Кровь чудовищ - Богдан Мостипан

— Боюсь с этим пока придется подождать.

— Поясни?

— Ну… Тебе должно быть известно, что наших ребят удерживают в башне трех холмов… Мне не хотелось бы их оставлять.

— Нет смысла… Тайными путями в эту тюрьму не пробраться, а переть напролом слишком опасно.

— Мы справимся… К тому же, никто не знает, что мы на них нападем, у нас есть преимущество неожиданности.

— Глупая затея… Погибнет немало людей… О наших я не говорю, они и не через такое проходили, но тюремщики? Не говоря уже о том, что у нас не так много времени, чтобы убраться отсюда, потом будет уже поздно.

— Ты преувеличиваешь… Это место не так то просто найти, у нас будет время чтобы отсюда уехать.

— В последнее время ты совершаешь слишком много глупостей, Флориус… Надеюсь это будет последней из них. Хорошо, так уж и быть, я с тобой.

— Вот и славно.

Флориус и Баринхард вышли через дверь постоялого двора на улицу, а затем вместе с остальными стали готовиться к предстоящему штурму. Каждый из скитальцев взял по колчану стрел, а также лук, еще они взяли с собой тележку, на которую погрузили абордажную лестницу, необходимую им для осады. По окончанию подготовки, они все уселись на своих коней, и стали ждать Баринхарда и Флориуса. Те вышли из хижины, затем направились в центр деревни, они подошли к своим жеребцам. У Баринхарда была черная лошадь, а у Флориуса белая. Усевшись на своих лошадей, они все вместе направились в сторону башни трех холмов, что находилась в нескольких милях от деревни скитальцев.

Скитальцы мчали верхом на своих скакунах, прямиком к тюрьме, они подъехали к ней. Топот копыт был слышен издалека, их встретило несколько тюремщиков, они знали, что дело это добром не кончится.

— Вы еще кто такие?

— Мы скитальцы… И мы здесь затем, чтобы освободить наших братьев, которых упекли в тюрьму не законным образом. Мы не имеем ничего против вас, но если вы попробуете нам помешать, вы все умрете.

— Ты думаешь меня запугать, старик? Эти стены и не таких выдерживали…

— Подумайте, прежде чем принимать необдуманные решения, друзья — настоял на своем Флориус — наши ребята и не через такое проходили, им не составит труда вас всех перебить… Лучше сдайте оружие.

— У меня есть к вам встречное предложение… Либо вы все отсюда уезжаете, и тогда я забуду об этом недоразумении, и быть может не доложу о вас капитану стражи, либо мои ребята превратят вас в дырявое месиво. Сам надзиратель выглядел как мужик лет 45, с лысиной на голове, и небольшой бородкой на лице. Он был одет в одеяния черной зари, знаменитой семьи Виллиан-Каста, Столицы Гриссеи.

— Ум, как грубо…

— Постой Флориус… Может нам еще удастся с ними договориться — проговорил Баринхард.

— Думается мне, Баринхард, они явно дали нам понять, что не сдадутся… Господа, вы знаете, что делать!

— Все к оружию! — крикнул главный надзиратель, по Имени Граннес.

По приказу главного надзирателя все тюремщики оперативно выстроились на стенах тюрьмы. Они достали луки, натянули тетиву, и все разом выпустили шквал стрел по скитальцам. Те задели лишь нескольких из них. Скитальцы решили дать ответный огонь. Они прицелились, быстро натянули тетиву, а затем выпустили ответный шквал огня в тюремщиков. Многие из стрел ударили точно в цель, пятеро тюремщиков свалились со стен, остальные продолжили стрелять. Главный надзиратель, видя это, разъярился, и принялся подзывать на стены остальных.

— Сюда, мать вашу! К стенам подбежало еще пятеро тюремщиков, те недолго думая, вместе с остальными открыли огонь по скитальцам.

— Продолжайте, не останавливайтесь! — кричал Флориус — он подошел к Баринхарду — послушай… Твоя задача забраться на стены вверх по абордажной лестнице… Мы будем тебя прикрывать.

— Хорошо, я сделаю это… Смотри только, чтобы меня не скинули…

— Не скинут, наши ребята метко стреляют, сам знаешь… — в этот момент, словно в подтверждение слов Флориуса, прямо под их ноги свалился еще один тюремщик, он издал протяжный вздох, а затем умер от полученных травм.

— Ох… Не нравится мне все это.

— Не скули, Барин, скоро мы все уже будем дома, пить теплый эль.

К тому времени абордажная лестница уже была установлена. Баринхард подбежал к ней, затем мысленно заручился помощью Беренберга, и стал карабкаться вверх по лестнице. Один из тюремщиков заметил это, и попытался его скинуть. Стрела полетела прямо в Баринхарда, тот едва успел увернуться, и удержаться на лестнице. Один из скитальцев успел прикрыть Баринхарда, и снять со стен тюремщика. Баринхард молча отругался, а затем продолжил лезть вверх. Наконец он взобрался на стены, там находилось около восьми тюремщиков, и надзиратель. Баринхард не думал их всех убивать, ибо по своей натуре был миролюбив, вместо этого, он достал замораживающую бомбу из своего подсумка, и бросил ее в тюремщиков. Та задела всех, кроме надзирателя. Увидев это, он был ошарашен, недолго думая бросился в атаку на Баринхарда. Тот схватил его за запястье, затем выкрутил его, и выбил меч из рук. Однако надзирателя это не остановило. Он отпихнул Баринхарда ногой, а затем взял меч из рук у одного из оледенелых тюремщиков. Он нанес несколько рубящих ударов по Баринхарду, однако тот все их парировал, в конце концов, его терпение лопнуло, он еще раз выбил меч из рук надзирателя, затем ударил его в живот, и закончил дело мощным ударом по морде. Надзиратель свалился на каменный пол стены.

— Ах… Мать… Ну и хватка у тебя, мужик.

— Лучше лежи смирно… Постой, на тебе одеяния черной зари?

— А ты догадливый… Да, я член династии черной зари.

— И что ты здесь делаешь?

— Меня сослали сюда, провинился кое в чем… Но это не твое дело… Тебе достаточно знать, что у тебя, и твоих друзей скоро будут большие проблемы…

— Хах, боюсь мы увязли в них уже давно — Баринхард спустился по ступенькам лестницы вниз во внутренний двор, его там встретило еще несколько тюремщиков. Они принялись атаковать Баринхарда. Лежащий до недавних пор надзиратель, спустился вслед за Баринхардом, попутно он взял в руки меч, и вновь попытался разить Баринхарда. Сам Баринхард сначала отбил удары тюремщиков, затем произвел по ним надрез своим мечом, его меч был смазан маслом паралича, который был способен обездвижить практически любое живое существо, превратив его в неподвижную статую, ровно на несколько минут. Баринхард почувствовал как сзади на него несется неугомонный надзиратель, Баринхард резко увернулся, а затем порезал надзирателя своим мечом. Тот пошатнулся, скорчился, и в таком виде свалился на пол. Оставшиеся