Вторая жизнь. Том 4 - Ксения Чудаева

Старшего отряда, это что-то вроде более прокачанного обычного воина с черными татуировками, да и остановился на этом. Ушел в дипломатию; говорят, к его росту приложил руку сам Даамар. И сейчас твой сын самый молодой из дипломатов в высокой делегации демонов к Императорскому двору нашего государства.

— Но это не объясняет присутствие Хэлмираша во дворце, — я сощурилась, Оркус явно что-то не договаривал, и от этого по позвоночнику бегали нехорошие такие мурашки. Размером со слона.

— Хэлмираш теперь возглавляет отдельную ветвь охраны младшей императорской четы, — Гарахи почесал затылок и как-то неловко пояснил. — Твой Ликаард объявлен главным фаворитом принцессы Полианарии — дочери старшей императорской четы крупнейшего человеческого государства, и сегодня состоится что-то вроде официальных публичных смотрин. — Передо мной раскрылась страница газеты, где основным заголовком как раз и шла новость о данном мероприятии.

Видя, что я только и могу, что сидеть, да хлопать глазами, как рыба, Оркус попытался объяснить:

— Это ещё не помолвка. Если говорить простым и понятным тебе языком, то они всего лишь на всю Империю объявят, что встречаются, это обычай такой.

Я подняла ладонь и с силой впечатала ее в лоб. Всего лишь! Ну, Эскель, ну, скотина глазастая, надеюсь, ты счастлив! Вот тебе и связанный с правящей четой мой «ближайший кровный родственник». Ага, ближе просто некуда, только самой идти к императору в наложницы или как это тут у них называется… Я никак не могла понять, что же за чувства сейчас испытываю. Казалось, что все сразу. И ничего одновременно. Полный шок.

— И император нормально воспринимает тот факт, что его дочурка втрескалась в демона? — неверяще проговорила я. Потому что двадцать лет — не двести, за такое время демонов не могли неожиданно полюбить.

— А как ты думаешь? — скорчил рожу Оркус. — Потому-то Хэлмираш на службу и напросился. Ультиматум, говорят, даже ставил. Не знаю, кому и чем он угрожал, но теперь охрану Ликаарда и Полианарии обеспечивает именно твой муж. Потому как, если сам император и его венценосная супруга более-менее приняли выбор дочери, то о народе такого сказать нельзя. А ведь Полианария — вторая по вероятности наследница престола. Точнее, по правилам нашей империи, ее муж. И ты сама понимаешь, какую бучу в народе вызвало заявление об официальном представлении Ликаарда.

— Мы сможем как-то попасть на эти смотрины? — в горле внезапно пересохло, и голос прозвучал сипло. Посмотрела на свои руки, все ещё вцепившиеся в Оркуса — дрожь в них все не унималась.

— Вполне, — серьезно кивнул мужчина. — Проходят они в летней резиденции. Так что потом сможешь ещё куда-нибудь заглянуть в родные места без использования порталов, если захочешь. А у меня там дом, я уже отдал приказ на его восстановление. Эскель его в свое время перекупил после моего изгнания. И даже винные погреба не тронул, — хмыкнул Гарахи. — Мы туда можем сначала перенестись, подобрать тебе одежду по погоде, и как раз успеем к началу смотрин.

— Да уж, лучше переноситься сразу в винный погреб, — проговорила, качая головой. Нет, не так я себе представляла свое эпическое возвращение. Реальность посрамила даже самые смелые фантазии.

Глава 3

За все время нашей совместной жизни Оркус тоже неплохо меня узнал, а потому, видя мое подавленное состояние, не стал больше задерживаться в этом… не знаю, кстати, где мы. Какой-то замок? Поместье? Без понятия, выглянуть за окно мне так ни разу и не удалось. Сначала просто была занята другим, а потом не появилось желания. Со своими делами Гарахи разобрался ещё до того, как явился ко мне, так что сразу после разговора мы направились по темным коридорам в зал, где располагался один единственный портал со стойками под кристаллы.

— А эти, — я кивнула на попадающихся изредка нам на пути местных обитателей в темных балахонах. Кстати, теперь разглядела, что это не совсем балахоны, а халаты такие объемные и с капюшонами. — Они-то спустя двадцать лет чего вдруг о тебе вспомнили? Они вообще кто? Ты ж вроде не божество какое, чтобы тебе поклоняться.

— Не все поклоняются божественной силе, — пожал плечами Оркус. — Некоторые поклоняются науке. И некоторым моим в ней достижениям.

— То есть тебе ещё придется заплатить за то, что нас перенесли из моего мира? — сощурившись, глянула на мужчину.

Лорд небрежно махнул рукой:

— Их интересуют некоторые мои разработки из прошлого. И, конечно, им нужна моя помощь. Но я бы не сказал, что это для меня так уж тяжело, надо только найти некоторые старые записи, да освежить в памяти, чего я хотел в них добиться. Что интересно, даже сейчас, спустя столько лет, мои идеи кажутся им прорывными.

— А тебе уже нет?

— Я пересмотрел некоторые свои взгляды на исследования, ты же знаешь. Но, не напрягайся, ничего противозаконного в просьбе наших спасителей нет. Так что плата для меня обойдется недорого.

Я кивнула, принимая к сведенью.

— Слушай, а что с моими навыками к языкам?

— Относительно разговора и понимания — картина абсолютна та же, говоришь ты на всех современных языках, как и понимаешь. Читать и писать тоже сможешь, скажи спасибо алларскому благословению, его с твоей сущности даже два межмировых перехода не содрали.

Да, спасибо Ани, ты меня спасла от очень утомительного обучения. Разве что придется приучать эти руки к местным закорючкам, мышечная-то память вместе с телом пропадает. В молчании Оркус расставил по стойкам кристаллы. После того, как портал засветился, мне галантно подали руку.

— Прошу.

Вложила ладонь и шагнула вслед за Гарахи, привычно закрывая глаза. А вышли мы в небольшой, но светлой комнате. Нас ждал мужчина, почтительно склонив голову. Когда он распрямился, Оркус внимательно на него посмотрел. И эти молчаливые гляделки длились пару минут, после чего ожидавший снова поклонился и исчез за дверью.

— И что это было? — нахмурилась я.

— Обычное общение мага-оракула с прислугой. Они подписывают соглашение на магическое вмешательство. Так проще.

— То есть магия вернулась к тебе? — удивленно посмотрела на Оркуса.

— Она и не уходила, — улыбнулся тот. — Просто в твоем мире она не работала. А теперь снова со мной. Правда, после возвращения прибавилось кое-что ещё, но этот феномен ещё предстоит изучить.

— Ты о чем? — не поняла я.

— О, не обращай внимания, тебе магические выкладки все равно не понять, — отмахнулся Оркус, заставляя меня поморщиться.

Действительно, куда уж нам.

— А почему глаза у тебя не краснеют, как у местных оракулов?

— А вот это интересный факт, сам уже заметил, — кивнул Гарахи. — Но, думаю, тут все дело в том, что это тело