Клан Волка - Анна Кондакова

Но он не успел.

Трое чароитов, добившие Стража, сразу же переключились на последнего охранника — Жреца. Так он и вспыхнул алым огнём вместе с кинжалом, занесённым над шеей Джад.

Теперь нас осталось двое: я и Маямото.

А чароитов — четверо.

Хоть Джад и лежала сейчас в отключке, но остальные трое красноглазых представляли не меньшую опасность. Тем временем Маямото уже выбрался изо льда и готовился кинуться на приближающихся чароитов, но я рявкнул ему, что было сил:

— В сторону-у-у-у-у!

Он шарахнулся вбок, а я молниеносно перезарядил трубку, отправляя в неё последний стрежень с заклинанием «звёздный град», и немедля пустил его в чароитов.

По берегу снова прогрохотало.

Зелёные звёзды ударили по площади и взрывами отшибли всех троих. Маямото тут же бросился на добивание. Первого оглушённого чароита он порвал надвое за пару ударов, тот даже не успел понять, что с ним случилось.

Трое против двух.

И снова не в нашу пользу.

Я сунул трубку в пояс, оттолкнулся от камня, нырнул и поплыл в сторону берега. Плавал я хорошо, спасибо кадетскому корпусу и тренировкам в бассейне. Правда, экипировка сильно мешала, да и ушибленное колено адски болело при каждом движении.

Добравшись наконец до берега, я сразу рванул к Маямото, прихрамывая на правую ногу.

Он в это время дрался с двумя чароитами. На женщину у него просто не было времени, а она в этот момент как раз приподнялась на локтях и посмотрела прямо на меня.

Её лицо исказил гнев.

В эту секунду я понял, что преследовала она в первую очередь не Маямото, а меня, ведь именно я убил её мужа, и она это видела.

Одним движением Джад вскочила на ноги и кинулась в мою сторону, забыв обо всех. Её глаза вспыхнули алым светом фагнума. Это был жуткий момент. Высокая тварь в алом зареве, готовая с меня кожу содрать, приближалась с бешеной скоростью, а я бежал ей навстречу.

От Джад мне было уже не уйти, поэтому прямо на бегу я призвал свой психодух, и он откликнулся. Сверхспособность явилась, когда мне было нужно, подчинившись моей воле.

По телу пробежал уже знакомый мороз.

И на этот раз никаких чёрных жил не возникло.

Я ощутил прилив сил, белое сияние озарило светом моё тело и сразу погасло. Психодух был готов к бою, только Джад в меня не целилась. Она отлично знала, что я могу отразить свет фагнума и убить любого, как убил на свадьбе её мужа Римона.

Женщина отправила свет не в меня, а обожгла землю вокруг.

Она заключала меня в ловушку из красного пламени, из которого бы я уже не выбрался, а это она умела делать даже получше своего мужа. Слепящий свет за секунды вспыхнул со всех сторон, и теперь бы мне никакие заклинания не помогли.

Ни кинжалы, ни сюрикены.

Ничего.

Маямото в это время был занят, его атаковали беспрерывно, не давая даже отвлечься, а Джад всё приближалась ко мне. Огненная ловушка вокруг меня смыкалась.

Я метнулся в сторону — в единственный разрыв в пламени, но тут услышал рычанье Маямото:

— Оками! Бер-р-регись!

Через мгновение в меня ударил луч другого чароита. Он попал точно мне в грудь. По ощущениям, я будто сгорел заживо, но в то же время психодух принял удар и отправил его в контратаку.

Прицел я выстроил моментально. Сделал всё так, как контролировал полёт сюрикенов: повернул голову, спланировал траекторию взглядом и указал цель.

Лучи из моих глаз прожгли чароита, будто резанули по нему раскалённым лезвием. Он вспыхнул и через несколько секунд взорвался на куски, забросав Маямото кровью.

Психодух хоть и отразил свет фагнума, но от боли не спас.

Меня повело в сторону, и я рухнул на колени. Жар фагнума обжёг внутренности, разнося адскую боль по телу. Тем временем огненная ловушка вокруг меня уже сомкнулась, отрезая путь к спасению.

Я еле поднял голову.

За стеной огня стояла Джад и улыбалась.

Моя рука тут же скользнула вниз, но женщина мгновенно среагировала, отправив огонь к моим ногам.

— Только дёрнись, ублюдок! — рявкнула она. — Подними руки!!

Я не стал испытывать судьбу и медленно приподнял руки, оставив их на уровне груди. От боли меня клонило к земле, но я всё же держался на коленях.

Женщина прошла через стену красного огня и остановилась напротив меня.

Она не атаковала.

Понимала, что если ударит светом, то я отправлю такой ответ, который не оставит ей ни единого шанса. Но в то же время, она понимала, что всё же поймала меня, ведь ни трубкой, ни другим оружием я воспользоваться не мог.

Так мы и смотрели друг на друга.

— Ты умрёшь не здесь и не сейчас, сидхов ублюдок, — сказала Джад, сощурив красные глаза. — А сейчас сними пояс с оружием. Медленно.

Я опустил правую руку и медленно отщёлкнул крепления на поясе.

— Брось в огонь!

Пришлось откинуть пояс вместе с оружием в красное пламя. Трубка с заклинаниями и кинжалы мгновенно вспыхнули и сгорели.

— И ленту с предплечья!

Я отстегнул ленту с сюрикенами, их постигла участь пояса.

Не сводя с меня глаз, женщина нахмурилась, будто вдруг что-то поняла.

— А ведь ты такой же, как те… из поезда… Иномирец…

Внутри меня похолодело.

Значит, она тоже была в поезде Караванного портала. Она участвовала в похищении пассажиров-Иномирцев. И возможно, она была одной из тех, кто случайно отправил меня сюда, что-то сделав с моей капсулой.

Побеждая в себе дрожь, я снова приподнял правую руку на уровне груди, совсем близко к жилету, расстёгнутому наполовину. Там, в наплечной кобуре, ждал своего часа револьвер с заклинанием «смертельная ловушка», готовым пленить и телепортировать врага туда, куда мне нужно.

Как сказал Галей: «Эти заклинания используй только в самом крайнем случае, когда точно будешь уверен, что тебе нужен не мёртвый враг, а враг для допроса».

И глядя на Джад, я уже понял: она и нужна мне для допроса.

Женщина сделала шаг ближе, чтобы досмотреть меня, и гаркнула:

— А теперь вста-ать!!

В ту же секунду моя правая рука скользнула за ворот жилета и выхватила оружие. Легендарный револьвер Фуми Галея сработал безотказно.

Он знал своё дело.

Как и я.

Молниеносное движение руки, взвод курка, прицел, выстрел.

От удара заряда в грудь Джад отбросило назад, прямо в её же пламя, а затем случилось невероятное. Женщину сковало чёрными корнями-плетьми, возникшими будто из земли. Сплело так крепко и