Погружение - Родион Кораблев

Вот только чем он так не понравился «дальнему родственнику»?

«Она тоже считает, что я ей могу навредить? Но это же явный бред. Похоже, Мирам сглазила меня… Проклятие, так вот почему я не могу ни с кем связаться!» — вдруг сообразил Алекс.

Дело было не в сглазе, разумеется, а в том, что он до сих пор удерживал вокруг себя водоворот энергии, заряженный Опустошением. И пропитался им насквозь, чтобы стать «своим». Но если вибрации подавляли даже сложно уловимые источники Сил, то могли воздействовать и на Мирам, и на связь с кораблями.

Тем более теперь Мирам была не просто думающей машиной, а созданием со своим личным доменом и в случае опасности могла переместиться в убежище…

Вниманием Алекс быстро очистил поток от вибрации Опустошения — после открытия навыка это оказалось несложно. Собственно, навык и означал умение работать с нужным звучанием…

К сожалению или к счастью, полет не прекратился — это означало, что ему не удалось убедить Бездну в своем миролюбии. Зато получилось найти пропажу…

— Ну наконец-то! — раздался внутри знакомый голос. — Ты догадался снять барьер.

— Хм… не думал, что он повлияет.

— В момент трансформации ты полностью изменился. И именно об этом я и говорила — некоторые эксперименты слишком непредсказуемы.

— Эксперименты не всегда идут, как задумано, — согласился Алекс. — Но на то они и эксперименты. Плюс нам надо было выбраться, и мы выбрались. Точнее, летим куда-то.

— Вы с Варбом — два сапога пара, — фыркнула Мирам. — Он думает так же. Вопрос только, где мы окажемся в конце. Сразу скажу — я не вижу, что происходит снаружи. Чувствую, что нас куда-то тащит и все.

— Вряд ли мы летим в центр Бездны. Скорее наружу. От нас явно хотят избавиться.

— Логичное предположение, но меня беспокоит, что мы не контролируем ситуацию. Летать туда-сюда по Бездне — не слишком хорошая идея, — заметила Мирам.

— Дальше Первого Радиуса не улетим…

Разумеется, Мирам потребовала рассказать ей, что именно случилось. Так как Алекс и сам не понимал всех деталей, рассказ вышел коротким.

— … после этого я просто очистил поток от вибраций разрушения, — закончил он.

— Вижу. Гм… а может, тогда стоит повторить твой эксперимент. Знаю, это опасно, но не хотелось бы сейчас останавливаться, раз мы так хорошо двигаемся. Только постарайся больше не пропитываться этой гадостью полностью.

— Ты про Опустошение? — уточнил Алекс.

— Не знаю, какое название придумало твое безумное сознание, но ты звучал гораздо опаснее местной свалки. Напоминал хищника, жаждущего сожрать все вокруг. Кстати, возможно, именно это и напугало Бездну.

— Что именно? Я ей не конкурент.

— Да, но они со Вселенной на пару вообще не любят суперхищников. А ты не только конкурент, но еще и похититель. Овладел ее знаниями и силой.

— Хм… овладел — это сильно сказано. Тем более я ничего не крал. Я могу трансформировать энергию. Но не волнуйся, на тебя это больше не повлияет.

— Спасибо! — поблагодарила Мирам.

Алекс не почувствовал, как заполнился Опустошением. Впрочем, при прямом контакте это действительно могло произойти. В любом случае его собственные вибрации давно ему не вредили.

Но помимо изменившегося навыка, других изменений Алекс в себе не обнаружил. И никаких откровений не получил, что немного расстраивало. И дело было даже не в жадности до знаний, просто такие возможности нечасто выпадают. А они уже забрались глубоко и неизвестно теперь, пустят ли его снова в Болото.

Тем более он и сам не стремился сюда попадать.

К сожалению, откровения на то и были откровениями, что возникали непредсказуемо, а не по воле вопрошающего. Тем не менее пока он еще находился в самом центре Бездны, если так можно было выразиться о Болоте, надо было использовать шанс.

— Снова хочешь поговорить? — кисло спросила Мирам.

— Ну а когда это еще делать? — хмыкнул Алекс. — Кроме того, хотелось бы понять, куда именно мы летим.

— Хорошо. Я предупрежу всех. Снова!

Окружающее пространство снова заполнилось вибрациями Опустошения. Но сейчас они были только снаружи. А то, что армия мчалась с огромной скоростью внутри аномалии, ничего не значило — они же находились в Бездне…

Второй эксперимент отличался от первого тем, что Алекс уже примерно знал, куда смотреть. А реакции Бездны он уже не боялся. Пусть она его не любит, но теперь они разговаривают на одном языке. Так что если не получится разговор, то будет допрос… Его внимание уходило все дальше и дальше. Чем-то это напоминало резонанс со старшим братцем, когда Алекс также расширялся на весь Ваантан.

Что интересно, тут Бездна не мешала и вообще никак себя не проявляла.

Постепенно в голове формировался новый образ. Сейчас он видел Бездну как… вместилище для всей Вселенной со всеми ее мирами, цивилизациями и потоками энергии.

Где-то на заднем фоне даже мелькнул старший братец, но зацепиться за него Алекс не смог. Впрочем, ему сейчас нужна была общая картина, а не частности. Тем более Червь с такого ракурса казался не созданием Вселенной, а скорее гостем.

«Нет, не Бездна создала Червя, — пронеслась в голове мысль. — Он пришел снаружи…»

Впрочем, это было неважно… Как ни странно, Алекс хотел получше разглядеть Бездну, а вместо этого почему-то яснее увидел Вселенную. Но так было даже лучше.

Постепенно образ Вселенной усложнялся, пока не превратился в сияющую паутину, в которой кластеры были большими узлами. И каждый звучал по-своему. Отличия были не только в мощности, но и в характере звучания: некоторые кластеры казались более… зрелыми, другие — молодыми.

«Это не паутина, а дерево с плодами!» — вдруг подумал Алекс.

Впрочем, Вселенная часто описывалась как садовник, заботящийся о цивилизациях. До поры до времени, конечно. Неудивительно, что образ паутины в его сознании трансформировался в дерево. Хотя ощущение знакомой структуры сохранялось. В любом случае картина сильно отличалась от той, что Алекс получил при поиске Ваантана с нулевого этажа Бездны.

Но тогда и задача была другой…

Он пытался уловить какую-нибудь закономерность в паутине-дереве. Его давно интересовал вопрос, почему Вселенная взъелась на Ваантан и зачем она запустила Перезагрузку. Точнее, причина была хорошо известна — борьба миров за ресурсы и пожирание слабых сильными.

Но чем именно это мешало Вселенной?

Стоило поставить вопрос таким образом, как один из кластеров выделился. Точнее, их было несколько, но один пульсировал сильнее всего.

«Это Ваантан!» — с облегчением подумал Алекс.

С облегчением — потому что у него имелись подозрения, что Ваантан пал, пока он бегает по Радиусам. А это означало гибель Земли. Но образ доказывал, что родной кластер еще держится.

К сожалению, заглянуть внутрь пульсирующего узла не получилось. Но все равно Алекс сосредоточился на нем