Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

Керамическое напыление в цилиндрах и на поршни — технология волшебная по меркам двадцатого века. Позволяет увеличить температуру вспышки, отсюда более полное сгорание топлива, повышается КПД, увеличивается мощность. Один расход бензина уменьшается на десять процентов.

«Гефест» совместно с «Ассемблером» в Синегорске проводит модернизацию коммуникационных систем. Водопроводные трубы из нержавеющей стали, канализационные из обычной стали, но с хитрым покрытием. Все трубы изнутри полированные, никаких наслоений не предвидится, элементарно всё будет соскальзывать.

Плюс очистные сооружения. Антонова буквально трясло от вожделения, когда его знакомили с системой очистки воды и утилизации отходов на «Ассемблере». Для города захотел такую же. Мы только за, даёшь космические технологии в обычную жизнь.

— По программе модернизации коммуникаций моему преемнику оставим долг больше двух миллиардов рублей, — задумывается Антонов.

На самом деле в два раза меньше, но губернатор резонно исходит из того, что сменщик платить нам перестанет. Выход и здесь есть.

— Мы же планировали владеть ими на паях, — замечает Марк. — Отдайте всё нам. В счёт долгов.

— В областном центре без проблем, а вот как поступать с остальными городами? Там частников много, — Антонов говорит о том, что в некоторых муниципальных округах коммунальное хозяйство отдали на откуп бизнесу. Где полностью, где частично.

— По ходу жизни разберёмся. У меня к вам предложение, Владимир Александрович. Почему бы вам не возглавить коммунальное хозяйство? Владельцем будем мы, кто нам помешает нанять вас директором?

Марк еле заметно улыбается. Если правильно понимаю, его ситуация забавляет. Агентство наше выросло настолько, что стало заметным не только в стране. Но всё-таки молодой человек, принимающий на работу персону такого калибра?

Могут быть проблемы с иерархией? Антонов в возрасте и очень опытный руководитель, является и политиком, пусть регионального масштаба. Нет, не могут. Он будет работать автономно мне на радость. Оценивать его работу буду издалека по общим показателям, лафа полная. Никакой опеки даже не предвидится.

— Я в этих вопросах не очень, но как сделать так, чтобы процент голосующих за правящую партию ушёл под плинтус? После вашей отставки, разумеется?

— По ходу жизни разберёмся, — губернатор зеркалит мои недавние слова.

Главное, что идеи у него по этому поводу есть. Ну и ладненько.

12 января 2033 года, среда, время 18:10.

Синегорск, квартира Колчиных.

— Се манифик! — мою похвалу шикарным пирогам от мачехи понимает не только Кир. В присутствии двух постоянно болтающих на французском окружающим поневоле что-то в голову заходит.

Пироги не только в мою честь, кто я для мачехи? Чуть меньше, чем ничто. Ну ладно, будем объективны, чуть больше.

Папахен явился после недельной поездки, вот и праздник в семье. Пироги с мясом замечательная вещь, с капустой тоже люблю, а тут одновременно, комбинированная начинка. Даже не знал, что так можно. Запах одуряющий.

— Я тоже помогала! — гордо заявляет Милена.

— Так вот почему они такие вкусные! — тут же «разгадываю» главный секрет кулинарного шедевра.

Мачеха розовеет от комплимента, Милена, давно освоившая звук «р», гордо приосанивается. Она пока на каникулах, хотя старшие классы в её школе уже вышли на учёбу. Маленьким сделали дольше, до конца недели.

Мы в гостиной, на кухне все не умещаемся, что не преминула отметить мачеха, кинув мне многозначительный взгляд. Не оставляет свою идею запустить руку в мой карман. Когда переходим к чаю, реанимирует её снова.

— Всё-таки маленькая у нас квартира…

— Трёхкомнатная на троих? — недоумённо вздергиваю бровь.

«Зажрались вы, Вероника Пална», — стараюсь изо всех сил, чтобы грубоватые слова можно было счесть с моего выразительного лица.

Судя по поджатым губам мачехи, удаётся. Кира-то уже можно не считать. Ещё год и он вылетит из гнезда.

— Мне на тебя бабушка Серафима жалуется, сын, — переводит стрелки с меня на меня папахен. — Совсем ты про них забыл. Не приезжаешь, деньги перестал посылать…

Кто бы сомневался, что бабуля меня крайним назначит. Однако эту тему я поддержу, помощь отца мне не помешает.

— И, конечно, не сказала, что это она постаралась?

Приходится объяснять, подыскивать слова. Тяжело вздыхаю от этих трудностей. Обычное дело, на первый взгляд странное. Родители, учителя, наставники, тренеры, все пользуются своим авторитетом, не думая о его важности и не замечая его воздействия на воспитанников. Его значение редко кто сознаёт. Почти все думают, что оно само так устроено и по-другому просто не бывает. Ещё как бывает! Это в правильных семьях и правильно устроенных учебных заведениях авторитет педагогов и родителей, прежде всего отца, непререкаем и сомнению не подлежит. Стоит только усомниться — сливай воду. Ни дети у родителей, ни ученики в школе ничему не научатся. Например, в семьях, где муж — подкаблучник. Или просто уважением жены не пользуется.

Подозреваю, даже не все причастные к прессингу Рощиных глубоко понимают ситуацию. Но если копнуть, то сразу приходишь к правильному выводу: всё делалось ради самого Рощина и всех остальных школьников. Они все должны смотреть на учителей снизу вверх. Даже если сами ростом будут выше. Авторитет наставника — главное условие успешного обучения и хорошего воспитания. Не гарантия, конечно. Математики в таких случаях говорят: «условие необходимое, но не достаточное».

— Говоришь, она твой отцовский авторитет подрывает, — папахен впадает в задумчивость, мачеха негромко, но с отчётливым скептицизмом хмыкает.

Не слышу в голосе отца особого возмущения. Всё по пословице «что имеем, не храним, потерявши — плачем». Сложность в том, что потеря у меня, а у не него. И тут вступает в силу поговорка: сытый голодного не разумеет. С ним такого не случалось, поэтому он не понимает масштаб угрозы.

— Сын, ты не преувеличиваешь? Ну, подумаешь, бухтит из-за того, что ты с ними по-английски говоришь. Ты же всё равно продолжаешь, — точно! Как я и боялся, не доходит до него.

— Ты не догоняешь, пап! У неё это принципиальная позиция. Говорит, ни к чему им иностранный язык знать, так обойдутся. Она ставит себя главней меня. То есть, прежде чем начать чему-то учить детей, я должен у неё разрешения спросить. Это что? Она отводит мне роль приходящего гувернёра или бесплатного репетитора?

— Она и главней тебя, она же старше, — размыкает уста мачеха.

— Вероника Пална, чухню не городите! — кое-как удерживаю себя от вскипания. — Это что, по-вашему, если я у себя в Агентстве самый молодой, то мне только младшим помощником дворника там работать?

— Не шуми на мать, — слышу