Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

Рудницкий согласился, буркнув что-то невнятное, и наполнил бокалы.

– Выпьем, – предложил он. – И никаких вопросов! – опередил он Самарина. – Все узнаешь завтра. Хотя есть еще одно дело, которое мы должны решить, – неуверенно произнес он.

Самарин замер, в голосе алхимика была неуверенность, почти страх.

– Я так понимаю, это что-то неприятное?

– К сожалению, – хмуро согласился Рудницкий. – Лучше будет, если ты исключишь нас из семьи. Скажешь, что это была шутка и ни о каком родстве нет и речи. Или вас обманули и…

– Что такое? – оборвал его Самарин. – Что случилось?

– Помнишь наш первый разговор? Мы тогда обговаривали книгу Блиоха.

– Конечно! В жизни столько не пил, меня неделю похмелье мучило. А почему ты спрашиваешь?

– Мы тогда пообещали себе, что не будем врать. Потому я информирую тебя, что наши дороги расходятся.

– И почему это? Чем я тебя обидел? Если…

Рудницкий остановил его вялым жестом.

– Не в этом дело. Обстоятельства изменились. В этих новых обстоятельствах ты должен вести себя как царский офицер, а я – как поляк.

– Сдурел?! Для полного счастья мне не хватает только польского бунта! О, прости, восстания! А ты говорил, что не вмешиваешься в политику!

Рудницкий одним глотком допил вино и снова потянулся к бутылке.

– И дальше не собираюсь, – заверил он. – К сожалению, в нынешней ситуации все имеет политический оттенок. По крайней мере, все так будет воспринято. Поэтому…

– Ты с ума сошел! – беспомощно произнес Самарин.

– Не ругайтесь, – попросила Анастасия. – И помни, Сашка, что мы тебя из семьи не исключаем.

– Я понимаю, это щедрое предложение касается Сашки Самарина, как частного лица, а не генерала Собственного Его Величества Конвоя Александра Самарина?

– Именно так, – подтвердила девушка с грустной улыбкой. – Но хватит этих разговоров, давайте выпьем!

– Ты получил повышение? – заметил Рудницкий. – Тогда за твое новое звание!

Офицер выругался, но поддержал тост. Теплый, медовый свет керосиновой лампы играл с рубиновой жидкостью, зажигал искорки в хрустальном бокале. Вино, такое великолепное минуту назад, сейчас имело вкус пепла.

Глава Х

Гомункулус кричал. Тонкий, резкий визг пронзал уши, а переполненные ужасной мукой глаза не оставляли никаких сомнений, что создание страдало. Как и истекающее кровью и плазмой тело, напоминающее кусок сырого мяса.

Рудницкий с помощью специального устройства выкачал из сосуда кислоту и, вытащив бритву, порезал палец. Создание сразу же слизало стекающую по стеклу алую каплю. Все признаки боли сразу же отступили, кожа существа, напоминающего миниатюрного младенца, стала гладкой и розовой. Через минуту взгляд гомункулуса остановился на Рудницком. Неподвижный, нечеловеческий и необъяснимый. Алхимик первым отвел глаза.

Он неуверенно и колеблясь залез в карман и вытащил небольшой флакончик. Эликсир из мандрагоры. Осторожно отмерил пипеткой дозу и, как и раньше кровь, влил в реторту. Шершавый, непропорционально длинный язык слизал каждую каплю.

– Пустая трата денег, – отозвалась за его спиной Анастасия. – Хватит твоей крови, чтобы он полностью восстановился. Нет причин давать ему обезболивающее.

– Такой уж я чудак! – хмыкнул грубо алхимик. – Если я могу как-нибудь облегчить его страдание, деньги не имеют значения.

– Ну точно! Ты прекрасно знаешь, что мы должны экономить.

Рудницкий отогнал девушку нетерпеливым жестом. Настойка из мандрагоры была на вес золота. Не то чтобы они обеднели, приготовленные алхимиком лекарства пользовались неслабым успехом, как и сделанные на заказ амулеты и талисманы. Только у Анастасии был план. Идея пришла ей в голову, когда она услышала про несчастные случаи в Москве. Поэтому она решила построить отель. Не просто отель, а место, где гости были бы в безопасности от фауны анклава, даже если демоны прорвут окружающие анклав стены. Идея была неплохой, алхимик не сомневался, что после последних событий многие бы заплатили за гарантию безопасного сна. Проблема состояла в нехватке денег. Для обеспечения безопасности здания требовалось невероятное количество металла, не говоря уже об обычной охране. А цена на серебро возросла, и ничего не указывало на то, что в ближайшее время что-то изменится.

– Спокойно, – буркнул он. – Рано или поздно мы насобираем эти триста тысяч рублей.

– В таком темпе скорее поздно, чем рано, – с иронией произнесла она. – Правда, не стоит о нем волноваться, ничего с ним не будет. Кислота, огонь или лед – это стандартные процедуры. Он все выдержит, ему нужна только твоя кровь. А если ты его соответствующим образом не закалишь, он погибнет в первой же битве.

– Понятно! – гневно рявкнул Рудницкий. – Я должен жечь его живьем, топить в кислоте и морозить во льду…

Его прервал грохот, реторта опасно дернулась. Алхимик кинулся к ней и удержал от падения со стойки. Гомункулус стоял возле стенки сосуда и напирал на нее с удивительной силой для хилого тельца.

– От… отец, – сказал он хриплым, глухим голосом. – Папа! – нежней добавил он.

– Это невозможно! – воскликнула девушка. Она прижалась так, чтобы ее лицо находилось на уровне головы создания. – Невозможно! – повторила она. – Ни один гомункулус не может развиваться так быстро!

– Он говорит? – ошеломленно спросил алхимик. – Я не ослышался?

– Говорит, точнее, он должен говорить, но через полгода. Кто знает? Может, ты и прав с этой мандрагорой? Это стоит…

– Ма…ма. Мама.

Рудницкий непроизвольно отступил на шаг. В этот раз в голосе гомункулуса не было никаких теплых ноток. Произнесенные с металлическим отзвуком слоги звучали, словно щелчки перезаряжаемой винтовки.

– Чего ты ждешь? – спросила Анастасия. – Закрой реторту, пусть поспит, пока ты не вернешься.

– Ты уверена, что это безопасно?

– Абсолютно, – ответила она равнодушно. – Гомункулус никогда не повернется против того, что его создал. А это наша кровь течет в его жилах. Поспеши, скоро Сашка придет.

Алхимик вздохнул и накинул на сосуд черную ткань. Иногда у него создавалось впечатление, что реальность перерастает его. Недостаточно того, что с его помощью был создан гибрид, признавший его отцом, еще ему придется вмешаться в политику Империи. Бог знает с каким результатом…

Из реторты донеслось тихое хныканье, через минуту оно перешло в невразумительное бормотание, как у засыпающего ребенка. Рудницкий выключил свет и старательно закрыл двери на ключ.

* * *

Карета остановилась перед Королевским замком, и Рудницкий нервно ослабил галстук. Самарин стукнул его по руке.

– Не трогай! Ты не можешь появиться на аудиенции расхристанный, а я не поправлю тебе галстук. Это виндзорский узел. Никогда не умел его завязывать.

Алхимик хмыкнул. Этот галстук завязала ему Анастасия. Еще одна дружеская услуга, ничего больше. После того как она соблазнила его в карете, девушка четко дала понять, что не желает никакой близости. А Рудницкий предпочитал не проверять, чем может