7 крестражей Маши Вороновой. Часть 2 - Галина Мерзлякова

За покупками его не было видно, он периодически пошатывался, оступался, но упрямо продолжал идти вперед. Мальчишку можно было сравнить с груженым осликом. Когда мы наконец добрались до гостиницы и разобрали свои покупки, тот в шоке смотрел, как они буквально исчезают в воздухе, а потом тяжело вздохнул и спросил:

— А сразу так было нельзя?

Хэй Юэ ласково улыбнулась, правда, карманник от её улыбки почему-то побледнел и даже отшатнулся в сторону:

— Разумеется, можно, но напомню, альтернативой работы грузчиком была мучительная смерть, и ты сам выбрал.

Спорить с наследницей Чёрных Журавлей парнишка разумно не стал и, выдав последние покупки, буквально испарился в воздухе. Наверное, в нём есть потенциал к накоплению ци и становлению культиватором, и возможно, к нему стоило присмотреться поближе. В конце концов, не каждый сможет подобраться к Хэй Юэ настолько близко и так незаметно, чтобы запустить руку в сумочку для орехов.

Вернувшись к себе в комнату, я в изнеможении упала на кровать. Этот вечер по насыщенности можно было сравнить с изматывающими тренировками. Все, решено, весь завтрашний день будет посвящен медитации, практикам и рисованию талисманов. Их у меня почти не осталось. С этой мыслью я провалилась в глубокий сон.

А утром поняла, что планы придется менять - сложно рисовать талисманы, когда киноварная бумага почти закончилась. Если мне не изменяет память, то во время вчерашней прогулки я слышала что-то о магазине для каллиграфов, возможно, там я смогу найти что-то для себя подходящее.

Как и все такие магазины, местный находился в достаточно состоятельном районе. Кисти, бумага, чернила — всё это, разумеется, было и даже с неплохим выбором. Вот только бумага, подходящая для заклинаний, отсутствовала, точнее, она была, но настолько плохого качества и по такой цене, что мне было проще признать, что её не было. Подобная ситуация несколько беспокоила, в конце концов получилось так, что именно талисманы я использовала чаще всего, если не брать в расчет веера. И хотя мне предлагали самые разные варианты, выбрать что-то подходящее для себя я не смогла. Что поделать, товары из магазина А-Шу меня сильно испортили. Ну и как следствие, я была крайне расстроена и даже зла.

— Госпожа Бай Лилу, — выйдя из магазина, я замерла, услышав знакомый голос, и на пару мгновений даже не поверила услышанному. Но обернувшись, я действительно увидела А-Шу, тяжело опирающегося на трость. Кажется, с последней нашей встречи его состояние ухудшилось.

— А-Шу, — улыбнулась я, — вот уж действительно неожиданная встреча. Я думала, ты практически не покидаешь свою лавку. За исключением моих просьб.

Неожиданно мой лучший специалист по материалам для каллиграфии смутился и, кажется, даже растерялся. Обычно он всегда был спокоен и собран, и видеть его в таком состоянии было даже забавно.

— Здесь неподалеку живет один отшельник, — начал оправдываться А-Шу, — Он поставляет мне разные ингредиенты, в том числе кровь демонических зверей.

Он неловко переступил с ноги на ногу, пытаясь встать поудобнее, и я предложила:

— Давай продолжим беседу в чайной, говорить там нам будет удобнее.

А-Шу только кивнул и медленной тяжелой шаркающей походкой направился к ближайшей чайхане. Все же его изломанное тело, столь необычное в нашем мире, заставляло меня каждый раз с состраданием смотреть на него, но предлагать помощь той же Долины медицины я не рисковала. За долгое время общения с А-Шу я уже знала, что его горб, его изломанное тело — это не то, что может вылечить даже величайший мастер. В конце концов, насколько я знала, мастер Ма Шэн его все-таки осматривал. Слишком мало настолько хорошо разбирающихся в заклинаниях и талисманах людей, как А-Шу, каждый на вес золота.

Вот только свободного отдельного кабинета в чайной не оказалось, и нам с А-шу пришлось расположиться в укромном уголке общей залы. Но это не спасло нас от тихих пересудов, все-таки красавица и чудовище — это благодатная тема для сплетен. Впрочем, ни меня, ни А-шу подобные разговоры не трогали, сколько их было и сколько еще будет. Но все же, когда двое купцов особенно прошлись по горбу А-шу, я раздраженно обернулась на них. Испепелить не испепелила, но тяжелая волна ци, накрывая их столик, недвусмысленно дала понять, что я крайне недовольна подобными разговорами. К их чести, намек был понят с первого раза, и они суетливо засобирались и с поклонами покинули чайную.

— Госпожа Лилу, не стоило, — тихо заметил А-шу. — Их слова всего лишь ветер, который не станет ураганом.

Я же пожала плечами.

— Они мне неприятны, и я не хотела находиться с ними под одной крышей.

На некоторое время мы замолчали, пока подавальщица расставляла чай и крохотные димсамы: дань татат, цзунцзы, леунфань, харгоу, сиумай, практически всё из того, что я любила. Довольно прищурившись, я отпила чай и снова улыбнулась своему собеседнику:

— Для меня было довольно неожиданно увидеть тебя в этом городе. Надеюсь, твое здоровье позволяет совершать столь длительные путешествия?

— Благодаря вашей заботе, — отмахнулся А-шу. — Но я также был удивлен увидеть вас здесь. Надеюсь, вы не планируете здесь задержаться?

Я насторожилась. Обычно А-шу никогда не лез в мои дела за пределами каллиграфии.

— Мы планировали задержаться здесь на несколько дней и поучаствовать в фестивале Юйван.

А-шу закрыл глаза и некоторое время молчал, потом отпил чай и осторожно вздохнул:

— Хотя местные радушно встречают приезжих, но умалчивают о том, что далеко не все из тех, кто участвовал в этом празднике, возвращаются к своим семьям.— Неожиданно. Я задумчиво перевела взгляд в окно на шумящий город. Чай, еще недавно бывший сладким, сейчас неожиданно начал горчить. — И большинство пропавших участвовали в фестивале Юйван.

— А-шу, а местный бог, он действительно исполняет желания? — неожиданно заинтересовалась я.

— Желания местных часто исполняются, — получила я ожидаемый ответ. Честно говоря, я в какой-то момент подумала, что А-Шу прибыл сюда не только для того, чтобы навестить своего поставщика-отшельника, а еще и для того, чтобы загадать желание — излечиться. Но А-шу не выглядел заинтересованным, скорее, несколько раздраженным. И да, формулировка, которой он ответил, заставила меня насторожиться. Если желания местных исполняются, а большинство пропавших — приезжие, то велика вероятность, что за исполнение желания одних другие расплатились своей жизнью. Вот только я не была уверена в том, что смогу убедить своих спутниц покинуть город до начала фестиваля. А-Шу не будет для них таким же надёжным источником, как и