Принцесса с сюрпризом - это я! - Наталья Овчар

В это время подошёл четвёртый абориген. Он оказался ярким брюнетом с иссиня-чёрной шевелюрой. Волосы не торчали ёжиком, как у рыжего товарища, и не падали на глаза ассиметричной чёлкой, как у блондинов, а собраны в низкий хвост длиной до лопаток. Мужчине навскидку по виду дала бы около тридцати. Его глаза насыщенного фиолетового цвета цепко смотрели из-под прямых бровей. «Пришелец» вежливо поклонился.

— Разрешите представиться. Руско́ль Сирриасви́ль. Я буду вас сопровождать во время перехода. Ваш брат ещё не очнулся? Это очень плохо. Придётся ему отправиться прямо сейчас на тосире. Садис, бросай заниматься глупостями! Подгони тосир ближе и немедленно улетай с раненым. Пусть им займётся Ло́тис. Не переживайте, мара. Ваш брат попадёт в самые опытные руки. Лотис — лучший целитель в городе.

Подошёл Кевлот, на плече которого висели две довольно объёмные фляги с зельем, а в руке он нёс широкую чашу, больше похожую на тазик. В другой руке держал обычную флягу, вроде той, из которой я пила ранее. Её он отдал мне, а сам подошёл к хорргам ближе, поставил чашу на землю и вылил в неё содержимое одной из больших фляг. С помощью Ниры я напоила брата, лежавшего без сознания, а остаток допила сама.

Рыжий соблазнитель посадил флаер рядом с нами и вместе с Русколем осторожно затащил безвольное тело Бериса внутрь, благо высота борта оказалась не слишком большой. К тому же они воспользовались левитационной магией.

Летательный аппарат бесшумно поднялся вверх на достаточную высоту, чтобы не задеть невидимую магическую преграду, и с довольно приличной скоростью рванул в сторону гор.

Дризис тем временем опасливо отодвинулся от хорргов, которые уже проснулись и даже смогли подняться на ноги, скалясь на незнакомца. Я подошла к Лелису и пододвинула к его морде наполненную зельем ёмкость.

— Пей, малыш Лелис. Твой хозяин пока не может находиться рядом с тобой, но вы скоро встретитесь. Тебе нужны силы, чтобы защищать его.

Хоррг тяжело вздохнул и начал пить. Я тем временем гладила Спирита, объясняя, что сейчас и ему будет счастье, а затем напоила боевого товарища, вылив зелье с помощью блондина из второй фляги. Парни загрузили в тосир снятую с хорргов поклажу. Закончив, они вопросительно взглянули на Русколя.

— Заводите животных внутрь контура и закройте им глаза, чтобы не мешали мне и не испугались вспышки света, иначе нас может забросить не туда, куда надо, — обратился к нам мужчина. — Вещи вам отдадут чуть позже, как только братья Декоданэ доберутся до города.

Вытащив из флаера тюк из свёрнутых одеял и подхватив обоих хорргов под уздцы, мы сплочённой командой зашли в ограниченное кристаллами пространство. Лулу уже приступила к исполнению охранных обязанностей, восседая на плече, а я уже достаточно восстановила силы, чтобы её тяжесть не пригибала к земле. Нира и Рада, взявшись за руки, последовали за мной и помогли укутать головы животных одеялами.

Русколь, очутившись внутри, направился от камня к камню, касаясь их рукой и делая какие-то пассы под невнятное бормотание на непонятном для нас языке.

— Закройте глаза, — предупредил он, а затем щёлкнул пальцами.

Вспышка света. Тьма. Желудок у горла. Хорошо, что только пила! Когти Лулу вонзились в кожу, пробив два слоя одежды. Отстригу нафиг! Лелис «хоргнул» и дёрнул головой, но я повисла, вцепившись в одеяло и прижав его к морде, чтобы оно не сползло с глаз животного. Как там девушки справились со Спиритом? Он более спокойный, а их двое. Надеюсь, одеяло удержали. Снова короткая яркая вспышка света. И просто светло. Сделала вдох. Спокойный голос нашего сопровождающего оповестил, что можно открыть глаза. Открыла.

— Вау! Красота! — прошептала восторженно, оглядываясь.

Мы стояли в огромном круге, выложенном гладкими каменными плитами. Ровными, но не отполированными до зеркального блеска, поэтому не скользкими. Забота о безопасности народонаселения — прежде всего. По периметру площадки стояли высокие колонны, штук двенадцать или больше — считать не стала, не до этого как-то было. Их венчали декоративные капители, главным украшением которых являлись огромные, ещё больше тех, с помощью которых мы сделали переход, кристаллы радужного краца. И красиво, и функционально. Грузовой портальный комплекс, не иначе.

Этот круг находился в центре городской площади, жившей собственной жизнью. Обыватели, привлечённые нашим появлением, останавливались, постепенно сбиваясь в любопытствующую толпу, состоявшую почти полностью из мужчин. Конечно, не каждый день, наверное, из портала вываливалась такая живописная компания: упакованный в кожу абориген в сопровождении двух испуганных, растрёпанных девушек и парня с синими волосами, державших на поводу двух рогатых зверюг с накинутыми на морды одеялами. Одеяла надо снять, правильно. Интересно, остальные женщины у них дома сидят и хозяйством занимаются, а выходят на улицу лишь в сопровождении мужчин?

Я, бормоча успокоительные слова, стянула со Спирита и Лелиса злосчастные одеяла и отдала девушкам. Сёстры сложили их в несколько раз по длине, а я закинула на холки животных, подоткнув под переднюю луку сёдел, чтобы не свалились при движении.

Русколь, пока занималась хозяйственными делами, подошёл к одной из колонн и вставил свой короткий жезл в незаметное углубление. Между этой и соседней колонной вспыхнула и погасла знакомая красная световая стена, и мужчина, обернувшись к нам, махнул рукой, приглашая проследовать через образовавшийся проход.

Мы прошли между колоннами, затем Русколь вынул жезл из паза и чуть ли не бегом поспешил пересечь границу. Видимо, защита объекта активировалась не сразу, а через некоторый промежуток времени, чтобы успеть выбраться из круга.

Стараясь не крутить головой, словно провинциалка, попавшая из глухой деревни в столицу, я скользила взглядом по не скрывающим своё любопытство местным жителям, одетым пёстро и разнообразно. Мне совершенно был не понятен стиль их одежды. Складывалось впечатление, что мы попали в город, стоявший на перекрёстке торговых путей разных стран и даже разных миров. Какого-то единого направления моды, характерного только для этой расы, я не заметила. Смесь востока, запада, севера и юга. Хорошо, что в одежде «а-ля Папуа-Новая Гвинея» никого не было. А так — восточные яркие шелка-разлетайки с головными уборами типа чалмы соседствовали с одеждой, к которой привыкла за годы жизни в Эрсолизии, а богато расшитые костюмы, похожие на гуцульские, контрастировали с кожаными — наподобие облачения нашего сопровождающего.

Сам город поражал необузданностью творческой мысли местных архитекторов и переплюнул в этом картины наших арт-художников, что воплощали свои фантазии с помощью компьютерной графики. Дома, башни, мосты, соединявшие ярусы города, карабкавшегося вверх с удобной равнины на уходящие в небо скалы, заставили даже