Восточное направление - Роман Борисович Грибанов

материковым Китаем, взлетали с тайваньских аэродромов). Но массированный налет их просто задавит. Так считал Чан Кайши, так считали его генералы. Так, наверное, считали и американские военные во главе с их президентом. Катастрофа рейда Лаппо, когда от пяти бомбардировочных крыльев Стратегического авиационного командования остались жалкие ошметки, явилась для всех холодным душем. А последующие удары советских и китайских бомбардировщиков вообще опустили температуру воды, подмочившей доселе незыблемую репутацию USAF, ниже точки замерзания. Оказывается, пока американская авиация все эти годы раздувала павлиньи перья различных шоу и рекламных роликов, русские, нигде не афишируя, создали у себя авиацию, ничем не уступающую американской. А если вдумчиво посмотреть на некоторые особенности недавних боев, то кое в чем и превосходящую, например, в скоростных высотных перехватчиках, или в дальнобойных ракетоносцах. Оставался флот. Великий американский US NAVY, десятки авианосцев и крейсеров, сотни эсминцев и фрегатов. Но где он? Неужели Америка, его союзник, помогающий ему многие десятилетия, не понимает, что без американского флота Тайвань не продержится и месяц?

27 октября, московское время 18:20. Местное время 28 октября 02:20. Море Сулу, 100 миль к западу от полуострова Минданао. Авианосное соединение 7 флота US NAVY, во главе с авианосцем CVS–12 Hornet, тип «Эссекс». Через 10 минут после начала конфликта.

Командование 7-м флотом спешило поддержать своих союзников. Президент Индонезии Сукарно совсем обнаглел. В августе 1962 года он, угрожая войной, отобрал у Голландии Западный Ириан, выдавив Голландию из этого региона вообще. В сентябре он усилил нажим на Малайзию и Сингапур, поддерживая там повстанческое движение. Если бы речь шла об одних индонезийцах, то за совокупные силы англичан и малайцев можно было бы не волноваться. Но за спиной Сукарно постоянно маячила мрачная тень Хрущева.

СССР накачивал Индонезию оружием, в августе 1962 года у Сукарно был уже флот, состоящий из крейсера проекта 68-бис, бывший «Орджоникидзе», который Сукарно сразу переименовал с дальним намеком в «Ириан», шести эсминцев проекта 30-бис, 12 подводных лодок проекта 613, дюжина ракетных катеров проекта 183Р, тральщиков, сторожевиков и торпедных катеров. С воздуха эту немаленькую силу могли поддержать по дюжине дальних бомбардировщиков Ту–16 и ракетоносцев Ту–16КС, сорок бомбардировщиков Ил–28, и больше сотни истребителей МиГ–17, МиГ–19 и десять новейших МиГ–21. Это не считая нескольких десятков устаревших машин, «Мустангов», «Митчелов» и «Инвейдеров». В сухопутных частях число танков Т–55 и различных артиллерийских орудий исчислялось уже сотнями. Мало того, что Хрущев эту технику продал Сукарно, он прислал людей. Число советских «советников», прибывших в эту тропическую страну, исчислялось тысячами. Фактически вся эта техника управлялась и пилотировалась советскими экипажами, и советские военные были практически на всех сложных технических постах. В довершение, в августе 1962 года в Индонезию дополнительно была отправлена уже «чисто советская» 54-я отдельная бригада подводных лодок под командованием контр-адмирала Анатолия Рулюка, еще шесть лодок проекта 613, плавбаза и корабль снабжения.

