Погружение - Родион Кораблев

— Будет плохо, — хмыкнул Гоен. — Я попрошу моих сопровождающих спуститься к вам и освободить мою собственность. Но если ты сделаешь все правильно, то мы разойдемся миром.

— Просто разойдемся? — не поверил Дориан.

— Нам нечего делить, защитник. Отдай планету, сдай оружие, всю кровь Бесформенного, на которую у тебя нет лицензии, захваченную плоть левиафана, и можешь лететь куда хочешь. Я не буду препятствовать. Даже Сферу непроницаемости сниму. А если ты надеешься на Разрушителя, то зря. Он мертв.

— И как же Алекс умер? — холодно спросил Дориан.

— Пропал в Бездне.

— Чушь! Ни за что не поверю, чтобы Алекс пропал в Бездне. Он — лучший мастер пространства.

— А придется поверить, — цокнул Гоен. — Тем более, он не сам по себе пропал. Его уничтожил Рой. Это — стая монстров численностью в несколько триллионов существ.

— Кхх… какая большая стая. Никогда о таких не слышал.

— Я же говорю, снаружи многое поменялось. Так что очень тебе советую прислушаться к моим рекомендациям, — любезно заметил Гоен.

— Нам надо посовещаться! — произнес Дориан, отключая передатчик.

Титаны не шелохнулись. Что означало, что Гоен не торопится. Впрочем, время играло на его стороне — он же был гостем, и ему надо было исследовать поле боя. А в то, что они разойдутся миром, никто не верил.

— Что думаете? — спросил Дориан, обращаясь к Лияр и думающим машинам, а через них и к командам аналитиков и сканеров.

— Я тоже не верю, что Алекс мог заблудиться в Бездне, — ответила первой Лияр. — Он превосходно чувствует пространство. И добрался сюда в одиночку.

— Это очевидно. Но чушь про триллионы монстров сложно придумать на пустом месте. Как их вообще собрать и удержать вместе? Поэтому мне кажется, что тут Гоен говорит правду. Хотя бы частично.

— Возможно, но он точно врет, что отпустит нас.

— Разумеется, — согласился Дориан. — Поэтому разоружаться мы не будем. Однако мне интересно, зачем Гоен вообще об этом попросил? Почему не напустил на нас монстров сразу?

— Мы считаем, что ему нужны живые пленники, — вмешался в разговор Сергус. — К тому же он не может нас теперь отпустить. Потому что мы видели его с монстрами. Как бы сильно ни поменялась ситуация снаружи, но сотрудничество с титанами является преступлением против Совета, великих школ и всего мира адептов. Я в этом уверен!

— Вот и я так думаю, — кивнул Дориан. — Что еще вы обнаружили? Мне нужно знать, какой тактики мы придерживаемся.

— Есть несколько вариантов… — начал Сергус.

Дальше началась обычная подготовка к большому бою. Скрыть эти мероприятия было сложно что с одной, что с другой стороны. Однако все понимали, что несмотря на всю подготовку, обученные легионы и удачное положение, Бротазар был обречен.

А через несколько минут без всяких переговоров монстры медленно двинулись вперед, посылая перед собой волны Бесформенности. Пришедшая с ними армия адептов пока держалась позади.

Как и ожидалось, волны не слишком хорошо себя показали, и вперед вышли обычные монстры. Некоторые были разорваны защитным полем планеты или коллективными навыками, но большинство добралось до адептов.

И начался бой.

Дориан в нем не участвовал — это был не тот случай. Вместо этого он наблюдал со стороны. Поэтому быстро понял, что адептов жалеют — их старались не убивать, а захватывать, а это меняло дело.

«Гоену действительно нужны пленники!» — подумал он и скомандовал.

— Отходим вниз! Играем от защиты!

К счастью, благодаря обширным запасам Крови и других материалов, на Бротазаре были выстроены новые убежища. Ведь не только корабль можно было сделать из плоти титанов, но и крепости. Просто в обычном случае врагам достаточно было окружить их и бить, пока все адепты внутри не погибнут. Однако Гоену зачем-то требовались пленники…

Следуя приказу Дориана, легионы быстро отступили на заранее подготовленные позиции. Монстры последовали за ними…

Глава 22

Верхом на Бездне

Алекс пообещал направить экспедицию в нужную сторону, но сделать это оказалось сложнее, чем пообещать. Он до сих пор не знал не только, куда лететь, но и где именно они находятся. Да, образ Вселенной у него появился — спасибо откровению! — но там отображалось лишь «древо» с плодами-кластерами, плавающее в Бездне, а вот план эвакуации с пометкой «вы находитесь здесь» почему-то приложить забыли.

Образ был абстракцией, которая просто давала представление об общей структуре и «взаимоотношениях» Вселенной с кластерами. Но не обязательно соответствовал чему-то реальному. Бездна же, несмотря на все свои загадки, была вполне осязаемой аномалией со своими законами.

В голове всплыл океан света — старший братец в последнее время вообще подозрительно часто вспоминался. Но там, чтобы найти нужный мир, достаточно было ориентироваться на звучание. И тогда океан сам вынесет путешественника куда нужно.

Этим приемом Алекс решил воспользоваться и сейчас. Тем более они уже летят, и нужно было только выбрать подходящую цель. И тут «родство» с Бездной оказалось на руку.

К сожалению, сам Пузырь не был виден даже сейчас, потому что Бездну лихорадило и «видимость» сильно снизилась. Примерно, как у моряков в открытом океане во время сильной бури, когда не осталось ни звезд на небе, ни горизонта, ни других ориентиров.

Однако у Алекса имелась другая зацепка — не сам Пузырь, но пространство вокруг него.

Речь шла об исполинской Сфере непроницаемости, заполняющей множество секторов вокруг Корвуса. По размерам это была самая большая пространственная аномалия, известная Алексу, если не считать Бездну или Тьму Бесформенного. А скрыть такой большой объект было сложно. Тем более он соприкасался с Бездной во многих точках.

Можно было, конечно, попробовать сейчас настроиться на Тьму, но это все равно что пытаться разглядеть самое темное место в ночном лесу, стоя у яркого костра. Кроме того, Тьма заполняла все пространство вокруг, а значит, в качестве ориентира не годилась.

Но стоило поставить задачу иначе, как Алекс ощутил место, где пространство было жестким и менее текучим. Ощущение было слабым, но его хватало.

«Это Пузырь, — решил он. — Будем надеяться, что Корвус расположен точно в центре. Туда и направимся».

Сразу после этого пришло ощущение направления, хотя слово «направление» не слишком точно отражало суть. Прямых дорог из Болота наружу вообще не существовало. Собственно, поэтому экспедицию могло вынести на противоположный конец Первого Радиуса, а не туда, где они зашли.

Однако родство с Бездной помогло сразу выстроить маршрут. Не как четкий путь со всеми поворотами, а снова как ощущение. К счастью, корабли продолжали лететь на полной скорости — то есть не надо было заботиться о самом полете, достаточно было только корректировать