Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

плечо. Изрядно ей досталось. «Скорую» Потапов наверняка вызвал, но врачи в первую очередь станут помогать пострадавшим полицейским… Если я им не скажу иного. А это уже зависит от нее. Но для меня сейчас главное – чтобы она смогла говорить.

Я опустился на колени рядом с Алиной и взял ее за руку, чтобы пощупать пульс. Сердце билось, хотя медленно и нестабильно. Рана на животе выглядела хуже других. Ее и ту, что на боку, я первым делом туго перевязал, чтобы остановить кровь, разорвав для этого на лоскуты свою рубашку. Затем достал из аптечки ампулу адреналина, закатал рукав на ее левой руке и сделал инъекцию. Она открыла глаза. Узнала. Изгиб ее губ представлял нечто среднее между мрачной улыбкой и гримасой боли.

– Вы… живой… Значит, Сергей…

– Мертв, – подтвердил я ее опасения.

– Вы… его?..

– Да. Иначе бы он меня.

– Как вам… удалось?

– Повезло. – Вдаваться в подробности мне было некогда, да и вспоминать это ментальное изнасилование не было никакого желания.

Измененная горько усмехнулась и закашлялась от дыма. Я поспешно извлек из кармана второй платок и повязал ей. Конечно, защита пустяковая, скорее, плацебо, но лучше, чем ничего.

– Оба… мы хороши, да? – с трудом проговорила она, справившись с приступом кашля. – Двойное… предательство…

– Идет война, – мрачно произнес я. – А на войне все средства хороши. До сих пор от Измененных шли только ложь, боль и смерть. Безоглядно довериться вам после одного телефонного разговора…

Я развел руками.

– Не надо… оправданий… Когда… Сергей что-то заподозрил… он… спросил меня, и я… рассказала. Он… не поверил вам и пошел… к Морону… А тот… решил устроить… ловушку.

– Которая почти сработала, – закончил ее фразу я. – Эта мразь всегда решает свои проблемы чужими руками. Вот и сейчас он скрылся, а вы оба… Закономерность, когда связываешься с Мороном. Конечно, будь у него вариант увести вас обоих отсюда живыми, он бы предпочел его. НМП нужны боевые единицы, да и предсказатель им тоже не помешает. Но, раз не получилось, он принес вас в жертву. Обычная практика для него.

– Это… личное, да? – спросила она. – Вы его… ненавидите?

– Есть за что. Впрочем, достаточно и того, что он террорист и убийца. Я все равно найду его, и тогда…

– Не смотрите… на меня… Я вижу… в будущем… далеко не все… что хочу. Исход… вашего противостояния… мне неизвестен… Но знаю одно… умрете вы… не от его руки…

– Вот как? – Я постарался сохранить невозмутимость. – А от чьей же?

Она помолчала, собираясь с силами.

– Ваша… сестра… Откроется… Источник… и она… изменится. Вы… отправитесь туда… чтобы спасти… ее… но напрасно…

– Меня убьют? Не дадут до нее добраться?

Лицо Алины вновь исказила кривая улыбка.

– Нет… вы доберетесь… Но придете… слишком поздно… и она… убьет вас.

– Она?! – Мне показалось, что я ослышался.

– Так… и будет… Я… видела четко… Сказала бы… вам… не ходите… Но вы… меня… не послушаете… С одной стороны… слово Измененной… а с другой… братская любовь… Но любовь… любая… убивает… поверьте… моему опыту…

Волна эмоций словно цунами накрыла меня. Верить ее словам не хотелось отчаянно, но в то же время…

– А… – начал было я свой очередной вопрос и осекся, увидев ее закатившиеся глаза. Она снова потеряла сознание.

Ну уж нет, так легко ты от меня не сбежишь! Понадобится – я тебя и с того света вытащу! Из аптечки появилась еще одна ампула с жидкостью желтоватого цвета. Антинова. Я немного поколебался. Чистый, невакцинированный Измененный обладает большей живучестью, но я не мог ждать, потому что не знал, когда завершится процесс изменения сознания. Пока что ее еще можно было сделать «лояльной», а через час… кто знает? Не раздумывая больше, я ввел ей вакцину, спрятал ампулу и волоком потащил бессознательную девушку к выходу из задымленного подъезда. Что бы там ни думал обо мне Потапов, я заставлю его сделать все, чтобы она жила. Любой ценой!

Глава 10

Катаев

Владимирская Зона. Десятый год метеоритного дождя

Человек – такое существо, которое ко всему рано или поздно привыкает. Даже к тому, к чему вроде бы и привыкнуть-то нельзя. Вот, например, к Зоне. Вся такая необычная, чужая, смертельно опасная, постоянно меняющаяся. Но и к ней приспосабливаешься. Раньше просто ни у кого на это шансов не было, потому что никто не находился в Зоне достаточно долго, чтобы привыкнуть. Либо уходил, либо умирал, либо изменялся. Я, наверное, первый, кто почти за три недели жизни на этой чужой территории еще ухитрился остаться человеком. Хотя, конечно, уже не тем сталкером, который входил сюда в надежде спасти свою девушку. Пребывание в Зоне сделало меня совсем другим, но не изменило. Хоть я и объявлен всеобщим врагом, человеческая жизнь еще представляет для меня ценность, как и некоторые моральные принципы. Как бы кому-то там ни хотелось выставить меня безжалостным чудовищем, я не такой… пока.

К концу третьей недели я перемещался по Зоне уже более-менее свободно, даже не шугаясь и не хватаясь за автомат на каждом шагу. Хватит, нашугался! Пусть теперь меня боятся! И ведь некоторые действительно боялись! По крайней мере немногочисленные истребители и прыгуны, попадавшиеся мне по дороге, предпочитали свалить подальше, не связываясь. И это было очень кстати, поскольку патронов для автомата и пистолета у меня оставалось всего ничего. Кое-чем, конечно, я разжился на телах покойных фээсбэшников, но, во-первых, добыча была весьма небогатой, а во-вторых, если палить во всех встречных мутантов, которые захотят тобой пообедать, то любое количество боеприпасов подойдет к концу. Мой арсенал тоже показывал дно. Поэтому приходилось экономить. А это значило – экспериментировать со своими способностями. Так в порядке эксперимента я сжег мозг двум кинувшимся на меня из глухой подворотни истребителям, а через день устроил экзекуцию раздражением центров боли четверке слишком агрессивных прыгунов. В общем, теперь хищники поменьше меня сторонились, а крупных не было. Фантомов я не видел уже с самого коллапса Кочевницы.

Вот и расслабился, болван, забыв о собственном главном правиле: никогда не расслабляться в Зоне, сколь бы безопасной она ни казалась. В это утро я шел добывать себе бесхозный транспорт с бензином в баках и работающими аккумуляторами и больше думал о нем, а также о том, куда я отправлюсь и что буду делать на «чистых» территориях, чем смотрел по сторонам. И был наказан.

Они появились из-за угла, когда я как раз заинтересовался симпатичным джипом, припаркованным у обочины. Их было четверо – трое мужчин и