Чубчик кучерявый - Анатолий Федорович Дроздов

на фоне монстра. Это мы его убили. Командующий нас благодарил и наградил медалями. Видали на груди парней? Нам предоставили отпуск на неделю. Не держите зла на мужиков — у них неважно с нервами. С таким вот монстром повоюешь, — Сергей ткнул пальцем в фотографию, — потом кошмары мучат. У нас есть раненые и погибшие.

— Понятно, — лейтенант кивнул. — Но вы их вздрючьте!

— Непременно. Шкуру спущу, когда вернемся в часть.

— Орден у вас тоже за монстров? — поинтересовался лейтенант.

— Нет, за Афганистан. Спасибо!

Сергей направился к своей команде.

— Так, золотая рота! — сказал, встав перед лавочкой. — Что вы тут устроили? Зачем ругались с патрулем? На гауптвахту захотели?

— Они к нам подошли, когда мы пили пиво, — сказал Степан. — Тут не отбрешешься, показав им документы.

— Нельзя было дождаться автобуса и выпить на своих местах?

— Душа горела, — сообщил Валера. — Вчера гуляли допоздна и крепко приняли на грудь.

— Так водка по талонам. Где столько взяли?

— Водка по талонам, — кивнул Валера. — Зато настойка — нет. «Стрелецкая», 28 градусов. Заходит хорошо, но бодун после нее тяжелый.

Он вздохнул и приложился к горлышку бутылки.

— Мне пришлось перед лейтенантом извиняться. Пообещал ему, что шкуру вас спущу. Приедем в часть — займемся. Марш-бросок на 10 километров в свободное от службы время с вооружением и боеприпасами.

— Командир, не надо! — обеспокоился Валера. — Больше не будем. Приедем в зону — и ни капли в рот до дембеля! Клянусь!

Другие закивали. Сергей набрал в грудь воздуха, чтобы сказать, что думает об обещаниях столь легкомысленных подчиненных, как позади его окликнули:

— Сережа!

Он обернулся.

— Тая?

— Да вот решила проводить, — сказала девушка и улыбнулась. — Занятий еще нет, встаю я рано, а когда автобус в Брагин, знаю.

— Ты умница! — он подошел и взял ее ладошку. — Давай-ка отойдем. Не нужно нам стоять перед бесстыжими алкоголиками.

— Это ты еще не видел алкоголиков, — пробурчал Валера, когда Сергей с Таисой отошли. — Мы нормальные.

— Говорил же: не спешить! — прикрикнул на него Степан. — Прав командир: в автобусе бы выпили. Патрулей там нет.

— Кто ж знал, что комендантских принесет? — вздохнул Валера. — Занялись бы делом, лодыри! Нет, прицепились — и к кому? Героям зоны!

— Герой ты с головной дырой, — съязвил старший сержант. — Вот замели б на гауптвахту и полировал бы плац подошвами.

— Но ведь не замели, — сказал Валера философски. — Командир наш — золото! Отбил у гадов… Кстати, он в Минске время не терял. Срубил девчонку. Молодец!

— Не все ж тебе с твоей Варварой, — Степан заулыбался. — Все уши прожужжал, жеребец стоялый.

— Кстати, я не рассказывал, как встретила меня дома, — Валера оживился. — Значит, захожу я в комнату, она мне: «Валерочка, садись за стол, я столько наготовила!» Я ей: «Какое наготовила? Быстро на диван!» И не встали, пока хрен не показал на шесть часов.

Степан и Женя засмеялись. Сергей тем временем, отойдя с Таисой подальше от «бесстыжих алкоголиков», тихо беседовали, держась за руки. Им обоим было необыкновенно хорошо — только от присутствия другого рядом. От ощущения тепла его руки в своей ладони, тихих слов, его дыхания и блеска глаз. На них смотрели. Люди постарше улыбались, наверно, вспоминая свою молодость, а некоторые женщины вздыхали. Время летело незаметно. Идиллию прервал репродуктор, суровым женским голосом сообщивший:

— Начинается посадка в автобус рейсом Минск-Брагин, отправлением в 9.12. Просим пассажиров пройти к платформе номер 8.

— Пора, — сказал Сергей.

Тая вздохнула и полезла в сумочку. Достала свою фотографию и протянула парню.

— Это на память, специально снялась в Гомеле, а то свою ты мне дал, а у тебя моей нет.

Он посмотрел на снимок, улыбнулся, и спрятал в свой планшет.

— Спасибо. Буду смотреть и вспоминать.

— Твое фото я показывала маме. Она сказала, что красивый, и велела, чтобы я тебя не потеряла.

— Так не теряй, — он снова улыбнулся. — Идем!

Таиса умолчала, что после того, как показала фото маме и рассказала о Сергее, та не на шутку взволновалась.

— Минчанин со своей квартирой? Красивый, молодой и журналист? Не вздумай упустить!

— Не в квартире дело, — сказала ей Таиса. — Он… Как тебе сказать? Надежный. С ним рядом чувствуешь себя спокойно. Защитник. Я бы с ним и без квартиры…

— Это, конечно, хорошо, — кивнула мама. — Но квартира не помешает. Чтоб быстренько вышла замуж, пока его не увели! Тебе распределяться в будущем году…

Вот и сейчас, идя с Сергеем по платформе, Таиса думала, будь Сергей без собственной квартиры и машины, она бы от него не отступилась. Он добрый, умный, порядочный. Не стал к ней приставать, когда пришла к нему вчерашним вечером. Не пыжился, гордясь своим богатством и заслугами. Про орден и медаль ничего ей не сказал, Таиса их увидела на кителе любимого лишь перроне. Она подумала: если бы хотя одна награда имелась у кого-нибудь из однокурсников, об этом знали б все. Отмеченной ею постарался бы. Сережа не такой. Нет, он не скромный и застенчивый, отнюдь. Он словно выше глупого тщеславия и мелочной суеты. Он взрослый, состоявшийся мужчина. Как хорошо, что подобрал ее там, на дороге в Брагинском районе…

Возле автобуса они поцеловались — плевать на взгляды любопытных! Они расстанутся на долгие три месяца.

— Пиши мне, — попросила Тая.

— И ты мне — тоже, — ответил он и поднялся в салон. Через несколько мгновений она увидела его в окошко. Он помахал ей, она ответила и вымученно улыбнулась. Автобус сдал назад и вырулил к выезду на улицу. Только тогда она заплакала…

* * *

Время в дороге пролетело незаметно. Все пять часов Сергей провел в мечтательном настроении, вспоминая лицо возлюбленной, ее слова, тепло руки и сладость ее губ. Его никто не отвлекал — приятели спали, отравляя атмосферу перегаром от смеси пива и «Стрелецкой». Сергей его не замечал. На остановках алкоголики бежали в туалет, затем садились на свои места и снова засыпали. В Брагин «золотая рота» приехала с помятыми физиономиями, но бодрая.

— Вот все и выдохлось, — довольно сообщил Валера, потягиваясь. — Поспали хорошо. Командир, что дальше? Нам