Тёмный Хогвартс. Первый курс - ВеенРок

— Сейчас я готов съесть что угодно.

— А где Риона? — спросил у него Симус, — её оставили пока в больничном крыле?

Рон нахмурился и опустил голову вниз:

— Нет. Мадам Помфри сказала, что она умерла. Она ещё попросила передать, что очень соболезнует, и что… Частичка Рионы всегда будет рядом…

Это стало настоящим горем для нашего коллектива. Тихая Риона О‘Нил, о которой я знал лишь то, что ей очень нравится зельеварение. Вот и стало нас одиннадцать. Вот и вторая жертва.

Девочки плакали, мальчики сидели хмурые, и все по-своему выражали собственную скорбь по погибшей однокурснице. Вряд ли кто-то мог назвать её близкой подругой, но за эти два месяца мы привыкли к обществу друг друга, и осознавать, что вот она сидела за соседней партой, а теперь этого никогда больше не случится, было сложно всем нам.

Сила притяжения не оставила Риону просто так. Один раз упала, и ей повезло. Упала второй, и удача закончилась. Это было очень грустно.

— А что у тебя за кокон? Ты так и будешь с ним ходить? — через какое-то время спросил у Рона Гарри, когда осознание потери хоть немного отпустило учеников.

— Нет, мадам Помфри сказала, что после обеда его можно снять. Всё плечо чешется уже, помогите мне снять этот непонятный слой.

Рон стал подковыривать основание кокона, и тот достаточно скоро сдулся, поменяв цвет на чёрный и оставив после себя лишь липкую плёнку.

— Фу, это выглядит немного мерзко, — сказала Лаванда, — только не клади её на стол.

— Да она даже не пахнет никак, — сообщил в своё оправдание Рон, для наглядности даже понюхав остатки кокона.

Слой за слоем плёнка исчезала, а бросал её мальчик под стол, всерьёз считая, что действует незаметно. Все это, понятное дело, видели, просто ничего не говорили.

И вот, стала проглядываться кожа. Когда последний кусок был отлеплен, Рон продемонстрировал свою левую руку остальным, сжимая и разжимая её без особых проблем.

— Вроде, слушается неплохо, — прокомментировал он свои чувства.

— Рон, это… Ты ничего не замечаешь? — спросил я аккуратно у мальчика.

— Что? Не понимаю, ты о чём?

— Рука. На ней нет веснушек.

— О, а я и не заметил сразу. Ну и ничего страшного, что они пропали.

— Рон, она меньше. Сравни пальцы обеих рук.

Он сделал, как я сказал, и все сразу увидели небольшую, но всё же заметную разницу.

— Блин, и что, мне теперь ждать, пока рука вырастет? Почему она стала меньше?

До Рона до сих пор не могла дойти очевидная истина, от которой у меня по коже бегали толпы мурашек.

— Дело в том что… Рон, это не твоя рука. Я думаю, что это рука Рионы.

После моих слов установилось гробовое молчание, а у Рона задрожала нижняя губа, когда он снова посмотрел на левую руку.

Мадам Помфри оказалась полностью права. Частичка Рионы и правда теперь будет с ним всю его жизнь.

Глава 13. Предательство

Вся расклеится, трескается, вдруг.

Тот, кто не доносит,

На друзей, и вовсе,

Тот и правда настоящий, верный друг.

* * *

— Прошу минуту внимания, — обратилась к ученикам профессор МакГонагалл под конец обеда, в то время, как мы свыкались с мыслью, что Рон теперь будет жить с левой рукой мёртвой однокурсницы. И с тем, что все мы можем пойти в итоге на запчасти для более везучих студентов, а то и куда ещё.

— После пятого урока объявляется общий сбор на лужайке у замка. Убедительная просьба присутствовать всем, и передать это другим ученикам ваших факультетов. У меня всё, — закончила МакГонагалл, строго оглядела обедающих детей и горделиво вернулась к собственной трапезе.

— Нам что-то опять приготовили? — тихо предположила Лаванда.

— Не думаю, — ответил Симус, — ведь только закончился Хеллоуин… Может, объявление какое сделают?

— Или наградят Кайла, — поделился догадкой Гарри, — он же смог остановить зверей, как-никак.

— Меня уже наградили, пятьюдесятью баллами, — включился я в обсуждение, — так что здесь что-то другое. Гадать бессмысленно, сами всё увидим по итогу. Ну что, — обратился я к своим друзьям, — пойдём на двойное зельеварение?

— После такого и уроки кажутся не такими жестокими, — ответил Рон, который до сих пор пребывал в состоянии шока, периодически поглядывая паникующими глазами на свою новую руку, — я не могу теперь думать ни о чём другом.

— Нам надо взять себя в руки, и тебе, Рон, особенно. Риону уже не вернуть, а рука… Ты бы предпочёл быть совсем без неё? Да, это ужасно, но думать надо о дальнейшей жизни, а если будем отвлекаться нашими переживаниями у Снейпа, то она может довольно быстро закончиться. Вон, вороны уже собираются, и слизеринцы тоже. Идём, пообщаемся пока в коридоре с другими факультетами, узнаем новости.

Я казался остальным куда увереннее и спокойнее, чем являлся на самом деле. Внутри меня всё это время просто бурлил океан отрицательных эмоций, и лишь мой взрослый рассудок не позволял поддаться столь пагубному настроению и впасть в уныние вперемешку с отчаяньем.

Я привык к жестокости учителей, смирился с глупыми правилами, при которых до всего в этом замке нужно доходить самостоятельно, и даже принял тот факт, что весь персонал школы здесь с собственными тараканами в головах — мутировавшими и плотоядными. Но, чтобы конечность погибшей девочки присобачить к другому ученику… По сравнению с этим, даже симбиоз Филча и миссис Норрис застенчиво курил в сторонке, неловко признавая поражение в соревновании по собственной отвратности.

От неприятных мыслей меня смогли немного отвлечь переговоры с другими первокурсниками, большинство из которых уже выписалось из больничного крыла. Там остался лишь Роджер Мэлоун, который слишком сильно пострадал от льва, да Милисента Булстроуд из Слизерина. Как говорил факультет девочки, те кенгуру в Большом зале в самом начале мощным ударом выбили её в самую гущу нарастающего хаоса, и больше Милисенту никто не видел.

Однако никто, кроме Рионы, из первого курса не погиб. По крайней мере, мадам Помфри ничего об этом не сказала при выписке другим ученикам. Даже когтевранцы, которые оказались порознь на седьмом этаже, благодаря стараниям своих старшекурсников, смогли либо отделаться излечимыми ранами, либо вовсе не пострадать. В принципе, если опираться на одну лишь статистику — ситуация не настолько уж и плачевная. Лично я предполагал, что погибнуть могло куда больше первокурсников. И хорошо, что я оказался не прав.

На ситуацию так же здорово повлияли те чары стазиса, которыми оплетались