Кузнецов своих проблем - Алексей Пинчук

— Стреляй Вова… — Еле слышно прошептала Алена, настолько тихо, что я едва ее услышал, из-за забивающего все шепота, звучащего все громче — Стреляй, или она выстрелит!

Маша отчего то медлила. Ее губы сами собой раздвинулись в злобном оскале, в глазах загорелось торжество…

— Чего ты ждешь, Вова? — С нотками истерики в голосе, прямо в ухо продолжала говорить прижавшаяся ко мне Алена — Убей ее! Ну!

Ствол пистолета в моей руке, медленно, миллиметр за миллиметром поворачивался, так чтобы этого было не видно со стороны, а в ухо все настойчивее шептали, уже приказывая.

— Убей! Убей! Ну!

И я выстрелил. Сжавшись от страха совершить ошибку, зажмурившись, чтобы не видетть, что я натворил…

— Кузя? — Удивленный голос Маши сработал как струя холодной воды в лицо.

И медленно повернувшись, я открыл глаза. А потом шумно выдохнул, разглядывая лежащее на земле тело с двумя косичками. Совсем рядом, там, где должна была быть Алена, если верить мороку…

Я сидел, прислонившись к грязному мусорному баку, хотя до этого был уверен, что за спиной у меня моя машина. А передо мной, стояла, растерянно смотря на лежащий рядом труп Маша, и опустив оружие, часто моргала, пытаясь понять, что правда, а что нет.

И единственное, что не изменилось, это настойчивый шепот, все так же доносящийся до меня. Только теперь я мог распознать и голос, и направление, откуда он звучит. А потому, поднявшись, я сразу бросился в ту сторону, и с облегчением увидев жену, схватил ее и сжал в объятия.

— Сработало? — Открыв глаза, неуверенно улыбнулась бледная Алена, почти как в иллюзии, сидящая на коленях за бортом машины. Вот только в реальности, она с закрытыми глазами жгла огоньком зажигалки сверток с полынью и бормотала наговор.

— Сработало, солнышко! — Заверил ее я, улыбнувшись в ответ — Тульпа мертва. Ты давай, садись в машину и…

— Не могу… — Как-то жалобно улыбнувшись, призналась Алена — Мне как то…

— Ранена? — Засуетился я, водя руками по спине девушки, в поисках крови — Куда, где болит?

— Живот болит… — Призналась Алена — не ранена, просто перенервничала. Я сейчас посижу, и…

— Я сейчас! — перебил я жену — Маша! Бегом сюда!

Дверь машины, в который раз пробитую пулями, я отворил почти мгновенно, и тут же подняв супругу, я помог ей сначала сесть на заднее сидение, а потом и лечь.

— Что у вас? — Подскочила уже пришедшая в себя Маша — Ранена? Куда?

— Я в порядке! — Снова успокоила нас Алена — просто полежать надо…

— Точно? — переспросил я, и дождавшись утвердительного кивка, повернулся к Маше — Ты присмотри тут, а я вытащу Колю и помчим в больницу…

— А он…

— Жив! — с полуслова поняв вопрос, кивнул я, и рванулся обратно в подвал — Кажется…

Климов, действительно был жив. И даже более того, он уже почти выбрался из подвала, несмотря на связанные за спиной руки. Хотя, выглядел Николай, не лучшим образом. И синяки с ссадинами на лице и руках, дополнялись порванной в нескольких местах одеждой.

— Вот он, блин, узник совести! — не удержавшись ухмыльнулся я, спрыгивая в люк подвала — поворачивайся, развяжу…

— Кузя ты живой? Как? — не принял моего тона Климов, хотя и явно обрадовался моему появлению — Давай скорее, развязывай, и уходим, пока он не вернулся!

— Кто?

— Скворцов! — прошипел Климов — Этот долбаный Маклаут, живой, прикинь! Ты не видел, он сзади тебя по башке стукнул, а я начал стрелять, но его пули не брали почти! А потом он и меня вырубил…

— Успокойся! — Справившись с тугим ремнем, одернул я друга — не было этого!

— Чего не было?

— Ничего не было! — Слегка встряхнув Николая, развернул я его лицом к себе — Это все иллюзия, морок, понимаешь?

— А…

— Б! — Буркнул я — все что мы видели, это морок, понимаешь? Я лично видел упыря. Сначала на выходе, и расстрелял все патроны в него, а потом чуть позже, на твоем месте видел этого же упыря… блин, звучит как бред!

— Ага…

— Радуйся, что к тому моменту я уже понял, что стрелять бессмысленно, и схватил нож. Хотел ему башку отрезать, как тогда…

— Ему… это мне? — наконец сообразил Климов.

— Именно! — подтвердил я — Ладно, потом обсудим. Ты идти можешь? Там Алена, ее надо в больницу везти…

— Ранена?

— Нет, но… В общем, сам все поймешь, идем!

— Погоди! — Уже выкарабкавшись через люк, не без моей помощи, опомнился Климов — А Дронов? Он где?

— Да блин! — Воскликнул я, почесав затылок, оглянулся на люк в подвал — Ты сам до машин дойдешь?

— Дойду! — Уверенно кивнул Николай, и в подтверждении своих слов, шагнул вперед. И пошатнувшись, едва не упал… но настоял на своем: — Ты беги, я дойду, правда!

— Ладно… — Сквозь зубы процедил я, и протянув пистолет Климову, рванулся обратно, вспомнив, что и мое оружие валяется где-то там.

Пистолет я нашел сразу же, а Вот Дронова нигде не было. И решив, что еще раз пробегусь по подвалу, и все, гори оно огнем, я пошел на второй круг, внимательно осматривая все закутки. Пока не наткнулся на небольшую каморку, дверной проем которой прятался в тени.

— Вот ты где… — Достав телефон, я включил фонарик, и посветил на блогера, уже успевшего перевести скованные за спиной руки вперед, и сейчас ковыряющего в замке проволочкой. Похоже, что безуспешно…

— Пошли, болезный… — Проворчал я — Выйдем на улицу, возьму ключи, и освободим тебя от браслетов…

Вот только толстяк не спешил никуда идти. Ковыряться в замке он перестал, но при этом все так же сидел в углу, опустив голову на грудь, смотря куда-то в пол.

— Пошли говорю! — настоял на своем я — Давай! Некогда мне с тобой цацкаться! Не пойдешь сам, пинками вперед погоню! Слышишь меня?

И вместо ответа, блогер вдруг поднял на меня глаза… Белые, без зрачков глаза, светящиеся с каждой секундой все ярче. И одновременно мое зрение вдруг начало затуманиваться…

Выстрел оглушительно прогремел в закрытом помещении. В ушах противно зазвенело, и я развернувшись, зашагал на выход из подвала, ускоряясь с каждой секундой. Не