Звёзды, пламя и сталь. Книга 6 - Игорь Викторович Лопарев

— А это кто такая? — надо отдать должное этому мерзавцу, держал он себя, прямо-таки, по королевски. Не смотря даже на то, что был очень неплохо зафиксирован.

Вопрос, само собой, был обращён ко мне, но касался он Ириты.

— Позвольте я представлюсь, — голос Ириты звучал как лесной ручеёк, покуда её лицо было обращено ко мне. Но он странным образом изменился, когда она обернулась в сторону Лирока. Теперь я ясно слышал перезвон льдинок. Да, речь её была по-прежнему мелодична, но теперь она была до предела напитана холодом бескрайних космических пространств.

— Не смею вам препятствовать, — ошарашенно сказал я, ибо эта мгновенная смена тембровой окраски пробрала меня прямо-таки до печёнок.

— Меня зовут Ирита Фейхнер. Я имею степени доктора нейрофизиологии и психофизики. И вхожу в тройку опытнейших практиков-ментатов Империи Аратан. — тут она улыбнулась, и меня от этой улыбки натурально бросило в дрожь. При этом, заметьте, улыбалась она отнюдь не мне.

Наверное у неё есть какие-то счёты ко всем аграфам, а не конкретно к этому. Этого-то она, скорее всего, впервые в жизни видит.

А когда мы потрошили Пхукунци, она действовала профессионально и холодно. В том случае она просто хорошо делала свою работу.

То, что она там ему закладочки свои хитрые поставила, так это она его просто наказала. Без гнева и пристрастия, как это принято говорить. Просто потому, что заслужил. И личного в этом было не так много.

А вот сейчас, невзирая на всю её внутреннюю дисциплину, из неё ледяным фонтаном хлестала дикая ненависть.

И Лирока тоже пробрало. Нет, на его лице оставалась всё та же мина брезгливого пренебрежения к низшим. Но вот побледнела она, морда его эльфячья. Очень заметно этот пижон сбледнул. И на лбу выступили крупные капли пота.

— Ты не достой… — он попробовал сказать какую-то гадость, как я понял. Но Ирита не дала ему шанса договорить:

— Я ещё не не всё сказала, — когда эти слова прозвучали, челюсть почтенного Кинси Лирока немного отвисла и из уголка скривившегося тонкогубого рта свесилась ниточка тягучей слюны. — Так вот, слушай меня, червь! Мы решили проявить милосердие и постараемся не прибегать к аппаратному воздействию на твой ублюдочный разум. Но это решение может быть изменено, стоит лишь только тебе солгать один единственный раз! И тогда ты познаешь всю глубину своего ничтожества!

Взгляд Лирока остановился и помутнел. Он сам оплыл в кресле и сейчас представлял из себя жалкое зрелище.

Надо сказать, что и мне стало очень не по себе. Интересно, чем это она так его приложила? Если учесть, что остаточного эффекта хватило, чтобы скрутить в узел здоровенного наёмника, который теперь стонал, корчась на стальном полу в дальнем углу.

Да и я был близок к тому, чтобы забыть обо всём и свернуться, поскуливая, в позу эмбриона. Доминатор, хвала Ушедшим, уберёг меня от этого. Благодаря ему я сохранил лицо.

— Извините, сорвалась, — виновато улыбнулась Ирита, глядя на наёмника, который с трудом поднимался с пола, держась за стену. — Больше такого не повторится…

— Ирита, — мой голос звучал чуждо, хрипло и глухо, — предупреждать надо… Парень вон, похоже, даже обмочился.

— Так и поделом ему, — в голосе её опять зазвучали опасные нотки.

— Я не про Лирока, — эта фраза у меня прозвучала уже более естественно, — я о нём, — сказал я, кивая в сторону наёмника, который хоть и поднялся, но ещё не пришёл в себя и что-то тихонько мычал. И штаны у него, похоже, действительно здорово отсырели.

— Можете идти, — это я уже ему сказал, — мы тут сами управимся…

— А-а-га, — заикаясь, проблеял здоровенный мужик и на полусогнутых выскочил из допросной, плотно прикрыв за собой дверь.

А вот Лирок растёкся по креслу, как та самая амёба с «Форпоста-13». Глаза его закатились… Но дышал, гадёныш… Дышал, хоть и прерывисто. Значит живой.

— Ещё раз прошу прощения, — дыхание госпожи Фейхнер немного выровнялось и она, похоже, всё-таки загнала свою ярость куда-то глубоко внутрь себя.

— Что это вас так растарабанило-то? — с некоторой опаской спросил я, — с Пхукунци вы вроде как даже помягче обошлись. А он, как мне кажется, принёс вам и вашим друзьям гораздо больше зла… Я не прав? — Лирок всё-ещё лежал в отключке. Так что можно было и поговорить немного.

— Этот… аграф мне кое-кого напомнил, — сказала Ирита, — призраки далёкого прошлого. Если хотите, скелеты в шкафу… Я же не всю жизнь была учёным, за которым бегают солидные заказчики… Начинала с самых низов, на одной из планет фронтира… — Она прикрыла глаза и на несколько секунд замолкла, — и там судьба столкнула с этими… — она покосилась на начавшего подавать признаки жизни Лирока, — но, ладно, постараюсь не смешивать личное с работой… — она тряхнула головой и улыбнулась. На этот раз уже не страшно, а, как мне показалось, устало.

— Однако, — подумал я про себя, — это какой же у неё уровень пси, если она не совсем, конечно, аграфа, но какого-никакого, а полукровку скрутила так, что тот в беспамятство впал… И ведь нейронка у него одна из лучших…

…У Ириты Фейхнер стоит нейросеть-симбиот производства Мзин. Плохо детектируется. Скорее всего это двенадцатое поколение нейросети, созда нной специально для ментатов. Сейчас её общий пси-уровень примерно А10 — В2…

— Да, мне с моим С10 лучше сидеть и не отсвечивать, — подумал я. — и интересно, как пиратам-то удалось её скрутить? Наверное сзади подкрались и чем-нибудь тяжёленьким по затылку приложили. А потом заморозили. Мозги-то она вскипятить могла многим…

Лирок открыл глаза. Видно, что с большим трудом. Но, к моему удивлению, тут же сконструировал на своей мордахе высокомерную такую мину. Похоже, эта плюха его мало чему научила…

Но, ладно, сейчас надо быстренько выяснить, насколько велики его ухоронки, и как до них добраться. А потом можно предоставить Ирите возможность немного порезвиться. И уже от неё будет зависеть, что именно мы передадим Аргуссосу… Если она с собой не совладает, то это будет просто гуманоидное растение, не иначе…

Но это уже её дела. А сейчас надо начинать, пока никто ничего опять не учудил:

— Вы готовы отвечать на мои вопросы? — обратился я к очухавшемуся недоаграфу.

А он в ответ на