Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Очень приятно, — пожал я ему руку.

По-английски он, разумеется, не говорил, так что переводила его слова Мария. Да, а в кувшине оказалось домашнее пиво, не очень крепкое, но оригинального вкуса… так сразу и не скажешь, на что похоже.

— Значит, ты врач? — спросил меня Антонио, отхлебнув очень немалую часть из своей кружки.

— Учусь, — повторил я свое вранье, — третий курс мединститута.

— Что там с Марией приключилось, расскажи, — потребовал он.

В двух словах повторил то, что разглядел своим рентгеном, после чего Антонио надолго задумался. Да, а на тарелках оказалась местная рыба с очень острыми приправами и рисом — вкусно, только приправы до кишок пробирали… пришлось гасить пожар пивом.

— А ведь ты врешь, что учишься, — хитро ухмыльнулся дедуля, — ты давно свой институт закончил, и совсем не медицинский.

Нарвался, блин на еще одного экстрасенса, с тоской подумал я, косясь на Цоя…

— Он и точно провидец какой-то, — сообщил мне тут же Цой на корейском, — валить надо бы отсюда, пока они полицию не позвали.

— Погоди, — тормознул его я, — побеседуем для начала, — а дедуле ответил прямо, — ты прав, выгнали меня из медицинского института, так что закончил я в итоге политехнический.

— Вот это больше похоже на правду, — удовлетворенно сказал дед, крикнув Марии, чтоб она еще чего-нибудь попить принесла.

Мария притащила запыленную бутылку, которая оказалась ромом… ну да, Филиппины же испанской колонией были черт-те сколько времени, а у испанцев национальный напиток это ром. Антонио разлил его в наши стаканы, опрокинул в глотку свой, не чокаясь, а потом сказал:

— Я же вижу, что у тебя есть некие необычные способности… у него, кстати, тоже, — он перевел палец в сторону Цоя, — и внучку мою ты из беды вытащил не просто так, а благодаря этим способностям, верно?

— Ну есть у меня немного этого дела, — не стал упираться я, — не всегда они проявляются, правда — твоей внучке вот повезло.

— Я к чему все это говорю… — продолжил Антонио, — у меня есть один старинный друг, он потомственный хилер…

— Правда? — заинтересовался я, — практикующий?

— Да, иногда подрабатывает… так вот — давай я тебя с ним познакомлю…

Глава 26

15 октября

15 октября

Я придержал заднюю дверцу для Лены, сам запрыгнул на переднее сиденье, стойко перенес ехидное подмигивание Егора, и мы помчались по вечернему проспекту имени российско-советского ученого и лауреата Сталинской премии товарища Вернадского.

— Как там Никулин? — справился Егор, — живой?

— Живее всех нас, — ответил я, — несмотря на свои шестьдесят. Самое запоминающееся выступление во всем представлении, правда, Лена? — обратился я назад за поддержкой.

— Кио, — ответила она, — если честно, мне больше понравился.

— Эх, — ударился в воспоминания Егор, — я этого Кио совсем недавно ведь возил вместе с Галиной. Вежливый мужчина, ничего не скажешь.

У меня все слова застряли в глотке после такого откровения — продолжать тему бывших мужей Брежневой мне никак не хотелось, поэтому я свернул обратно.

— Я слышал, Никулин в одном новом фильме снимается по одному скандальному роману, как уж его… в журнале Пионер печатали…

— Скандальный роман и в Пионере? — задумался Егор.

— Точно, — поддержала меня Лена, — Чучело назывался, у нас в училище его до дыр зачитали.

— И про что же этот скандальный роман?

Тут уже Лена взяла руль управления беседой в свои руки:

— Про школьную травлю, вот про что. Все же знают, что такое бывает, только говорить об этом вслух не было принято, но очень многие прошли через это… меня, например, сильно травили в старших классах.

— Тебя? — изумился я, — и за что, если не секрет?

— А я толстая тогда была, вот и дразнили жирдяйкой?

— Ты толстая была? — в свою очередь изумился Егор. — А сейчас и не скажешь…

— Пришлось заняться спортом и сесть на диету, — пояснила Лена, — но это уже в училище, а в школе меня до слез задразнили…

— Это печально, — ответил я, быстренько свернув скользкое ответвление в нашей беседе, — с Никулиным, как я слышал, будет сниматься дочка Пугачевой… в роли девочки, которую травили.

— А у нее есть дочка? — не скрыла изумления Лена.

— Ну да, — ответил я, — что она, не человек что ли — у каждой женщины могут быть дети. У дочки только, говорят, другая фамилия.

— Слушай, Петя, — обратилась она прямо ко мне, — а ты не можешь меня познакомить с Пугачевой? Раз уж у тебя такие большие связи есть.

— Попробую, — сдержанно отвечал я.

— А чего тут пробовать, — ухмыльнулся еще раз Егор, — только намекни Гале, она все устроит в пять минут.

— Точно, спасибо за подсказку, друг, — поблагодарил я Егора. — Как, кстати, Чайка выдержала Индию? Не забарахлила?

— Не, — помотал он головой, — выдержала с честью — на ГАЗе свое дело знают… там есть специальный цех такой, слышал?

— ПАМС? — спросил я.

— Он самый, производство автомобилей малых серий. По машине в месяц выпускают, зато уж каждую вылизывают до последнего болтика… а мы уже и приехали.

Егор лихо тормознул и заехал через арку во двор прямо к нашему подъезду.

— Спасибо, дружище, — пожал я ему руку, — обращайся, если что.

Пропустили нас вдвоем с Леной совершенно беспрепятственно, а когда я закрыл входную дверь, начались расспросы.

— Что там за разговор про Индию был? — тут же спросила она.

— Ну ездили мы туда с Егором, — пояснил я, — он Леонида Ильича возил, а я в группе поддержки значился.

— И кого же и как ты там поддерживал?

— Слушай, — поморщился я, — тут мы вступаем на заминированное поле — я, извини, кучу подписок дал, так что говорить могу далеко не про всё…

— Ладно, — вздохнула она, — тогда покажи свое жилье — про него ты подписки, надеюсь, не давал?

— Про это нет, про квартиру я могу говорить совершенно свободно, — улыбнулся я, — смотри сколько хочешь, если что-то непонятно, спрашивай.