Мила. Принцесса легкого поведения - Тина Солнечная

Гилберт завел меня в кабинет, прикрыв, но не запирая дверь и обернулся ко мне с таким решительным взглядом, что у меня перехватило дыхание. Он не говорил ни слова, просто подошел ближе и резко прижал меня к столу, обхватив за талию.

— Ты никуда не пойдешь, — его голос был низким и глухим, но в нем звучала такая уверенность, что я невольно замерла. — Я не отдам тебя Альберту. Не после того, что было ночью.

Я моргнула, не совсем понимая, о чем он говорит. Гилберт провел пальцами по моему подбородку и склонился к моим губам.

— Прости меня, Мила, — тихо произнес он, прежде чем поцеловать меня глубоко и жадно, заставляя меня забыть о всем на свете. Я ответила на поцелуй, чувствуя, как внутри все переворачивается от его настойчивости.

— Что ты задумал? — я улыбнулась, когда он оторвался от моих губ, но тут же почувствовала, как он подхватил меня за бедра и усадил на стол.

— Это ты придумала, маленькая моя, — его голос был бархатистым, а в глазах сверкала дикая решимость. — Ты хотела, чтобы я тебя скомпрометировал. Этим и займемся. Скоро тебя хватятся и найдут в крайне непристойном виде, отдающейся мне. И я надеюсь успеть доставить тебе удовольствие до обнаружения.

Я захватила его лицо в ладони и поцеловала еще жаднее, чем раньше. Его руки скользнули по моим бедрам, поднимая юбку и обнажая мои ноги. Пальцы уверенно прошлись по внутренней стороне бедер, дразня, и я выдохнула, чувствуя, как сердце гулко бьется в груди.

— Думаешь, успеешь? — прошептала я, легонько кусая его за губу.

— Сделаю все, чтобы успеть, — Гилберт хрипло рассмеялся, притягивая меня ближе. Я задрала ноги на его бедра, позволяя ему встать плотнее между ними.

Его руки уверенно стянули с меня тонкие трусики, и он одним движением прижал мои бедра к столу, чуть раздвигая их. Он снова впился в мои губы поцелуем, жарким и властным, его ладони крепко держали мои бедра, словно он боялся, что я передумаю.

— Гилберт… — прошептала я, цепляясь за его плечи, и он тут же оторвался от моих губ, пристально глядя на меня.

— Не бойся. Я все сделаю так, чтобы тебе было хорошо, — он провел пальцами по моему лону, раздвигая складки и осторожно касаясь самого центра моего жара. Я застонала, выгибаясь навстречу его ласкам.

— Ты такая горячая… — прошептал он, легко вводя палец внутрь и заставляя меня сладко застонать. — Я не отдам тебя никому. Никогда.

Я обвила его шею руками, притягивая к себе, и снова поцеловала, задыхаясь от страсти. Гилберт откинул голову назад, и его взгляд был диким, хищным, словно он сдерживал себя из последних сил.

— Быстрее… — прошептала я, умоляюще глядя на него.

Он усмехнулся и, не теряя времени, расстегнул ремень, ослабляя его и быстро опуская брюки, выпуская на свободу свою напряженную плоть. Я почувствовала его горячий член у своего входа, и он замер, встречаясь со мной взглядом.

— Ты готова? — спросил он с теплотой и заботой, но я лишь кивнула, страстно целуя его снова.

Он вошел в меня медленно, но уверенно, и я почувствовала, как меня заполняет его жар, и сладкая боль от растяжения еще не привыкшего тела смешалась с наслаждением. Гилберт замер, дав мне привыкнуть, и я почувствовала, как он нежно целует мое плечо, шепча ласковые слова.

Когда он начал двигаться, мир вокруг исчез. Остались только его ритмичные толчки, его горячее дыхание на моей шее и наши сплетенные пальцы. Я застонала громче, сжимая его плечи, и он увеличил темп, полностью теряя контроль.

— Мила… — прошептал он в моё ухо, словно молитву, и его движения стали более резкими и жадными.

Я царапала его спину, чувствуя, как волна наслаждения накрывает меня, и вскоре мы оба потерялись в вихре страсти.

Когда я едва начала приходить в себя после оргазма, Гилберт всё ещё не останавливался, продолжая ритмичные толчки, будто хотел продлить наше наслаждение до бесконечности. Его пальцы сжимали мои бедра, оставляя на коже красные следы, а дыхание было тяжелым и хриплым.

— Мила… — его голос был полон нежности и страсти, когда он склонился к моему уху, осыпая его горячими поцелуями. Я выгнулась навстречу, ощущая, как внутри всё сжимается от нового всплеска удовольствия.

Внезапно дверь кабинета с грохотом распахнулась, и на пороге застыла королева с парой придворных дам. Лица всех троих были искажены ошарашенными выражениями. Я замерла, захваченная на самом пике, Гилберт тоже остановился, резко оборачиваясь через плечо, но не разъединяя нас.

— Принц Гилберт⁈ — королева задыхалась от ярости, её руки нервно сжимались на платье. — Что… что происходит⁈

Я покраснела до корней волос, осознавая, что мы на виду у всех, полуголые, и Гилберт всё ещё внутри меня. Я рефлекторно вжалась в его грудь, пытаясь прикрыться, но он не двинулся с места, лишь укрыл меня своим телом, не отстраняясь.

— Ваше Величество, — хрипло произнес Гилберт, с трудом выровняв дыхание. — Простите за столь… неожиданное зрелище.

Королева медленно побледнела, но взгляд её полыхал гневом.

— Что значит… прости⁈ — она чуть не задохнулась от возмущения. — Ты понимаешь, что ты натворил⁈

— Да, прекрасно понимаю, — Гилберт наконец медленно вышел из меня, натягивая штаны и пытаясь привести себя в порядок, пока я судорожно опускала и поправляла задранные юбки. Он же продолжал говорить спокойно, но с вызовом. — Я всего лишь поступил так, как поступают мужья со своими женами.

— Женами⁈ — Королева не смогла скрыть своего потрясения. — Она еще не твоя жена!

— Но скоро станет, — Гилберт поднял подбородок, глядя в лицо королеве. — Я никогда не собирался уступать её кому-то другому.

Я чувствовала, как дрожат ноги, но, собрав все свои силы, выпрямилась, стараясь выглядеть гордо и уверенно.

— Прошу прощения, Ваше Величество, — сказала я, заставляя себя говорить ровно и спокойно. — Но выбор уже сделан. Я стану женой принца Гилберта.

Королева злобно сузила глаза, её руки тряслись от сдерживаемой ярости.

— Как вы посмели⁈ — она бросила взгляд на придворных дам. — Убирайтесь!

Дамы, словно перепуганные зайцы, поклонились и выскользнули из комнаты, стараясь не пересекаться взглядом ни со мной, ни с Гилбертом.

— Ты сам понимаешь, что натворил? — выпалила королева, когда осталась наедине с нами. — Ты скомпрометировал её!

— Да, — спокойно ответил Гилберт. — Теперь ни один принц не станет претендовать на неё, но я готов нести ответственность за свой поступок. Как будущий муж, я защищу её имя.

— И как же ты объяснишь всё это ее отцу? — скрипнула зубами королева.