Вечно голодный студент 6 - RedDetonator

— Да? — переспросил Игорь. — Ладно, тогда до встречи. И удачи в рейдах.

Киваю ему и покидаю подземную мастерскую.

По пути замечаю станок, в автоматическом режиме плетущий броню из толстой паутины — видимо, Лапша сделала большую заготовку паутины нужной консистенции.

Промышленность — это одно из важнейших наших преимуществ. Она, конечно, даже близко не похожа на то, что было до зоошизы, но у окружающих псевдогосударственных формирований нет и такого.

Челябинск, например, загибался без энергии — на ТЭЦ надежды не было, так как топливо кончилось, а в первую зиму почти вся инфраструктура потерпела коллапс и больше у них не осталось ничего.

Я заметил, когда ходил по полностью обезлюдевшим районам города, что большая часть квартир сгнила после того, как в них полопались батареи и всё залило водой.

В большинстве населённых пунктов с центральным отоплением, я думаю, картина такая же — инфраструктура заруинена. (1)

Только города с вовремя спасёнными ГЭС или большими запасами ископаемого топлива, такие как Волгоград и Новокузнецк, имели шансы сохранить цивилизацию и развиваться хоть как-то.

Собственно, я очень хорошо помню, как мы охраняли в Кузне шахтёров, добывающих уголь для энергоснабжения города.

«Хорошие были времена…» — с ностальгией подумал я, поднимаясь на лифте на свой этаж.

А у номера я обнаружил Щеку.

Он, как всегда, в своём леопардовом халате, но сейчас у него на плече лежит СВД.

— О, здорова, бро! — приветствовал он меня. — Давно не виделись!

— Даров, — ответил я и крепко пожал ему руку. — Не так уж и давно, вообще-то…

— Но я всё равно скучал! — сказал на это Щека. — У тебя в номере есть что-нибудь выпить?

— Ага, — ответил я. — Сейчас…

Разблокирую дверь и пропускаю его внутрь, после чего разуваюсь и иду к холодильнику.

Внутри дохрена всякой алкашки, но я выбрал бутылку отечественного виски «Кемля». Пятьдесят градусов — то, что нужно…

— Слышал я, что ты теперь уважаемый барин, с домом на земле, — произнёс Щека, сев за обеденный стол.

— Ага, я тоже слышал, — ответил я, разливая алкоголь по стаканам. — Льда нет.

— Лёд оставь пидорам и девочкам, — произнёс Щека, приняв стакан. — Настоящие мужчины пьют виски тёплым, горячим, холодным, прохладным — каким угодно, блядь. Ну? За настоящих мужчин!

Выпиваю до дна и ставлю стакан.

— Как себя показал Муравей? — спросил Щека.

— Да нормально, — ответил я. — Он толковый, поэтому проблем с ним никаких не возникло — справился со всем с достоинством.

— Проф сказал, что доволен им просто пиздец, — поделился Щека. — А ещё я слышал, что когда ты вернёшься из похода в Баку, тебя ждёт тренировка ещё кого-то.

— Ох, блядь… — тяжело вздохнув, проговорил я. — Не хочу быть педагогом — это выматывает, просто капец…

— А я бы хотел, но не дают, — сказал Щека. — Считается, что со мной прокачка вообще никакая.

— Может, найти кого-нибудь, кто не знает о твоих способностях? — предложил я.

— А такие есть вообще? — спросил он. — Весь Волгоград слышал, как сильно и в каких позах я трахал своих врагов — нет, это надо прямо из самой глухомани КДшников привлекать…

Это неожиданная проблема — когда Щека рядом и он на твоей стороне, невольно чувствуешь себя в безопасности. А за такое дают очень мало опыта…

— Зато ты у нас, блядь, бэдбой — с тобой всегда опасно, ха-ха-ха! — сказал он и рассмеялся.

— Ага-ага… — поморщившись, произнёс я.

— Знаешь, что хорошо? — спросил Щека.

— Не знаю, — ответил я.

— Звери стали опаснее с тех пор, как мы все начали, — произнёс Щека. — Муравей ведь терпел больше, чем мы с тобой — та ебаная черепаха чуть не прикончила его! Ты бы не вывез, будь ты его левелов!

— Не спорю, — согласился я с ним. — Но это значит лишь то, что Муравей крут.

— Да, будет из него хороший КДшник, — кивнув, сказал Щека. — Но и нам нужно сохранять разрыв. Педагогика и всякая хуйня — это круто, но ты, Студик, не раскисай и сам качайся тоже. Ты до сих пор один-единственный левел не апнул! У тебя же левел до усиления пассивки?

Я до сих пор 149 левела, поэтому, действительно, до второго усиления пассивки осталось рукой подать.

— Ага, — подтвердил я. — Ничего. Возможно, на днях схожу за каким-нибудь зверем поблизости. Королевских зверей, насколько мне известно, пока что, нет.

— Пока что, — кивнув, ответил Щека. — Эх, жаль, что мне нельзя с вами в Баку — я так давно никуда не выбирался…

— По поводу особого задания от Профа что-то стало известно? — поинтересовался я.

— Не, молчит, — покачав головой, сказал Щека. — Надеюсь, это будет что-то достойное применения «Сталинграда». Кстати, ещё раз спасибо тебе, бро!

— Да говорил же уже, что не за что, — ответил я на это.

— Я обязательно найду, чем отдариться! — заверил он меня. — У нас, кстати, в запасах нашлось целых четыреста двадцать восемь патронов 8,6×70 миллиметров.

— Что, кстати, Палка и Майонез? — спросил я.

— Майонез передумал уже, — ответил Щека. — На днях сказал, что психанул. Его устраивает то, что Лапша теперь днями и ночами в рейдах, из которых приносит сотни килограммов, а иногда и тонны лута.

— А Палка? — спросил я.

— Не, эта принципиально уходит, — сказал Щека. — Студик, у меня в горле пересохло…

Наполняю его стакан.

— То-то же, — улыбнувшись, произнёс он. — Короче, Палка пойдёт с вами до Баку, как и обговорено, а затем направится на юг, возможно, к Средиземному морю, а возможно, что в Египет или дальше. Это, как ты знаешь, условие Профа, что она исчезает насовсем и не создаёт нам никаких проблем.

— Да, это я помню, — сказал я. — Жаль.

— Жаль-жаль-жаль… — произнёс Щека. — Но это её выбор. Да и хуй с ней — мне насрать. Никогда мы с ней не были большими друзьями. Она ничем не рисковала всё это время — а мы ставили на кон свои жопы. Мы построили Фронтир, приняли их всех под крыло, предложили лучшие в мире условия, но стоило чему-то пойти не так — фи, я мухожук!

— Тебя что-то несёт, бро, — покачав головой, сказал я.

— Нихуя, бро! — не согласился он со мной. — Палка в рейды ходила против Ростова и Тамбова? Нет! Рисковала жизнью, как мы? Нет! Вся её работа, блядь — охотничьи рейды и лутинг! Зато права, блядь, у нас, непонятно какого хуя, одинаковые! Схуяль, бро⁈

— Так, бро, успокойся, — попросил я его. — Ты что-то раздухарился…

— Ну, да… — произнёс Щека. — С правами я перегнул — это было лишним. Но она, реально, разваливала наш Фронтир изнутри! Она и Гадюка — люди