"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

– Приблизительное. Мы не знаем, кто они, обычные люди, авиаки и шерхарры.

– Шерхарры? – удивился я.

– Да, хозяин. Белые шерхарры.

– Белые… с сабельными клыками и короткими хвостами?

– Как всегда верно, хозяин. Желаете, чтобы мы их убили?

– Наблюдайте, но не показывайтесь и не вмешивайтесь.

– Будет исполнено.

И вновь он не ушел.

– Что еще?

– Герберт Ивасама попросил задать вам вопрос при встрече.

– Хм?

– Он спросил: как вы справляетесь с таким потоком работы?

Я тихо рассмеялся. Бедолаге Ивасаме приходится нелегко на моем месте.

– Передай ему, что верный рецепт к успеху – это спать в среднем по три часа в сутки, делать перерывы только для трапез, отправления естественных нужд и пятичасового чая. Все остальное время надо просто – слава богине, что Себастина этого не слышит, – рвать задницу на работе. Как-то так и живу последние четырнадцать лет с редкими перерывами.

– Я обязательно передам: рвать задницу на работе, – прохрипел ташшар. – Всего доброго, хозяин.

Мышцы ныли, а суставы пощелкивали, когда я принялся прогуливаться по кабинету, разглядывая через окна утреннее небо. В Старкраре такого яркого и красочного великолепия обычно было не увидеть. Конечно, жара, царившая в этой стране, казалась мне, северянину, беспощадной, но, созерцая восходы и закаты, я допускал мысль, что оно того стоило.

Вернулась Себастина с кофе, и я поведал ей, что этой ночью по соседству от нас поселились агенты арбализейской тайной службы. Моя горничная с убийственной серьезностью сообщила мне, что я неподражаем. Затем наверху раздались хлопки крыльев – чердачный постоялец вернулся с ночной охоты. Я попросил отправить Мелинду наверх и осведомиться, не желает ли он позавтракать, если она уже проснулась.

– Слуги могут спать лишь тогда, когда спит хозяин. А вставать они обязаны еще раньше.

– Стало быть, они с Луи тоже не ложились.

К тому моменту как дрожащая служанка вернулась доложить, что чердачный постоялец вежливо отказался, ссылаясь на усталость, я уже допивал кофе. Казалось, визит в гости к рукокрылому соседу несколько нервировал бедняжку Мелинду.

Приняв ванну, которую Себастина приказала готовить задолго до восхода, и позавтракав на заднем дворе в свежести, предшествовавшей новому знойному дню, я внезапно обнаружил, что не знаю, куда мне податься теперь.

– Куда мы должны податься теперь, шеф? – спросил Адольф Дорэ, похрустывая гренком. Он расположился в одной из множества свободных комнат особняка и был, пожалуй, единственным его обитателем, который проспал прошлой ночью хоть пару часов.

– Даже не знаю, что тебе ответить. Вокруг расселись наблюдатели, которые будут отслеживать каждый наш шаг. Я отправил Ивасаме запрос на информацию об арадонском отделении кланов «Сайджэн» – уж слишком откровенно этого требует способ, которым запытали художника. А пока информация не пришла… Себастина, знаешь, о чем я думаю?

– Возможно, о том, что господин Дорэ тащит из вашей тарелки уже четвертый гренок, хозяин. – Моя горничная излучала неодобрение в сторону провинившегося, при этом оставаясь внешне хладнокровной.

– Мм, нет, я думаю о цирке, Себастина.

В тот момент я совершенно случайно заметил, как изменился эмоциональный фон усача, тянувшего руку к моей тарелке. После упоминания цирка разум Адольфа исторг рябь волнения. Что это, страх? Один из самых бесстрашных людей, которых я встречал в жизни, испугался?

Укорениться эта крамольная мысль не успела.

– Простите, хозяин, – высунулась Мелинда. – На улице замечено оживление.

– Нас штурмуют?

