Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

Черт бы драл этого Кристофа…

Я задумался над тем, как его вообще можно убить. Допустим, магия на него не действует, и системное оружие тоже, но ведь есть же и несистемное. Схроны древних цивилизаций, в которых может хранится все, что угодно, от каменных топоров до плазменных ружей. И вот если Кристофа из какого-нибудь плазмогана приголубить, держу пари, ему это не понравится.

А еще можно по классике пойти. В вулкан его бросить или на завод какой-нибудь сталелитейный затащить. Ближайший его аналог, несокрушимую модель Т-1000 ведь удалось как-то убить, и даже не один раз.

Кислота, опять же. Другой вопрос, где ее еще найти, несистемную кислоту, как синтезировать… Но на единственный револьвер Магистра полагаться все же не стоит. Магистр — себе на уме, и вообще товарищ очень непостоянный. Сегодня он с нами, завтра он против нас, и еще не факт, что он на самом деле хочет от своего банхаммера избавиться.

Может быть, он просто хочет вернуть контроль.

Если он вообще его терял.

Может, и не терял. Может, явление Кристофа в столицу империи было тщательно отрежессированным спектаклем, да и свиток тот мог от Первого Игрока получить. Но все эти параноидальные размышления, несомненно, весьма будоражат и смущают разум, но не дают ответа на главный вопрос.

Где физрук?

Покрытая рунами деревяшка, валявшаяся под ногами, показалась мне знакомой, и я поднял ее с пола, чтобы рассмотреть поближе и почитать характеристики.

Так и есть. Обломок биты, божественный артефакт, прочность ноль, восстановлению не подлежит.

Нехороший симптом, но тоже ничего не доказывает. Не первая сломанная бита в его карьере.

— Я нашел кусок биты, — сообщил я.

— Я нашел “дезерт игл”, - сказал Кевин. — Он сильно искорежен.

— Я нашел кроссовок, — возвестил Магистр с другой стороны зала. — Левый, стоптанный. В нем нога.

Сука.

Я прислонился спиной к грязной стене и сполз на пол. Не то, чтобы меня ноги совсем не держали и я мог в любой момент потерять сознание, не такой уж я впечатлительный после стольких лет.

Но принимать участие в дальнейших поисках у меня не было никакого желания. Не хотелось найти… ещё фрагменты.

Я не хотел представлять себе деталей боя, но картинки сами вставали у меня перед глазами.

Физрук, несокрушимый, неустрашимый, всегда идущий вперед, с верной Клавдией, верным “дезерт иглом”, верным “призрачным клинком”, и против него это мерзкая тощая тварь, которую ничего из этого арсенала даже поцарапать не может. Очередной конструкт Магистра, созданный только для одной цели и сорвавшийся с цепи.

Или таки не сорвавшийся?

Когда-то вновь откатившийся до первого уровня физрук уже имел дело с другим конструктом Магистра, но у того боя, насколько мне известно, были хоть какие-то правила.

Тогда он победил, а потом они с Брюсом стали… Конечно, не друзьями, но хорошими знакомыми.

А еще Брюса победил Гарри.

Если кого-то в принципе можно убить, Борден обязательно придумает, как, вспомнил я.

Придумает и сделает.

Значит, он нужен нам еще сильнее, чем прежде.

Пока я размышлял, они продолжали поиски и нашли еще несколько… доказательств.

Груду всякого хлама, выпавшего из его инвентаря. В основном, это было трофейное оружие, которым он никогда не пользовался.

Три пальца.

Еще один обломок Клавдии.

Кучу стреляных гильз и несколько пуль, засевших в стенах.

Кучу каких-то непонятных побрякушек, то ли это были древние артефакты, то ли сувениры, которые он оставлял на память. Впрочем, в его случае одно другого не исключало.

Но самого главного они так и не нашли.

— Тела нет, — констатировал Магистр. — Возможно, они забрали его с собой, чтобы использовать в каких-то оккультных целях.

— При всем моем уважении, Оберон, но ты сейчас говоришь о моем друге, — сказал Кевин.

— Я сейчас говорю о общей угрозе, — сказал Магистр. — Тело павшего бога — это оружие, как магическое, так и идеологическое, и нет ничего удивительного, что они не стали его оставлять.

— А доказательства падения? — спросил я.

— Для этого им и нужен был бард.

— И где тогда эти песни?

— Бьюсь об заклад, мы их еще услышим, — сказал Магистр.

— Ну а что, если они не забирали тело? Если он ушел сам?

Магистр покачал головой.

— Сумкин, — неожиданно мягко сказал он. — Я понимаю, что ты не хочешь в это поверить. Ты знал его дольше нас, ты был с нам с самого начала, вы многое вместе пережили и так далее… Но посуди сам. Здесь кровь. Много крови. И эта кровь не принадлежит гоблинам, они отреспились, и значит, она должна была исчезнут. Это божественная кровь, и ее как раз столько, сколько должно содержаться в теле. Здесь весь его инвентарь. Все его оружие. Здесь…э… части его тела. Нет никаких шансов, что он ушел сам. Они бы его не отпустили.

— Но где тело?

— Мы найдем их, — пообещал Кевин. — И обязательно спросим.

Кевину хотелось верить.

Он император, у него харизма так прокачана, что ему всегда хочется верить.

Но сейчас хотелось особенно.

— Я помогу, — сказал Магистр. — Но сейчас нам надо идти. Мы с Кевином должны отправиться на Землю, а ты…

— Я тоже, — сказал я.

— Зачем? — удивился Магистр. — Мы справимся и без тебя

— А я не с вами, — сказал я, принимая окончательное решение. — Высадите меня в Москве.

— Зачем? — снова удивился Магистр. — Борден в Англии.

— Попробую еще раз, — сказал я. — Он бы хотел, чтобы я это сделал.

— Мы займемся этой проблемой, как только разберемся с предыдущими, — сказал Магистр. — Тебе вовсе необязательно, и время еще терпит.

— Время терпит, — сказал я. — А я не хочу терпеть.

— Почему ты думаешь, что после стольких неудач у тебя вдруг получится?

— Не знаю, — сказал я. — Я должен попробовать.

— Но…

— Не спорь с ним, Оберон, — вмешался Кевин. — Он так решил, пусть делает. Мы его подвезем.

— Но ты же понимаешь, Сумкин, что мы не пробудем на Земле долго, — сказал Магистр. — Мы заберем Гарри и отчалим. И не факт, что у меня найдется время, чтобы потом вернуться за тобой. В конце концов, нас тут ждет война.

— Тут всегда война, — сказал я. — Не надо меня забирать. Я вернусь сам, когда на Земле начнется игра и заработает портальная сеть.

— Я, конечно, крутану Маховик, но не настолько. На это могут уйти годы.

— Не проблема, — сказал я. — Это мой мир, я там вырос. Протяну как-нибудь пару лет.

— Твой выбор, — сказал Магистр. — Хорошо, я тебя подброшу и высажу где-нибудь на окраине Москвы. А теперь