Идеальный мир для Химеролога 11 - Олег Сапфир

за ним и остальные ветераны из отряда «Химера». Следом вышла Рядовая в компании Кравцова и его трёх обезьян — Первого, Второго и Третьей. Моя группа поддержки была в полном сборе.

— Ну, господа, — я обернулся к ним, — пора наводить суету. Боевую технику забираете вы. По машинам и за руль.

Беркут только кивнул. Они без лишних вопросов распределились по оставленным броневикам Новиковых, завели движки и рванули колонной.

А вот с грузовиками дело обстояло интереснее. Я задрал голову и коротко, резко свистнул.

Небо над поляной мгновенно потемнело. Воздушный транспортный цех работал без выходных. Громадные крылатые химеры, вооружённые моими фирменными тентаклями-захватами, спикировали вниз. Шлёп! Шлёп! Мощные присоски намертво впились в крыши многотонных фур. Взмах перепончатых крыльев — и тяжёлые грузовики с ценнейшей логистикой плавно оторвались от земли, отправляясь в заданный квадрат по самому безопасному верхнему эшелону.

Спустя минуту поляна абсолютно опустела.

Агнесса переводила удивлённый взгляд с пустого места, где только что стоял её автопарк, на чистое небо. Потом она повернулась ко мне.

— Слушай… логист года, — она скрестила руки на груди. — А мы как? Пешком пойдём?

— О, а у нас с тобой транспорт будет поинтереснее. Штучный экземпляр, эксклюзивчик для этих мест.

Графиня прищурилась, лихорадочно соображая. За последнее время я столько раз расширял её горизонты реальности, что её мозг был готов к любому, даже самому отбитому повороту событий.

— Дракон? — на полном серьёзе выдала она.

— Чего дракон?

— Ну… я просто прикинула первое, во что обычно никогда бы не поверила. Вот дракон и пришёл в голову. Ты же можешь.

— Да нет, Агнесса, — я развёл руками. — Где я тебе тут в кустах дракона припаркую? Палевно, да и жрут они как не в себя.

Она нахмурилась, видимо, перебирая в голове весь известный в этом мире бестиарий.

— Ковёр-самолёт? Артефактная левитация?

— Мимо. Это физика, а я люблю биологию.

— Ну, тогда сдаюсь. Чем ты собираешься меня удивлять?

Я щёлкнул пальцами.

Из-за плотной стены зарослей грациозно вышли две белые лошади. Точнее, существа, отдалённо их напоминающие — высокие, длинноногие, с гладкой шерстью. На их спинах уже были закреплены лёгкие, обтекаемые сёдла странной конструкции.

— Прошу любить и жаловать. Поедем на этих красавцах, — представил я транспорт.

Агнесса недоверчиво осмотрела лошадей.

— Виктор, ты сейчас серьёзно? Нам нужно оказаться в Тюмени в кратчайшие сроки, а ты предлагаешь мне скакать верхом? По ночным Диким Землям?

— Выдыхай. Тебе просто нужно расслабиться. Или ты ездить не умеешь?

Она фыркнула и рефлекторно выпрямила спину.

— Я графиня, вообще-то. Отец с четырёх лет в седло сажал, потом лучшие инструктора Империи. Я в выездке и конкуре медали брала, пока бизнес на меня не свалился. Вопрос не в навыках, а в скорости!

— Вот и отлично, — я похлопал ближайшего скакуна по бархатистой шее. — Только предупреждаю сразу: эти ребята очень быстрые. С ними придётся держать темп. Зацени, кстати, сёдла. Они сшиты из правильной анатомической кожи, снабжены компенсаторами ударной нагрузки, плюс я добавил эфирную стабилизацию. Кучу денег отвалил, но зато задницу не отбивает даже на полном ходу.

Агнесса подошла к лошади. Девушка профессионально перехватила поводья, привычно упёрлась ногой в стремя и одним слитным движением перенесла тело в седло. Ни грамма суеты, настоящую аристократическую выучку не пропьёшь.

Мы надели гарнитуры с активным подавлением шума, поскольку без радиосвязи на планируемых скоростях общаться можно было разве что маханием рук.

Я запрыгнул на своего жеребца.

— Главное, не перетягивай поводья, — произнёс я в микрофон. — У них идеальный отклик на малейший импульс. Двигаем!

Лошади рванули с места без раскачки. Минуя стадию привычного галопа, они сразу ушли в стелющийся над землей спринт. Растущий по краям обзора лес быстро слился в сплошную размытую стену. Деревья, плотный кустарник, камни и глубокие овраги стремительно проносились мимо. Амортизация модифицированных костей у скакунов работала феноменально, нас совершенно не трясло. Мы буквально летели над грунтом.

В наушнике раздался азартный смех Агнессы.

Её белая лошадь обошла меня по внешней дуге, взрывая копытами влажную землю. Графиня припала к шее зверя, став с ним единым целым, и легко удерживала лидерство. В её позе и раскрасневшемся от набегающего потока ветра лице не было ни капли той загнанной, уставшей девушки бизнес-леди. Сейчас это была чистая адреналиновая эйфория.

— Я же говорила, что я мастер в этом деле! — её радостный крик ворвался в наушник. — Догоняй, химеролог! Не отставай!

Она прибавила ходу, явно ловя кураж от забытого с детства чувства скорости.

— А ты не боишься? — спросил я, держась в десяти метрах позади её скакуна. — Влетишь сейчас на поляну, а оттуда какая-нибудь десятитонная голодная тварь на перерез выскочит. Ты же в авангарде летишь, первой в пасть и попадёшь.

В динамике раздался её беззаботный смешок.

— Да ладно тебе! У тебя же, наверное, всё здесь схвачено? Могу поспорить, ты тут каждый куст прошерстил. Чего мне бояться?

Я криво ухмыльнулся, корректируя курс своего жеребца так, чтобы не срезать массивный пень.

— Ну, как тебе сказать…

А мне было что сказать. На самом деле, здесь было весьма безопасно. На ближайшую сотню километров не водилось ни одного крупного мутанта, способного отгрызть голову зазевавшемуся всаднику. И причина этого покоя крылась не в моей магической ауре. Просто мой кролик всё активнее становился полноправным хозяином этой округи.

Агнесса ещё раз оглянулась, её волосы растрепались под порывами ветра, выбившись из строгого хвоста.

Она опять меня легко обошла на повороте, причём манёвр выполнила настолько чисто и технично, что я невольно залюбовался. Графиня выровняла скакуна и со смехом сказала:

— Слушай, я, конечно, думала, что ты с животными на «ты». Да и сам говорил, что на лошадях скачешь как бог. А на деле тащишься в хвосте. Что-то я не вижу великих навыков. Неужели в этом мире есть что-то, в чём наш гениальный Виктор не является первым?

Она победно усмехнулась, оборачиваясь ко мне.

— Ага, — с широкой улыбкой отозвался я. И наклонился к самому уху своего жеребца. — Давай.

Короткий мысленный импульс скользнул по нервным узлам химеры.

Мой конь не просто прибавил скорости. Узкие, до сих пор невидимые прорези на его лопатках и боках мгновенно разошлись. Из них вырвались огромные, трёхметровые крылья. Светлые маховые перья, укреплённые модифицированной мышечной тканью, ударили по воздуху.

Мощнейший толчок в круп — и лошадь оторвалась от земли, взмывая прямо в пасмурное небо над кронами деревьев.

Внизу, на земле, лошадь Агнессы всё так же мчалась вперёд.

Из гарнитуры донёсся сдавленный всхлип, плавно переходящий в искреннее возмущение:

— Ах ты ж!.. Так нечестно! Ты что с