только он… Я вообще удивлен, что барон так долго готовился.

— Ты про кого? — нахмурилась. — Не только он, это кто?

— Тебе полный список? — щекотно фыркнул Саша в район моего виска. — Румянцев, Касаткин, Оболенский… Черкасские? Матвей, Руслан, Влад… Но эти, конечно, поадекватнее будут. Я вообще заметил, что простые мужики более здраво оценивают свои силы. А вот аристо…

Он качнул головой и я интуитивно поняла, о чем он.

Да, аристократы привыкли получать всё буквально по щелчку пальцев. Для них нет слов «нельзя» и «невозможно». Как там говорил Оболенский?

Деньги и статус решают всё.

И так, увы, думает не только он…

Вздохнув, приобняла брата правой рукой, потому что снова пострадала левая, но на этот раз выше локтя.

— Спать хочу… Вернемся домой, сутки буду спать.

— Ложись в машине, — предложил Саша и даже подтолкнул меня к ней. — Стрельба вроде стихает, может даже получится проникнуть на территорию. Есть тут пара лазеек… Давай, Ева. Лезь в машину. Не беси.

— Да ты просто мастер уговоров, — фыркнула с долей возмущения, но потом послушно забралась в салон и легла на передние сидения боком, немного поджав ноги. Всё-таки длины машины было недостаточно, чтобы лечь, вытянувшись во весь рост. — Будь осторожен.

— Буду.

Саша исчез в ночи, словно бесплотная тень, а я прикрыла глаза, но сон не шел. Пять минут, десять… Ко мне подкралась дрема, но я всё равно была настороже, прекрасно понимая, что враг рядом. И уничтожен далеко не весь.

Сложно сказать, сколько точно прошло времени, тридцать минут, сорок, а то и час, но в какой-то момент я расслышала в шелесте листвы посторонний звук, но отреагировать не успела.

— Это я, без паники, — приглушенно произнёс Саша и только после этого заглянул ко мне в салон через приоткрытую дверь. — Едем. Последнее сопротивление сломлено, наши пакуют пленных и оказывают помощь раненым. Семья в порядке, успели укрыться в подвале до начала активных боевых действий. Дом почти не пострадал, сработала артефактная защита. Так, в паре мест есть сколы, но не критично.

— А люди? — поторопилась задать вопрос, пока Саша садился за руль, уже закинув тело барона в кузов.

— Среди наших погибших нет, — произнёс он твердо и только потом нехотя добавил: — С дюжину раненых, один серьезно. Но из Москвы уже едет целитель, которого я запросил через Фельдштейна. Это будет дорого, но сама понимаешь, жизнь дороже.

— Да, ты прав.

Домой мы вернулись быстро и на воротах нас пропустили без проволочек. При этом Сашка, гад такой, прямо на крыльце передал меня с рук на руки Николаю, который выглядел встревоженным, но суровым и предельно сосредоточенным, да ещё и наябедничал:

— Она раненая, а ещё голодная и истощенная. Так что делай, что хочешь, но сначала накорми-отмой-перевяжи и не выпускай из кровати хотя бы сутки.

И сбежал.

Ну и кто он после этого?

Вот из принципа захотелось сделать всё совсем наоборот, и хотя я ещё не понимала, как именно…

— Я волновался, — тихо произнёс супруг, глядя на меня таким искренне обеспокоенным взглядом, что вся моя бравада куда-то улетучилась сама.

И я тоже призналась:

— И я. Очень. Как увидела, что усадьба в осаде… — не договорив, я просто крепко прижалась к мужу.

Он умный, он поймет.

И он всё понял. Сначала распорядился, чтобы горничные накрыли мне плотный ужин прямо в моей спальне, затем лично сопроводил меня наверх и даже попытался раздеть, но… Мне удалось ворчливо отстоять свою самостоятельность и заверить, что душ я приму сама. Очень и очень быстро!

— Даже соскучиться не успеешь, — пошутила напоследок, уже скрываясь в ванной, но не закрывая дверь до конца, чтобы слушать друг друга. — Распорядись, чтобы аптечку принесли. Хорошо?

— Целитель скоро будет.

— Ой, нет. Спиши это на панические атаки перед медиками, но никаких целителей. Клянусь, они мне не нужны.

— Ева…

— Пусть сначала поможет бойцам! — Мой тон был категоричен.

Но в этот раз не сработало.

— Нет, Ева. Ты