Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

— Где твои родители?

— Мама умерла еще в первую зиму, у нее оказалось острое воспаление почек. Вода была — сам помнишь какая. А отец… Он попробовал было поработать на заводе, но загрустил, и… В общем, умер прошедшей зимой.

— Кто он был у тебя?

— Металлург. Вот ты доспехи носишь — это он разработал рецептуру и режимы проковки.

— А ты чем занималась до Переноса?

— В Москве жила. Работала в отцовском институте, замуж за одного парня собиралась.

— Замуж?

— Он хотел защититься и лишь потом сыграть свадьбу, вот мы и ждали. Но сейчас я думаю… — она запнулась, — я была ему не нужна. Он просто защититься хотел и использовал папу… Ну, не знаю, может, я и ошибаюсь. Все-таки он был из порядочной семьи, с чего бы ему так кривить душой?

— А сейчас?

— Что сейчас? — не поняла Ева. Потом подумала, опустила глаза. — Нет, сейчас замуж не собираюсь. Не встретила такого интересного паренька, как ты, вот и… Остаюсь пока в девках.

— Я не о женитьбе, — начал Рост, а потом понял, что именно об этом и спрашивал.

Даже странно, никогда не разговаривал так с девушками, вообще почти не разговаривал с ними, как выяснилось. И вдруг вот так свободно, как с товарищем… Может, потому, что Ева и стала товарищем? Ее сила, крепость духа, участие в войнах и разделенные победы делали ее куда ближе, чем, например… Рост вздрогнул, потому что понял, что говорить с Евой ему проще и интереснее, чем с Любаней.

Он вздохнул, замолчал и зашагал вперед, чтобы Ева не видела его лица. Почему-то ему очень не хотелось, чтобы она его сейчас увидела. Но теперь Ева не собиралась отпускать его как ни в чем не бывало. Она догнала его и заглянула в глаза, спросила:

— Ты чего?

— Смотри, какой холм интересный, — сказал Рост.

Вершина холмика и в самом деле была какой-то плоской… Нет, не плоской. На ней находился старый, весь изъеденный, почти сровнявшийся с землей фундамент. Но он выглядел еще надежным, сидел в земле плотно, над ним запросто можно было бы возвести домину не меньше той, что отгрохали в Боловске триффиды.

Чуть ниже его главных плит находилось очень любопытное углубление, что-то вроде подвала, полузасыпанного, но сохранившего свою форму, главным образом из-за тяжелых, очень толстых стен. Ева спустилась по выщербленным ступенькам.

— Тут настоящий родник. — Она дошла до струйки воды, бьющей из стены на высоте человеческого роста и стекающей в довольно правильное, широкое и неглубокое корытце, явно сделанное разумными руками. Попробовала поймать воду губами, улыбнулась. — Холодная и вкусная. Попробуй. — Она плеснула водой Ростику в лицо.

Он вытерся, вздохнул, стал смотреть дальше. Ниже корытца вода стекала еще в целый ряд плоских каменных уступов, сделанных последовательно, словно большая клепсидра. А потом по очень толково спрятанной под каменными плитами ложбине вытекала на третий уровень и уже оттуда уходила дальше к морю.

— Интересно, — Ева вдруг погрустнела, — кто тут жил прежде? Я имею в виду тех, кто это все выстроил.

— Кажется, я понимаю, — признался Рост. — Сначала — корытце с запасом питьевой воды для кухонных надобностей. Потом — для помывок и прочего. И в конце концов — для гигиены.

— Думаешь, у них тут был ватерклозет? — удивилась Ева. Присмотрелась, вздохнула. — Может быть. Да, пожалуй… Как давно я видела такую штуку. — В ее голосе прозвучала ностальгия. Внезапно она усмехнулась:

— А знаешь, давай переселимся сюда, отстроим дом…

— Стоп, — удивился Ростик. — Как так — отстроим дом?

— Обыкновенно. Тут же только стены возвести да обвалившийся подвал почистить. Волосатики за одну неделю управятся.

— Ева, у нас обязанности. А кроме того, от Одессы далеко. И еще — я женат.

Рыжеволосая красавица грустно улыбнулась. Вздохнула. Молча, сбивая камешки, попадающиеся ей под ноги, пошла по ступенькам наверх. Уже наверху она невнятно, как-то в четверть голоса, словно сама не хотела, чтобы это прозвучало вслух, но уже и не в силах удержать в себе, проговорила:

— А вторая жена тебе не нужна?

Рост сделал вид, что ничего не слышал. Он неожиданно разозлился. На себя, за то, что допустил те мысли, которые у него возникли, когда они топали сюда, на Еву, которая пришла и вдруг так решительно, по-хозяйски стала смущать его в общем-то налаженную жизнь. На эти развалины… За то, что они тут стояли и свидетельствовали о давно прошедшей, неизвестной, но некогда кипящей и, вероятно, удобной жизни В конце концов он разозлился даже на дваров, которые сначала принесли дань, а потом стали палить из пушек, заставив их сделать эту вынужденную посадку.

Они пошли к морю, спустились сразу к воде, зашагали в сторону отдаленных гравилетов, около которых суеты уже не было. Видимо, работа по тушению пожара подошла к концу.

— Ладно, — вдруг жестко произнесла Ева. — Забудь, что я там наговорила.

— Нет, — ответил Рост. — Забывать не собираюсь.

— Почему? Мало ли… глупостей в голову забредает? У тебя их, что ли, не бывает?

— Бывает, — согласился Ростик. — Но… Что сказано, то и останется.

Ева посмотрела на него, хлопая огромными глазищами с мохнатыми ресницами. Удивительно, подумал Ростик, сама рыжая, как лисица, а ресницы темные.

— Гринев, да ты и в самом деле суров, — с удивлением протянула она. — Я думала, это поза такая, а ты… Да, оказывается, все настоящее.

— Мне нужно над этим подумать, — признался Ростик. — И вовсе не суров я, просто у нас в семье так… не принято. Понимаешь? — Он помолчал и досказал уже совсем то, о чем думал:

— А за то, что ты это все проговорила, — спасибо. Это… может оказаться очень важным.

— Для тебя или для нас обоих? — быстро, даже как-то немного хищно поинтересовалась Ева.

— Пока не знаю, — ответил Ростик. — И ответить тебе не могу.

Часть VI

ИЗГНАНИЕ

31

— Ладно, — почти спокойно покорилась Ева. — Пошли скорее, видишь, ребята нам машут, наверное, лететь пора.

— Пошли, — согласился Рост.

И внезапно он подумал, что Ева, сама того не подозревая, навела его на одну очень простую идею. Нелепую, невероятную, но при том очень явственную. А именно — что с этими развалинами, с этим фундаментом не все будет теперь так просто. Что наступит время, и Рост снова окажется тут… И может быть, не просто так окажется.

Как именно — он пока не знал. Но отчего-то был уверен, что со временем узнает. И до той поры оставалось не так уж долго.

Несмотря на огромные потребности