Погружение - Родион Кораблев

— Срочно свяжись с ней! — приказал Алекс.

— Сейчас… нет, не могу! Порталы заблокированы. На Бротазаре что-то произошло. Точнее, происходит прямо сейчас — я чувствую Сферу непроницаемости внутри сектора. Это Титаны!

— Проклятье! Они все-таки решились напасть на Бротазар…

У Алекса имелось множество планов и идей. Например, он хотел поработать с Роем с помощью Роберты, чтобы отправить послание в общий домен монстров. Или исследовать Пузырь в точке касания с Бездной — когда еще своими глазами удастся понаблюдать столкновение таких больших аномалий, которые взаимно уничтожают друг друга.

Но Бротазар был важнее. Тем более проблемы со связью указывали, что события в самом разгаре. Иначе в Сфере непроницаемости просто не было бы смысла. Она требовалась только для того, чтобы блокировать бегство адептов.

А значит, еще было кому бежать!

Вместо торможения Алекс использовал импульс и направил шар к Бротазару. Защиту в виде вибраций Опустошения он не снимал — пусть сторонний наблюдатель думает, что это флуктуация Бездны летит к нему. Мол, не только Пузырь может опускаться в Бездну, но и наоборот.

Гравитация Бездны почему-то еще действовала. Это помогало перебить эффект Сферы непроницаемости титанов, что было крайне удобно…

— А мы хорошо летим! — отметила Мирам. — Всегда бы так. С такой скоростью скоро будем на месте.

— Бойцы готовы? — спросил Алекс.

— Легионы только и ждут возможности схлестнуться с титанами. Им надоело быть простыми зрителями, пассажирами, а также донорами энергии. Они хотят размяться…

Бротазар. Хемет.

Хемет не участвовал в захвате планеты. Он и раньше считал, что бой — не его работа, потому что это было опасно. А теперь, когда у него имелось столько специалистов, он тем более не хотел рисковать, предпочитая наблюдать за событиями издалека и в окружении охраны.

Гоен поступал также.

Собственно, Хемет мог вообще не прилетать на Бротазар, но надо же было хоть иногда развлекаться. Кроме того, Фест поручил ему доработать легионы. Хемет это сделал и теперь хотел понаблюдать за своим творением.

К сожалению, достичь уровня Таберы не получилось — столкновение на орбите это продемонстрировало. Однако адептов удалось разбавить «бесплатными» монстрами. Точнее, наоборот, внедрить целые группы адептов в стаи монстров.

В результате стаи получили внешнее управление и стали гораздо лучше реагировать на приказы.

«Со временем и титанов удастся пристроить. А против них и адептов даже Разрушителю сложно было бы справиться. К счастью, Разрушителя мы больше никогда не увидим», — с удовлетворением размышлял Хемет.

Заслуга лишь частично принадлежала ему — Фест помог не меньше. Но все равно это было достижение. Так или иначе, объединение адептов и монстров было самым логичным шагом для истинных Последователей Бесформенного, как теперь официально назывались адепты, прошедшие трансформацию на Ферме.

Назвать их Измененными — значит напоминать о травмирующем опыте, а имя «Достойные» потеряло всякий смысл. Ведь когда врата могут выращивать обе стороны, то в чем тогда тут достоинство?

Правда, пока Последователи чурались монстров. Но недавняя демонстрация того, как монстры гибнут за них, постепенно меняла отношение адептов к «союзникам». Никто не был прочь перекинуть на неразумных тварей почетную обязанность умирать в бою. Тем более, Последователи в основном состояли из слабых адептов, которым не светило попасть в великие школы. Вместо этого они были вынуждены влачить жалкое существование на окраинах Радиуса. Так что немного власти над монстрами им не помешает.

Ну и последняя причина прибыть на Бротазар лично — Гоен со своим планом Возвышения. Многоуважаемый Столп уже сгорал от нетерпения.

— Сколько еще это будет продолжаться? — не выдержал он, когда защитники планеты отступили в убежища. — Почему их оттуда не достают?

— Потому что будет много жертв, — спокойно объяснил Хемет. — А я сюда прибыл ради «пациентов». Да и тебе нужны пленники. Так что не дергайся.

— Но это все слишком затягивается.

— А куда спешить? — искренне удивился Хемет.

— Не хочу упускать шанс, — признался Гоен. — В любой момент все может сорваться.

— Не волнуйся, не сорвется. Бротазар — это сейчас самое удачное место для трансформации во всем Радиусе. Лучше просто не найдешь.

— Надеюсь. Для этого я сюда и прибыл, — буркнул Гоен.

— Я так и понял, — усмехнулся Хемет.

Слова «союзника» показывали, что тот общается с Фестом напрямую. Иначе откуда Гоен мог узнать, что в центре Пузыря переплелось множество энергетических потоков, реальность дестабилизировалась и здесь проще всего было пройти сложную трансформацию?

«Возможности Феста действительно возросли, — спокойно подумал Хемет. — Раньше он со мной едва мог разговаривать. А теперь завел новых друзей. Интересно, с кем еще он общается? Может, Совет обрабатывает?»

Все это означало, что Фест теперь меньше зависит от помощников, а значит, этим самым помощникам надо ускоряться, пока их не заменили или не ограничили.

— Тогда я предлагаю начать! — нетерпеливо воскликнул Гоен.

— Что ты имеешь в виду? — снова удивился Хемет. — Мы же еще никого не захватили.

— А это и не требуется. Мне нужно, чтобы адепты собрались в одном месте и не могли его покинуть. Захватывать их совершенно не обязательно. Более того, тебе станет проще. После моей… гм… процедуры защитники Бротазара ослабнут и быстрее сдадутся.

— Ну, не знаю. Ты можешь попортить пациентов. А я предпочитаю работать с неповрежденным материалом.

— Ничего я не поврежу! — рассердился Гоен. — А если будешь затягивать, я обращусь напрямую к Фесту. Поверь, у меня есть способы.

— Вот теперь узнаю Столпа великой школы, — усмехнулся Хемет и миролюбиво улыбнулся. — Ладно. Я согласен попробовать. Что от меня требуется? И не молчи, Гоен. Все равно придется объяснять. Иначе я не помогу.

— Хорошо, — выдохнул тот. — Сейчас объясню…

Дальше началась подготовка. Больше всего она напоминала дистанционное преобразование. Примерно как в Котле. Только здесь энергия шла изнутри наружу. К Гоену. Но для начала в сторону адептов полились волны энергии, заряженные специальными вибрациями. А потом поток развернулся и потек обратно. При этом он выходил и возвращался в специальный артефакт, размером с небольшой космический дирижабль.

«Гоен серьезно подготовился, — с уважением подумал Хемет. — Вот только интересно, откуда он это все узнал и так быстро? Неужели Фест знает путь Возвышения? Тогда он связан с кем-то из Троих. Но с кем именно?»

Впрочем, сам Хемет знал только имя последнего из Троих — Шарф из школы Ксарат. Да и то узнал недавно, причем не от Гоена, а от одного из своих «пациентов», который хотел выкупить себя за знание. Наивный! Кто попадает на Ферму, тот так там и остается.

Единственным печальным исключением были Разрушитель и банда Каега.