В этих условиях силы англичан, эскадрилья «Хантеров», пара «Канберр», шесть перехватчиков Глостер «Джавелин», не смотрелись. Английский флот был представлен тройкой фрегатов. Авианосец «Гермес», авиакрыло которого могло бы переломить ситуацию, отбыл в Европу. Сухопутные войска Англии, султаната Бруней и Малайзии суммарно по численности не превышали дивизии. Но в условиях данного театра военных действий, главным был флот и авиация. Будет у союзников господство на море и в воздухе – превосходство индонезийцев в сухопутных силах не будет иметь никакого значения. Как они будут перебираться с острова на остров? А Индонезия и называется «страна десяти тысяч островов». В этой ситуации важно было усилить авиационную и особенно противолодочную компоненту. И поэтому авианосец «Хорнет», под прикрытием четырех эсминцев, сейчас спешил от Филиппин к берегам союзного Брунея, на соединение с англо-голландской эскадрой. Но сразу после выхода из территориальных вод Филиппин он был встречен «индонезийской» эскадрой, тоже из четырех эсминцев и крейсера «Ириан». «Индонезийской» в кавычках, потому что количество советских моряков на крейсере и эсминцах едва ли не превышало число собственно граждан Индонезии.

Крейсер шел рядышком с авианосцем, можно сказать впритирку. Расстояние между бортами не превышало нескольких кабельтовых. Такое наглое поведение тоже выдавало советских, именно так они ходили в Средиземном море и Атлантике, в период обострения отношений. Все попытки американских кораблей эскорта отогнать непрошеных попутчиков пресекались индонезийскими эсминцами. Которые в свою очередь тоже демонстративно и агрессивно маневрировали на грани столкновения, раз-за разом изображая пока «условные» торпедные атаки на «Хорнет».

И когда командиру авианосца бледный, как смерть, связист принес радиограмму из штаба 7-го флота, с извещением о начале боевых действий между СССР и США, зыбкие надежды на то, что индонезийцы останутся в стороне, не оправдались. Президент Индонезии Сукарно еще 25 октября заверил Хрущева в том, что в случае начала боевых действий между СССР и США, он незамедлительно выступит на советской стороне. А наличие в индонезийских водах штабного корабля советского Тихоокеанского флота привело к тому, что на «Ириане» узнали о начале войны всего на две минуты позже, чем на «Хорнете».

Две минуты, это очень мало для авианосца. «Хорнет» успел повернуть против ветра, одновременно увеличивая скорость до максимума и готовя к старту первую четверку «Скайхоков» с подвешенными фугасными бомбами. Вообще-то единственными машинами на авианосце, полностью приспособленными для ночных ударов по поверхности, были «Скайрейдеры» А–1Н, и для них в арсенале авианосца были даже торпеды, но тут уже было не до жиру. «Скайхоки» были уже на палубе, с прошлого дня на них было подвешено вооружение, и счет шел на секунды. Но американцы все равно не успели. В рубке «Ириана» заметили поворот авианосца, хотя и с некоторым запозданием, и когда командир крейсера, одновременно с советским военным советником прочитали радиограмму, приказывающую индонезийскому флоту атаковать американские, британские и голландские силы, авианосец оторвался всего на десять кабельтовых, а крейсер находился на циркуляции, ложась на догоняющий курс.

Десять кабельтовых – совершенно детское расстояние не только для двенадцати шестидюймовок Б–38 главного калибра крейсеров проекта 68-бис, но и для дюжины универсальных стомиллиметровок СМ–5–1, с гораздо большей скорострельностью. «Скайхоки» еще только закатывались палубной командой на стартовые места в катапультах, а из носовой трехорудийной башни «Ириана» уже харкнул тремя огненными языками первый залп. Снаряды массой в 55 килограммов и начальной скоростью 950 метров в секунду на таком маленьком расстоянии летят практически настильно, и их полет через пару секунд закончился двумя вспышками в борту авианосца и разрушенной антенной радара SPS–8, снесенной третьим снарядом. Но еще раньше по палубе авианосца прошелся железный душ, которым щедро поливали стомиллиметровки крейсера. Через семь секунд следующий залп, уже из всех двенадцати шестидюймовок крейсера, пришелся в основном в корму «Хорнета», за ним последовали еще