– Ой, нет! Просто много людей идут мимо нашего дома к тому, что дальше, кажется, это жилище зеньора Рома. Они собираются там и выглядят расстроенными.

– Расстроенными как «ах, как грустно» или расстроенными как «давайте ворвемся в это здание и убьем всех, кто внутри»?

– Скорее что-то между, хозяин.

– Вот как? Что ж, взглянем.

Себастина воздержалась от ворчания на тему, что благородному тану не пристало покидать жилище без верхней одежды, когда я вышел на улицу и неспешно двинулся к дому, вокруг которого собиралась толпа. На моих глазах к ней присоединилось семеро человек, и подходили другие. Все они являлись ларийцами – серый цвет волос и глаз однозначно выдавал их происхождение. Эмоциональное «облако», поднимавшееся над ними, сквозило гневом, страхом и… горем. Все они, так или иначе, злились и боялись, но некоторые вместе с тем испытывали еще и сильную душевную боль.

Дверь старого, неопрятного особняка со скрипом отворилась, и на широкое крыльцо-веранду выступил Джек Ром. Старый лариец смолил самокрутку и рассматривал притихших сородичей, пока один из них, тоже довольно немолодой мужчина, не вышел вперед.

– Здравствуй, Эрл.

– Здравствуйте, герр Ром.

– Кто на этот раз?

– Малышка Дора Кап, герр Ром.

– Созывайте людей и отправляйтесь на поиски.

– Герр Ром, надо идти к королю, надо требовать…

– Созывайте людей и отправляйтесь на поиски, – выдохнул облако вонючего дыма Ром, – я присоединюсь позже.

Их эмоции были неоднородны, но лейтмотив выделялся вполне ясно – люди роптали, но безмолвно, в душах. Такое случается, когда, грубо говоря, группе приходится не по душе решение лидера, но его авторитет еще был силен, и группа подчинялась. Люди потянулись прочь, а Ром провожал их взглядом, храня непроницаемое лицо… хотя внутри у него тоже бушевала гроза.

– Доброе утро, тан эл’Харэн, – скрипнул старик, спустившись с крыльца. – Хотя, если по чести, то клянусь печенкой Единого[145], дерьмовое это утро и день тоже будет дерьмовым.

– Простите, если сую нос в чужое дело, но не поведаете ли, что здесь сейчас произошло?

Он глубоко затянулся и выкинул окурок на плешивый газон.

– Ночью в Островном королевстве пропал еще один ребенок, девочка из рабочей семьи ларийских эмигрантов. Далеко не первая и, боюсь, не последняя. Когда такое происходит, они считают нужным сообщить мне, потому что я неофициальный олдермен.

– Что-то вроде главы диаспоры?

– Что-то вроде, – согласился Ром.

– Должен заметить, их было довольно много.

– Хотят идти к королю, – проворчал старый лариец, – пытаются убедить меня, что нужно проявить… Эх, негоже мне вас обременять нашими заботами. Время не терпит, пора ехать в Островное королевство…

– Герр Ром, я поеду с вами. Я краем уха слышал, что в Арадоне пропадают дети. Если память не изменяет, их объединяет лишь возраст. Шесть лет.

– Именно.

Он стоял некоторое время, глядя на меня снизу вверх, и думал о чем-то, что было от меня сокрыто, но что заставляло его чувствовать недоверие.

– Тан эл’Харэн, буду откровенен, вы показались мне славным тэнкрисом, лучше многих, кого я знал и с кем был вынужден иметь дело, но касаемо данной ситуации я не могу не спросить: а вам-то что?

– Я всего лишь проходил мимо и решил предложить свою помощь, – сделал я сострадающее лицо. – Пропадающие дети – это ужасно.

Но этого квадратного человека оказалось нелегко пронять.

– Тан эл’Харэн, мы с вами почти незнакомы, однако и вы и я знаем, что тэнкрисы