Красный Корпус V - Илья Романов

и всю силу Полубога, пытаясь экранировать кабинет от остального мира. Не хватало ещё, чтобы весь особняк сложился, как карточный домик, погубив гостей и навредив моей семье. А Торговец будто бы и ожидал нечто подобное, поддержав меня и укрепив «реальность».

— Что с ним⁈ — прокричал я сквозь буйство МОЩИ Луны! Её ни с чем не спутаешь после встречи с Лахимой!

Ответить Торговец не успел. Толик открыл сияющие серебристым светом глаза и посмотрел прямо на него. Лицо парня преобразилось, став чужим и одновременно очень знакомым. И этот взгляд, пробирающий до мурашек, Толик так пока ещё не умел.

— Ты облажался, — сухо припечатал он.

— Сделка была исполнена, — отбросив всю свою весёлость, свёл Торговец руки на груди. — Временные рамки мы не обсуждали. Следовало бы уточнять детали, а не спешить!

— И поэтому ты приполз сюда, пытаясь убедить меня в своей невиновности, — губы Толика медленно разошлись в оскале хищника, почуявшего кровь. — Мой потомок ещё слаб, он не готов принять весь мой дар, но знания я ему передать способен. Он вполне сможет с помощью Талиона отправить наш предмет договора туда, куда тебе не добраться. И передать информацию об этом твоим врагам.

Видеть, как лицо Торговца скривилось, заслужило того, чтобы этот момент занесли в летописи. Я-то сначала думал, что Лахима сглупил, пошёл на сделку с этим существом, а на деле… он взял его за яйца⁈ Но как⁈ И чем⁈

— Шантаж, как это банально, скучно и неинтересно, — фыркнул Торговец, обиженно надувшись. — Но действенно, да. Чего ты хочешь? В качестве исключения мы можем заключить ещё одну сделку…

— Два желания, — даже не подумал Лахима, точнее часть его души, слушать такие условия.

Взгляд Торговца потяжелел, стал опасным. Он тоже стал меняться, здоровый цвет кожи изменился на бледный, как у мертвеца. По всему лысому черепу и лицу выступили чёрные, болезненные вены. Глаза преобразились, стали чёрным с вертикальным змеиным зрачком. Вернулся набор игольчатых клыков, а на пальцах отрасли когти.

— Слишком много требуешь, Лахима. Мы не договаривались об этом!

— Выбирай. Да или Нет, — стоял на своём Бог Луны. Окружающее давление медленно спадало, буйство Луны постепенно сходило на нет. Часть души Лахимы слабела, но ещё была здесь.

Потянулась первая минута молчания, за ней вторая и третья. Эти двое смотрели друг другу в глаза, будто играли в детскую игру, кто кого переглядит и не моргнёт. Я же сидел и наблюдал за этим, попивая вино и заедая тарталетками. Ну, а что? Не впервой видеть такие переговоры, а пока они не крушат особняк, то пусть бодаются.

— Хорошо, — поморщился Торговец, сдавшись. Невероятно! Я ещё больше захотел узнать, чем таким Лахима его на крючке держит. — Чего ты хочешь?

— Карта Арана, — назвал первое условие Бог Луны на что Торговец кивнул и усмехнулся.

Про этот артефакт я знал, он раньше принадлежал Богу Путей и покровителю путешественников, но вроде как исчез из сокровищницы пантеона. По легендам она могла указать путь туда, куда ты желаешь попасть сильнее всего. Эдакий компас, но только в виде карты. Сам не видел лично, но да, много слышал и читал.

— Что ещё? — немного подобревшим голосом спросил Торговец, карта явно не была жемчужиной его богатств.

Я с интересом посмотрел на сосредоточенное лицо Лахимы. Контроль ему давалось держать всё труднее, и он вряд ли продержался бы столько долго без разрешения самого Толика. Ещё одна аномалия, ведь Бог Луны должен был просто переродится, как я, но вышло всё иначе. Скорее всего это из-за того, что лишь часть души ушла на перерождение. Она банально существовала внутри одного из потомков всё это время, спала, а затем пробудилась. Но это лишь одна из теорий.

— Клык Первого Зверя, — наконец произнёс Бог Луны.

Глаза Торговца расширились от шока и… затаенного страха, а я выронил бокал из ослабевших в один миг пальцев. Тот застыл в воздухе и не упал, а алая жидкость не выплеснулась наружу. В горле как-то сразу запершило, пришлось прокашляться.

— Он существует? — собственный голос звучал глухо, непривычно.

— Да, — лаконично ответил Лахима. — И этот торгаш прибрал его к своим рукам.

— Зачем он тебе? — расслабил ворот рубахи Торговец, ему почему-то сразу стало неуютно. — Сразу говорю, на меня он не подействует. Я не принадлежу этой Вселенной.

— Он не для тебя, расслабься, — широко улыбнулся Бог Луны.

В чём не откажешь сидящему перед нами существу, так это в уме и быстром анализе ситуации. Он сразу понял, зачем Лахиме понадобился один из старейших артефактов, который, по слухам, вкусил кровь первых Богов пантеона. И не только их.

— Карту я могу тебе отдать, но Клык, — крепко задумался Торговец, после чего улыбнулся. — Думаю, мы сможем договориться, старый друг. И всё же заключим сделку, — алчно потёр он руки. — Ох, если я правильно понял твою задумку, то это будет феерично! А я ещё и в плюсе останусь! Сейчас достану контракт и мы всё-всё подпишем!!!

Глава 27

Переговоры с обсуждением сделки с Торговцем наконец-то закончились. Я выступал третьей стороной и больше наблюдал, как Лахима мастерски балансировал между выдвинутыми условиями и продвигал свои, а Торговец, как обычно, пытался урвать побольше и отдать поменьше. И всё же, даже не участвуя в их сделке, я чувствовал себя выжатым лимоном.

И был искренне рад вернуться на свадьбу, выбросив на какое-то время из головы высшие сущности, божественные интриги и прочее.

— Костя, а где Толик? — с лёгким беспокойством спросила Альбина, высматривая парня. — Он же ушёл с тобой.

— Отдыхает, — неопределённо пожал я плечами. После переговоров и проявления части души Лахимы, Толик слишком выбился из сил. Не истощение, но нечто близкое к этому. — Через час-два вернётся, я распорядился, за ним присмотрят. Лучше ему пока не мешать.

Альбина медленно кивнула. Скорее всего она хотела бы сейчас быть рядом с парнем, но спорить не стала.

Мне сразу же вручили бокал шампанского, а Розали одними глазами поинтересовалась: Всё ли хорошо? В отличии от ребят она знала гораздо больше, а после перерождения являлась сильнее себя прежней. Она почувствовала, что в доме что-то произошло, но не понимала что. Мой короткий кивок ее немного успокоил.

— Кстати, генерал Артюшин приехал, —