Гранит надгробий - Дмитрий Игоревич Сорокин

— Клянусь Великой Тьмой! — захохотала Серебряная. — Давненько меня на дуэль не вызывали! Но нет уж, голубки мои. Здесь — Государева опричная Учёная Стража. Я — княгиня Серебряная. Слыхал, наверное?

Судя по тому, что наглый помещик отъехал в обморок — слыхал.

— Ага, точно слыхал, — кивнула она. — Дубровский! Приведите в чувство эту падаль. Не уверена, что тут по нашей части, но, в любом случае…

— Зато я уверена, Светлана Сильвестровна, — подала голос Мария.

— Докладывайте, аспирант.

— Я обратила внимание на продолжающийся фон крайне негативных эмоций. Пытаясь отследить их источник, обнаружила артефакт незнакомой конструкции, излучающий ужас.

— Ага, совсем хорошо, — княгиня достала телефон. — Эльвира, нам нужен транспорт, лучше всего, конвертоплан. С ним пара-тройка людей из «четвёрки». Эвакуация пострадавшей, этапирование душегубов. Наводись по звонку. Давай.

— Клиент готов продолжать разговор, — отрапортовал Володя.

— Вот и отлично. Изливайте душу, любезный. Аляску ещё заслужить нужно.

Весь гонор со старшего злодея слетел как от дуновения июльского урагана, и душу он излил во всех мерзких подробностях.

Насчёт владения местными землями — тут он выдал желаемое за действительное. Тёмный маг Авессалом Магницкий — так его звали — владел исключительно бревенчатой усадьбой о трёх комнатах в нескольких верстах отсюда, да парой десятин земли рядом с оной. Происходил он, действительно, из дворян, службу государеву исполнял из рук вон плохо, так что ни богатств, ни наград, в том числе земельных, на ней не снискал. На недавней войне праздновал труса, за что получил неприятностей от самого Ермолова, и уцелел при сём, честно говоря, чудом. Но в мечтах он видел себя владельцем обширной юридики, не иначе, и вот у них с сыном созрел план.

Сын, тёмный пустоцвет, небесталанный, несмотря на дебиловатую внешность, инженер, изобрел артефакт, способный весьма долгое время транслировать тоску, страх и даже смертный ужас. Предполагалось при помощи этого устройства выселить несколько окрестных деревень и явочным порядком подгрести их под себя (о том, кто там станет работать, злодеи не подумали). Оставалось зарядить изобретение, и всё у злодеев непременно получилось бы, не проезжай мы мимо. Погибшая девушка была крестьянкой из соседней деревни, спасённая — дворянка Оленева, круглая сирота из младшей ветви рода, проживавшая неподалёку в усадьбе у тётушки. На неё положил глаз Магницкий-младший, но дева не испытывала к нему ни малейших тёплых чувств, скорее уж, наоборот: манеры у отца с сыном, на фоне бреда о собственном неминуемом величии, оставляли желать много лучшего. Озлобившись, инженер украл девушку и назначил её в жертву.

— Принести вас самих в жертву Великой Тьме, что ли… — задумчиво предположила Серебряная.

На этот раз побледнели и лишились чувств оба.

— Какая тонкая у некоторых душевная организация, — хмыкнула княгиня. Да, Дубровский, что у вас?

— Осмелюсь просить, Светлана Сильвестровна, приносить их в жертву в каком-нибудь ином, желательно, специально оборудованном месте. Дело в том, что мы с Марией Алексеевной живём здесь неподалёку, и было бы печально иметь под боком хтонь.

— Хорошее продолжение моей шутки, Владимир Андреевич. Но да я действительно не вижу ни малейшей пользы в этих двоих. Так что, если на кол не сядут, поедут осваивать Аляску или подобные милые места. Мария Алексеевна!

— Здесь!.

— Насколько я понимаю, на этом месте вы оказались случайно, а задача у вас была иная. Что там?

— Так точно, задача была совсем иная, решена, — и Мария рассказала историю затосковавшего по мультикам попаданца.

— Занятно. Отчет по этому делу писать придётся максимально подробно: Рикович всё-таки, тем более, внезапно мёртвый — и то, что его, умершего, допрашивал некромант, может нам головной боли добавить. Пишите все, пишите всё, там важно никакой мелочи не упустить. Но это уже в замке, конечно. Покажите мне его артефакт.

Макс, уже вернувшийся в привычный вид с очками и серой шевелюрой, достал из рюкзака пластиковый контейнер. Вынул из него сундук, поставил на траву.

— Открыть?

— Разумеется.

Некоторое время ничего не происходило, затем из сундука осторожно выглянула полупрозрачная мордочка крупной мыши.

— Пи-пи-пи! — восхитилась мордочка.

— Как хорошо, что я не боюсь мышей, — прокомментировала княгиня.

Мышь исчезла, вместо неё мгновенно возник уже знакомый нам атлет. Подхватив сундучок, он в три гигантских прыжка пересек реку и скрылся в зарослях ивняка.

— Я от бабушки ушёл! — донесся до нас торжествующий вопль.

— Да-да, ушёл он. От бабушки… — не меняясь в лице, Серебряная будничным жестом вскинула руку.

— Гурш кримп укбурзум иши!

Ивняк шевельнулся, из него, неся сундук, словно гроб с покойником, выдвинулась печальная процессия из Колобка, Винни-Пуха, Карлсона и Чебурашки. Ступая по воде, они обратно пересекли реку, поставили сундук к ногам Серебряной и втянулись в него. Макс закрыл артефакт и убрал в контейнер.

— Смешная вещица, — заметила княгиня. — Изучим и, думаю, доведём до ума. Ромодановский, покойный Рикович, если не ошибаюсь, был вашим земляком?.

— Да, Светлана Сильвестровна.

— Тогда готовьтесь, придётся вам консультировать наших научников. Предвижу, четвёртый и шестой отделы будут драться за этот сундук.

— Слушаюсь, — кивнул я.

Приказы начальства не обсуждаются. Если оно решило, что Песчаный замок должен смотреть советские мультики, значит, так тому и быть. Осталось только понять, на сколько дней некий молодой некромант в ходе этой реконструкции будет оторван от дома.

Прилетел служебный конвертоплан. Из него выскочили трое научников из «четвёрки», получив короткий приказ, принялись паковать в контейнеры злодейский артефакт и реквизит ритуала. Бесчувственную Оленеву бледный Есугэй бережно, как великую драгоценность, отнес в салон. Дубровского в качестве лекаря отправили следом.

— Так, Восьмой отдел. Разбегаемся. Я возвращаюсь в кабинет. Конвертоплан увозит потерпевшую, злодеев… Кстати, им по инструкции силовое сопровождение положено, а я не вызвала. Прокол-с, — досадливо поморщилась Серебряная.

— Возьмите моего телохранителя, — предложил я. — Волонтёр Рукоприкладский способен обеспечить безопасность на борту.

— Принимается. Спасибо, Фёдор Юрьевич. А вы, аспирант Дубровская, школяры Огнева и Курбский следуйте своим ходом. И постарайтесь больше ни во что не влипать, хватит на сегодня с вас. Встретимся в замке.

Она повела рукой, заклубилась тьма, в которую наша начальница шагнула — и исчезла.

Что может быть сложнее спуска по бездорожью? Подъём по нему же. Нам относительно повезло, что дожди давно не шли, иначе шансов подняться по основательно размытому косогору не было