Еще не поздно 1-5 (версия 2012 года) - Павел Владимирович Дмитриев

— Вот, к примеру, мы провели исследование конденсатора, — поспешил вставить слово Борис Малин. — Он сделан из многослойной керамики. Конструкция не имеет современных аналогов, нужно многое разрабатывать буквально с нуля.

— Или взять стеклотекстолит, — вернул себе инициативу Маслов. — Толщина фольги изделия в десять раз меньше той, которую мы применяем! Вероятно, это сделано для скорости и точности травления[114].

— Сколько времени нужно для развертывания хотя бы опытного производства? — прервал Шелепин «междусобойчик» специалистов.

— Не менее пяти лет, это в лучшем случае. По интегральным схемам даже больше, семь-восемь лет. Мы пока не определились, можно ли вообще добиться подобного размера полупроводниковых элементов на нашем оборудовании.

Тут Шокин не выдержал и разразился гневной речью. Смысл ее заключался в том, что электронной промышленности в СССР не уделяется достаточного внимания. В тысяча девятьсот пятьдесят восьмом году под полупроводниковые предприятия были выделены разрушенное здание совпартшколы в Новгороде, спичечная фабрика в Таллине, «Сельхоззапчасть» в Херсоне, ателье бытового обслуживания в Запорожье, макаронный завод в Брянске, швейное предприятие в Воронеже, коммерческий техникум в Риге[115]. Остаточный принцип!

Причем план по финансированию и реконструкции не был выполнен даже по итогам семилетки. Первые деньги вообще поступили лишь три года назад, в шестьдесят втором. Естественно, ни о каком выпуске серийной продукции нельзя говорить. По сути, в СССР имеются только небольшие опытные производства типа Светлановского. Которые, разумеется, не могут удовлетворить нужды промышленности.

…Ход беседы, неожиданно свернувшей в технические дебри, пробудил непонятные ассоциации. Шокин хорошо понимал, что сейчас у него есть шанс утвердиться в ЦК КПСС[116]. Внимание второго (или уже первого?) человека в партии стоит дорого. Но через что для этого придется пройти?

Шокин вспомнил сталинские слова, сказанные вождем в конце страшного тридцать седьмого года ему, двадцативосьмилетнему разработчику ПУАЗО[117] для крейсера «Киров»: «Сделаете в срок — будете награждены по-царски, не сделаете — пеняйте на себя». Тогда вождь не ограничился простым напутствием, а подробно рассказал, откуда можно получить помощь и на каких заводах целесообразно разместить заказы на компоненты системы. А главное, дал возможность обращаться на производство от своего имени. И сократил названный молодым специалистом срок поставки в три раза, до полугода.

Поставленную тогда задачу удалось выполнить. Уже в тридцать восьмом Александр Иванович стал главным инженером главка военных приборов и телемеханики, а также получил орден Ленина, квартиру на сорок четыре квадратных метра в новом доме на Патриарших и служебный ЗИС-101. В тридцать девятом был назначен начальником только что созданного главка Наркомата судостроительной промышленности[118].

Потом была война, бешеная работа по организации выпуска боеприпасов, лихорадочная доводка систем управления зенитным огнем. Ближе к сорок пятому пришлось создавать опытные образцы систем радиолокации и изучать трофейную германскую технику.

Но самые сложные сражения начались в пятидесятых, аппаратная борьба была опаснее фронта. Про Александра Ивановича даже напечатали фельетон в «Правде», автор — Мариэтта Шагинян, известная «акула пера». После такого карьера большинства людей в СССР заканчивалась навсегда. Но Шокин устоял и даже, что немыслимо, добился опровержения. Хуже обстояло с интересами отрасли: лидеры партии за ракетами и атомными бомбами электронику просто не замечали.

Для привлечения внимания Никиты Сергеевича в тысяча девятьсот шестьдесят втором удалось получить согласие на проведение небольшой выставки с докладом в перерыве заседания Президиума ЦК КПСС. Единственный эффект, которого он добился, — снисходительное похлопывание по плечу первого секретаря ЦК, дескать, молодцы, ребята, но все это не нужно. В широчайшие перспективы микроэлектроники не поверил никто. Пришлось искать точку, в которой сфокусируются интересы отрасли и «видение» лидера страны. Для этого в тысяча девятьсот шестьдесят четвертом сделали самый маленький в мире радиоприемник «Микро». Рекламная кампания, как ее называл политэмигрант в СССР Старос[119], удалась. Может быть потому, что он сам выступил на показе в роли коммивояжера…

После этого прорыва Хрущев одобрил идею организовать Научный центр микроэлектроники в Крюкове и выделил на это четыре тонны золота. Через три месяца интенсивных согласований было подписано постановление ЦК КПСС и СМ СССР, в соответствии с которым создавались пять новых НИИ — теоретических основ микроэлектроники, микросхемотехники, технологии микроэлектроники, машиностроения, специальных материалов.

Так родился Зеленоград. И вот теперь опять решалась его судьба…

Однако Шелепин сумел основательно удивить даже такого опытного аппаратчика, как Шокин.

— Так вот. — Александр Николаевич резко уперся ладонями в стол и чуть наклонился вперед. — Вопрос электронной промышленности беру под свой контроль в связи с чрезвычайной важностью этого направления для СССР.

— Но это надо согласовать… — к такому повороту Шокин явно был не готов.

— Товарищ Косыгин в курсе. — Шелепин не собирался сбавлять темп. — Егорычев вам поможет со строительством[120].

И он продолжил практически без паузы:

— Вам предоставят ресурсы и права, сравнимые с ракетной программой. Но возможность изготовить копию предоставленного образца в опытном производстве вы должны будете найти не позже января шестьдесят шестого года. Вопросы промышленного выпуска планируется решать отдельно, в особом порядке.

Было такое впечатление, что Шелепина не сильно интересовали выкладки специалистов, а всерьез волновал только вопрос «когда», подразумевающий ответ подчиненных «вчера».

— Александр, — повернулся к Шокину Александр Николаевич, — прошу тебя к послезавтра подготовить нужные документы и план работ. В запросах можешь не стесняться, потому что объем задач тебе предстоит решить значительно больший, чем кажется.

— К шестнадцати часам буду готов. — Довольная улыбка против желания растянула губы министра электронной промышленности. Секретарь ЦК, член Президиума обратился к нему как к близкому товарищу, на «ты». Это дорогого стоило!

Только что промелькнувшая в голове история повторялась наяву. Шелепин уже был в курсе всего, он четко видел цель. И заранее планировал ресурсы, но требовал совершенно невозможных сроков выполнения заданий. Неужели в СССР пришел к власти новый вождь?

— Подберите группу грамотных специалистов для совершенно секретной серийной работы в закрытом городе. — Александр Николаевич мазнул взглядом по подготовленной помощниками бумажке и продолжил: — Будет очень тяжело. Но чрезвычайно интересно, гарантирую. Слава Шокли, Бардина и Браттейна[121] померкнет перед результатами этих работ.

— Насколько большую группу? — Маслов давно не