Время охотников - Данияр Саматович Сугралинов

понимал: он нервничает, потому что Тори не отвечает, хотя и он, и я писали ей, что Х. Уй мертв. Однако по карте я видел, что она жива, хоть и не совсем здорова. «Активности» у нее было 82 %, причем она восстановилась на 2 %, пока мы ехали. Интересно, это из-за ломки, или ее пытали?

Почему Тори не отвечает? Спит? Или за дозу решила нас слить добровольно и теперь боится расплаты? Скоро мы все узнаем.

Район закончился внезапно, и путь нам преградила территория, превращенная в укрепрайон: сперва глубокий ров, метра два, потом – асфальтовая площадка, заваленная противотанковыми «зубами дракона», за ними – обычный черный металлический забор, каких и в России много. Такими обычно огораживают территории административных зданий.

Пока мы видели только забор и буйствующую зелень, но там, за ограждением – гостиница для иностранцев, всего их в городе две, одна для всех, другая – эта. Она расположена на большой территории с парками, фонтанами и прозрачными дорожками, будто бы парящими над растениями – так было раньше, это Вечный рассказал.

Потом пришел Хорхе и решил перенести сюда штаб с побережья, где жизни не давал Глубинник, на которого слабо действовали пугачи. Тем более, он всегда мечтал тут жить, но не мог себе позволить.

К тому же воинская часть – одно громкое название. Она представляла собой три модульных здания с очень паршивой теплоизоляцией, которые раскалялись так, что не помогал кондиционер.

Так в течение пути выяснилось, что Рауль все-таки военный, иначе как бы он в часть попал.

– Тут один въезд, – передернув плечами, сказал Рауль. – Забор и полосу препятствий надо объехать.

Машины тронулись одна за другой. Я смотрел на полосу препятствий и думал, что наша база круче и надежнее, правда, намного меньше. Люди, которых нам предстоит взять под крыло, туда попросту не влезут.

Вообще неплохо было бы завербовать этого Джехомара, который уже был при власти, а значит, знает тонкости своего положения и особенности людей, с которыми работал. Лиза, по идее, должна накопить достаточно уников, чтобы сделать из него чистильщика и передать ему управление вассальным кланом. Жаль, что нельзя сделать так, чтобы вассальный клан взял себе еще вассала. А то бы скинул их на Бергмана.

Фары выхватили из темноты насыпь, рассекающую ров, укрепленную бетонными блоками. Прямо средневековье какое-то! Наверное, это делалось в самом начале Жатвы, когда такие препятствия могли помешать бездушным. Как они остановят титана? Да никак. Или «зубы дракона» против него эффективны?

Черные ворота, украшенные художественной ковкой, были приоткрытыми, и это мне не понравилось. Золотое облако света, окутывающее вражескую базу, говорило о том, что там горит электричество.

Рамиз вышел из машины, не заглушая мотор, и с автоматом наготове крадучись пошел на разведку.

– Стой! – окликнул я его. – Пойду с тобой.

Я обернулся к коту, который уже собрался спрыгнуть с Викиных бедер и бежать за мной, ткнул его пальцем в нос:

– Сидеть здесь! Вика, присмотри за ним.

– Ты надолго, что ли?

– Нет.

– Я с тобой, – вызвался Тетыща.

– Нет. Тебе пока лучше быть здесь. Как только выясню, что там, так вместе и пойдем.

За огромными черными воротами угадывался КПП – стеклянный, нарядно-праздничный. В темноте вблизи я видел отменно, «проницательность» спасала, потому фонарик включать не стал и Рамизу не дал.

До слуха донеслась автоматная очередь, последовали крики. Выстрелили одиночными трижды.

– Что это может значить? – спросил Рамиз. – Передел власти?

– Скорее недовольные сводят счеты с начальством, – предположил я. – Какой передел? У них нет чистильщиков, они обречены.

– Если не попросят нас им помочь.

– Не факт, что поможет, – засомневался я.

Хотя, возможно, эффект от принятия в клан будет, как если наложить швы на порванный кровеносный сосуд. Не в прямом смысле, конечно. Образно.

Чуть дальше на некогда роскошной клумбе стояли два БТРа и бронемашина типа хаммера, а также два мотоцикла. Ого, а вон и два танка под пальмами! Я заглянул внутрь КПП, осмотрел помещение.

– Чисто, идем дальше.

– Странно, – задумчиво проговорил Рамиз.

По аккуратной плитке вдоль фигурных кустов мы направились к светящемуся трехэтажному зданию в стиле ампир. Доносились голоса, вой, ругань.

Ненадолго заросли бамбука скрыли здание, мы обогнули его, прошли по прозрачному мостику над искусственным прудом, засыпанным листьями, еще немного попетляли и вырулили на просторный благоустроенный двор. Раз труп, два труп. Третий, похоже, выбросился из окна.

Мимо, подволакивая ноги и держась за голову, прошел какой-то оборванец в гражданском и даже не посмотрел на нас. Он был 10-го уровня, словно его взаперти держали.

– Привет, – поздоровался с ним я, но он даже не обернулся.

– Идем дальше. Им не до нас, но нужно в этом убедиться.

Мы направились к белому воздушному зданию с арочными окнами, колоннами и подсветками, с резными балкончиками.

На пути нам встретились еще двое низкоуровневых оборванцев. Один парень не отреагировал на приветствие. Второй прищурился и спросил:

– Вы оттуда? Из сектора? Хорхе реально убит? Ты кто вообще, чего я тебя не помню?

Второй оборванец потащил приятеля прочь, они собирались покинуть территорию гостиницы.

– Переворот, – сделал вывод я. – Вояки низвергнуты. Так что проблем у нас быть не должно: враг врага – их друг.

– Вообще мы здорово тупанули, – оценил наши действия Рамиз и сразу же пояснил: – Штирлиц шел по Берлину… И что-то неуловимое выдавало в нем советского разведчика. То ли буденновка, лихо сдвинутая набекрень, то ли парашют, который волочился за ним по всему городу. Надо было Вечного и Дака посылать, они за местных сошли бы, а у нас на рожах написано, что мы чужаки, и слава Аллаху, что им не до нас.

– Интересно, сколько вояк и в принципе тут народу осталось? Паскуда говорил, в клане шестьдесят человек и прихлебателей столько же – тех, кто хотел в клан и выслуживался, чтобы получить место. С Хорхе погибло человек двадцать – осталось всего ничего.

– Скорее всего, их свои же растерзали, – предположил Рамиз. – Те, кто не был в клане. Отомстили и отыгрались.

Мы подошли к воротам, открыли их. Пикап остался снаружи, а джип заехал на территорию. Далеко загонять его мы не стали – ну а вдруг придется отступать? Хотя если отступать, то лучше на технике.

Когда Вечный вышел из машины, я спросил у него, кивнув на бэтээры:

– Тут есть амфибия?

– Под пальмами стоит, гусеничная, – ответил он.

Я рассказал, что увидел, поделился тем, что мы обсуждали с Рамизом, и Тетыща сказал:

– Скорее всего, так и есть. Угнетенные перебили угнетателей, потому что им нечего терять. Меня больше волнует, что