Погоня за прошлым - Вадим Фарг

В центре этого ледяного порядка, спиной к снующим по своим местам офицерам, стояла Генерал Валериус. Высокая, прямая, словно воплощение слово «гордость» в физической форме. Её длинные белые волосы, казалось, слабо светились в полумраке, резко выделяясь на фоне тёмно-синей кожи и строгого чёрного мундира, который сидел на ней как влитой. Она не отрываясь смотрела в панорамный иллюминатор, туда, где по всем расчётам должен был болтаться старый грузовичок с её целью. Но там не было ничего, кроме разноцветной космической пыли.

У подножия её командного возвышения, словно два провинившихся суриката, топтались лейтенанты Марк Миллер и Хосе Родригез. Оба были здоровыми, плечистыми мужиками, которые, наверное, могли бы голыми руками завязать в узел стальную балку. Но сейчас они выглядели жалко. Они переминались с ноги на ногу и пихали друг друга локтями, ведя беззвучный, но отчаянный спор.

— Иди ты докладывай, — одними губами прошептал Марк, чьё лицо стало бледнее обычного.

— Ещё чего, — так же тихо ответил Хосе, нервно сглотнув. — В прошлый раз я ходил. Теперь твоя очередь.

— Но это ты проспал выход из прыжка! Из-за тебя проворонили!

— А кто предложил использовать дальний сканер, который вечно глючит? Ты!

Их перепалку прервал голос одного из офицеров, сидевшего за навигационной консолью.

— Генерал, в расчётной точке цели нет. Сканеры ничего не находят. Ни корабля, ни его следов, ни обломков.

Валериус не пошевелилась. Она даже не повернула головы, продолжая смотреть в пустоту.

— Доклад, — её голос был тихим, но прозвучал так, что у всех на мостике по спине пробежал холодок.

Лейтенанты вздрогнули. После короткой, но яростной дуэли взглядами, Хосе Родригез понял, что проиграл. Он сделал полшага вперёд и вытянулся в струнку, стараясь выглядеть как бравый офицер Империи. Но предательская капля пота, медленно поползшая по его виску, портила всю картину.

— Генерал Валериус, — начал он, и голос его слегка дрогнул. — По прибытии в заданный квадрат цель… э-э-э… не была обнаружена. Однако наши приборы зафиксировали остаточный след от гиперпрыжка. Очень странный след. Мощный. Анализ показывает, что прыжок совершил не грузовик. Это был другой корабль. Неопознанный. Похож на имперский крейсер класса «Ищейка».

На мостике стало так тихо, что, казалось, можно было услышать, как пыль оседает на консоли. «Рассветный Странник». Это название никто не произнёс вслух, но оно повисло в воздухе, как приговор.

Генерал Валериус медленно обернулась. Её лицо было абсолютно спокойным, но от этого спокойствия становилось только страшнее. Оно было похоже на застывшую маску, и эта полная безэмоциональность пугала гораздо сильнее, чем любой крик или ругань. Её глаза, похожие на два осколка замёрзшей звезды, впились в лейтенанта.

— Он был здесь, — сказала она. Это был не вопрос. — Он был на этом ржавом корыте, а вы позволили ему уйти.

— Но… мы не могли и подумать, что «Странник» ещё существует! — не выдержав, выпалил Миллер, бросаясь на помощь другу. — По всем отчётам он был уничтожен! Буквально стёрт из реальности!

— Найти его, — голос Генерала стал едва слышным шипением, от которого кровь стыла в жилах.

Лейтенанты замерли, не зная, что ответить.

— Но, мэм, траектория прыжка… её невозможно отследить! Сигнатура искажена до неузнаваемости, она ведёт в никуда, словно…

— Мне плевать, в какую чёрную дыру он залез, — ледяное спокойствие начало трескаться, и под ним показалась кипящая ярость. — Мне плевать, в какую временную петлю он угодил. Я сказала: найти.

В тот же миг от неё по мостику прошла невидимая волна чистой, концентрированной злобы. Это не был звук или свет. Это было давление. Тяжёлое, гнетущее, оно сдавило грудь, заставив воздух в лёгких похолодеть. Лейтенанты побледнели так, будто из них разом выкачали всю кровь, и пошатнулись. Офицеры за консолями вжали головы в плечи, боясь даже дышать. Одна из панелей на стене коротко вспыхнула, громко хлопнула и погасла, не выдержав такого всплеска энергии.

На мостике тут же началась суматошная, но почти беззвучная деятельность. Пальцы забегали по сенсорным панелям, офицеры тихо забормотали приказы в микрофоны, десятки компьютеров начали перемалывать гигабайты данных в поисках хоть какой-то зацепки. Но всеобщий, животный страх был направлен не на пропавший корабль-призрак. Он был сосредоточен на высокой, неподвижной женщине, стоявшей в центре мостика.

Она снова отвернулась к иллюминатору, глядя в сияющую пустоту. Её руки были сцеплены за спиной.

«Ты снова сбежал от меня, мой дорогой, — пронеслось в её мыслях. — Снова предал наше общее будущее. Но ты не будешь бегать вечно. Эта галактика не настолько велика, чтобы в ней можно было спрятаться от меня».

* * *

Спуск с мостика в ангар напоминал погружение в холодную, тёмную воду. Мы с Кирой шли по гулким коридорам, и каждый наш шаг отдавался эхом, словно за нами топала невидимая толпа. Аварийные лампы на стенах светили тускло, их света едва хватало, чтобы разогнать мрак. Они выхватывали из темноты наши фигуры и бросали на покрытые инеем стены длинные, дёрганые тени. Корабль молчал, но это была тишина затаившегося хищника. Я почти физически ощущал его присутствие. Он был похож на гигантского зверя, который проглотил нас и теперь лениво наблюдал из темноты, переваривая свою добычу.

Когда мы наконец дошли до ангара, я остановился на пороге, и у меня перехватило дыхание.

Это было огромное, нет, гигантское, пустое и холодное пространство из стали и тишины. Потолок терялся где-то высоко во мраке, а до противоположной стены, казалось, можно было идти целую вечность.

А в самом центре этого невероятного зала, под одиноким лучом аварийной лампы, стояла наша «Полярная Звезда».

Сердце прямо ухнуло вниз. Наш старый, потрёпанный, вечно барахлящий грузовичок выглядел здесь как пойманный в банку жук. Его огни не горели, двигатели молчали, иллюминаторы были тёмными и слепыми. Он был обесточен, беспомощен, пленник в брюхе этого стального левиафана.

У опущенного трапа «Полярной Звезды» нас уже ждал остальной экипаж. Капитан, Лиандра и Гюнтер.

Семён Аркадьевич стоял, засунув свои огромные кулачищи в карманы старой куртки. Его лицо, и без того похожее на печёную картофелину, стало совсем мрачным. Он так на меня посмотрел, что если бы у него вместо глаз были лазеры, на палубе осталась бы только горстка дымящегося пепла. Лиандра, как всегда внешне спокойная, стояла рядом, прямая как натянутая струна, и эта поза выдавала её напряжение. Гюнтер деловито крутил своей башней-головой, сканируя всё вокруг. Из его динамика доносилось тихое, недовольное жужжание.

— Ну что, коммандер, — пробасил Капитан, когда мы подошли. Слово «коммандер» он буквально выплюнул, будто оно было горьким. —