Код волхва. Книга 3 - Алексей Даньшин

— Забирайте их и пошли обратно. Дома поговорим.

Алёша взвалил тело на плечо. Второго подхватили парни Роговолда. И мы быстрым шагом пошли обратно.

— А ты как тут оказался-то? — услышал я за спиной тихий шёпот одного из гридней с вопросом к Алёше.

— Служба у меня такая, — сухо ответил Алёша. Хотя я ожидал услышать что-то типа: «Стреляли», но Ника явно была не настроена сейчас шутить.

Войдя в ворота, труп сразу замотали в мешковину и отнесли в сарай. Потом с ним разберусь. Сейчас интереснее было поболтать со вторым злодеем-некромантом. Амулеты все с него Алёша уже снял и выложил передо мной на столе. А самого терпилу привязали к скамейке. Ника отслеживала его жизненные показатели, но я и сам видел, что мужик уже очнулся и просто продолжает притворяться бесчувственным.

Небольшой инфразвуковой удар по костям скелета быстро привёл его в чувство, и он забился в конвульсиях, широко раскрыв глаза.

Пытать людей я никогда не любил. Всегда всё повторялось по одному и тому же сценарию. Сперва отнекиваются, потом врут, потом клянутся, потом снова врут. Скукота.

— Как тебя зовут? — спросил я, пытаясь подавить зевок. Всё-таки выспаться нормально мне так и не дали.

— Ермолай, — сквозь зубы выдавил злодей.

— Врёшь, — всё так же тоскливо проговорил я. — Но мне это и не важно. Важно другое: хочешь ты жить или нет? Или предпочитаешь сдохнуть, а потом подняться в виде упыря? Желаешь сам занять место своих игрушек?

Он закатил глаза и начал шептать какую-то молитву. Или заклинание? Вокруг его головы появились обрывки рун, которые начали хоровод. Но как-то вяленько. Без огонька. Я даже разбираться не стал, чего он там такое кастовать удумал. Просто поломал его код, убрав оттуда ключевые руны. И покачал головой.

— Откуда ж такой идиот на мою голову взялся? Вот хоть бы раз кто-нибудь чисто ради разнообразия сразу же сотрудничать согласился! Обязательно надо повыкобениваться и силой поменяться? Может, просто поговорим?

— Не о чем мне с демоном говорить. Будь ты проклят, слуга Сатанаила нечестивого! Против силы Бога тебе не совладать!

Ну, это уже кое-что. Не наврал Лёня. Богомильцы по мою душу пожаловали.

— А вот скажи мне, Ермолай, в чём сила? Я вот думаю, что сила в правде! Вот если вы верите, что всех людей Сатанаил создал, а не Господь Бог, а вы такие противники этого вашего создателя, то по вашей правде вам всем надо повеситься на первом же суку, дабы ему удовольствия вашими грешными телами не доставлять. А вы с какого-то перепугу ещё живы. Да удумали мертвецов поднимать и злодеяния их руками совершать. Как-то не по-божески это. Выходит, нет в вас правды? А?

— Есть! — выплюнул он, при этом сильно покраснев от напряжения мысли. — Есть в нас Бог. Душа от Бога нам дадена. И только она одна важна! А коли Господь забрал её из тела, то и потом управлять им нам завещал, как инструментом в руках его. Дабы карать отродья Сатанаиловы его же созданиями.

О, как загнул! Не первый раз, наверняка, истину эту вещает — прям от зубов отлетают слова заученные.

— И это сам Господь вас, таких праведных, надоумил своих же братьев по вере ножами резать, дабы их тела использовать потом как эти самые инструменты?

— Хулишь слово Божие, лишь истинным праведникам открытое? Гореть тебе вечно в огне гнева Господня.

Мда-а-а, не получится у нас, похоже, разговора по душам. Фанатик.

Значит, пора уже и поспать.

— Ника, чисто для профилактики, до утра его попытай. Только без увечий и чтобы умом не тронулся. Может, поразговорчивее утром будет.

Стоящий рядом Алёша молча коротко кивнул и поднял богомильца на ноги. После чего одним слитным движением взвалил его на плечо и понёс в тот же сарай, где до этого трупу голову отрезал. Зачем отрезал? А на всякий случай. Чтобы вдруг не вскочил и не стал убивать тут всех подряд.

…

Поспать нормально в эту ночь мне так и не дали. Едва глаза прикрыл, Ника тренькнула, привлекая моё внимание и прогоняя остатки сна уже насовсем.

— Десяток Мирко на ночёвке попытались манком лошадей увести у поляков. Только они все стреноженные были или привязанные у коновязей. Далеко лошадки не ушли.

— Сами как?

— Ушли. Но поляки сильно всполошились.

— Блин. Ну, первый блин комом. Это всё-таки не печенеги в степи, где лошадки на вольном выпасе ночью ходят.

Я взял в руку переговорный амулет и набрал Мирко.

Десятник ответил сразу.

— Княже? Мы…

— Знаю. Подманить не получилось. Вы далеко ушли?

— Пару поприщ. Собак у них нет.

— Возвращайтесь обратно и попробуйте теперь дискотеку. Поменьше поспят — поменьше пройдут.

— Понял, княже. Дискотека.

Я услышал, как он там аж хрюкнул от удовольствия.

Когда я показывал им этот трюк, двое из его десятка обделались прямо на плацу в детинце. Но над ними никто и не вздумал смеяться.

А когда я приделал к стреле наконечник из запрограммированного баюн-камня и запустил его в лес рядом с крепостью, все заранее присели и зажали уши, уже наученные горьким опытом. Обделаться никто не хотел.

Парни сперва было возмущались, что так издеваться над честными воинами грешно. Лучше просто убить. И при этом никто почему-то не разделял моего искреннего человеколюбия и христианской любви к ближнему. Коситься начали, как на зверя страшного. Будто это я там сам орал для устрашения врагов.

Я не знаю, откуда Ника откопала этот звук, больше похожий, в моём понимании, на рёв тираннозавра, но она почему-то называла его брачным зовом какого-то там саблезубого оленя. С добавлением инфразвука эффект слабительного на близкой дистанции был почти стопроцентным. А те, кто не обделывался сразу со страху, долго потом трясли челюстями и крестились.

Раз уж я толком не поспал, то и вам приятного сна, паны интервенты!

…

Рассвет я встретил в хорошем настроении. Ника сообщила, что пленный богомилец готов покаяться и рассказать всё как на духу. Учитывая, что никаких криков из сарая ночью никто не слышал, я сделал вполне естественный вывод, что он просто сам одумался и взялся за ум. А не Ника через Алёшеньку и звуковую метку пытала его самыми ужасными способами, не давая даже пикнуть от боли и ужаса. Хотя… Мне было откровенно пофиг. Я его не просил устраивать на меня охоту с использованием зомби. Так что кто