Пожар войны - Мстислав Константинович Коган

дерьмо лучше всего в голову. Если попасть в глаза, они начинают сходить с ума от боли и больше не могут драться. Так же можно вспороть брюхо. Очень удобно, если дрянь прыгает на тебя сверху. Подставил копьё, она сама на него насадилась. Нужно, конечно, вовремя заметить, как эта тварь на тебя летит, но если уж успел увидеть и среагировать, то убьёшь наверняка. Хуже другое — если они завелись в твоём лесу, то вытравить их будет очень непросто. Хрен его знает как, но стоит выжить одной из них или уцелеть одному яйцу, как через пару лет у тебя под боком снова целый выводок. Порой проще целый кусок леса спалить, чем гонять людей его вычищать. Говорят… — барон на мгновение замолчал, как будто что-то припоминая, — Говорят, что в империи научились из их паутины делать прекрасный шёлк, но думается мне, всё это не более чем обыкновенная брехня. Ты сам видел, там нити толщиной в палец. Какой там нахрен шёлк, из таких канаты надо плести. Короче говоря, одни убытки и разорение от этой дряни.

— Меня больше волнует другой вопрос, — я покачал головой, — Не стоит ли отправить кого-нибудь вернуть парней. Хрен с ними с лошадьми, терять людей по дурости бы не хотелось.

— Не стоит, — махнул рукой барон, — Как я уже говорил, Железные Лилии работают чисто, а кроме того имеют немалый опыт в работе на древолазов. Подозреваю, что их нанял мой старший сын, когда узнал, что на нашей вотчине завелись эти твари. Мудрое решение. Жаль не пошёл дальше и не додумался послать лесорубов расчистить обочины тракта. Лес, конечно, красив, спору нет. Но всё-же главное достояние моей вотчины — это торговый путь.

«Где с каждого проходящего тебе в карман падает копеечка» — мысленно добавил я. Учитывая, что через Торбруне, пролегала единственная дорога в долину водопадов, если не считать «узкий проход» с севера и западный торговый путь по морю, сумма должна выходить немаленькая. Конечно, значительная часть её уходила сюзерену. Но даже того, что оставалось, было более чем достаточно, чтобы барон мог себе позволить сорить деньгами направо и налево. Тем более странным казался тот факт, что такой влиятельный и богатый человек решил связаться с нашей, едва ли благородной и довольно бедной кампашкой. Быть может, он и правда сделал это просто от скуки.

Парни вернулись через час. Живые и невредимые. Лошадей они тоже привели. Те, как выяснилось, убежали совсем недалеко. Стоило коням отойти подальше от дохлых пауков, коими оказался завален чуть ли не весь окружающий лес, как они тут же встали и принялись спокойно щипать травку на ближайшей поляне. Труднее всего оказалось привести их назад. Ребятам пришлось серьёзно попетлять, обходя трупы, запах которых пугал коней до усрачки. С другой стороны — будут знать, как гарцевать и заключать идиотские пари.

Тронулись в путь мы далеко за полдень. Пришлось оттащить паука подальше и подождать, когда с дороги выветрится его запах. Солнце уже клонилось к горизонту, периодически цепляя своим оранжевым боком тёмные кроны вековых дубов, когда вновь запели сигнальные рожки, заржали лошади и заскрипели оси нагруженных до предела телег.

К тому моменту уже за нашим караваном собралась приличная процессия из нескольких купцов. Они, конечно не рискнули требовать у вооруженных до зубов людей, чтобы те убрались с дороги и дали им проехать, но всё-же вежливо поинтересовались, по какой причине мы тут стоим. Пришлось объясняться. Впрочем, узнав о древолазах, они только обрадовались тому, что на их пути повстречался вооруженный отряд и изъявили желание ехать до Торбруне у нас в хвосте. Честно говоря, в этот момент у меня промелькнула шальная мыслишка — а не стрясти ли с них плату за защиту. Пускай даже какую-нибудь символическую, пару бутылок вина или какую-нибудь безделушку на память. Но лучше всё-же вина. После того, как один из моих ребят двинул в зубы торгашу, во время заварушки в степи, тот перестал приглашать нас с Айлин за свои застолья и делиться этим благородным напитком. А после нашей стычки с сиром Пеньком это перестал делать и барон. А наши собственные запасы были почти на исходе…

Усилием воли я отогнал от себя эту навязчивую мысль. Всё-таки мы едем по землям Байрана, и он может неправильно меня понять. Ох уж эта наёмничья профдеформация, заставляющая извлекать хотя-бы малую выгоду из любой подвернувшейся мелочи. Однажды она таки загонит меня в могилу. Отогнал, распрощался с торговцами, вскочил на коня и направился к голове неспешно ползущей колонны. А там меня уже ждал сюрприз.

Возле второй телеги обнаружилась Айлин. Девушка стояла на обочине и поправляла седло своей лошади. Похоже, она всерьёз намеревалась прокатиться верхом.

— Ты уверена, что стоит? — бросил я, натянув поводья своего коня, — Всего пара недель прошло. Рана ещё достаточно свежая. Я бы не стал так рисковать — я спрыгнул с коня и подошёл к ней.

— Это забавно, — улыбнулась девушка, застёгивая ремешки подпруги.

— Что забавно?

— Забавно то, что ты можешь не моргнув глазом прирезать какого-нибудь хрена, который тебе не понравился. Но как речь заходит обо мне, вернее о моей безопасности, начинаешь трястись, как осиновый лист, — она на мгновение замолчала, гладя лошадь по холке, — Не просто забавно, а даже мило.

— Должны же быть у меня хоть какие-то слабости, — я улыбнулся. Улыбка вышла искренней, но слегка кривоватой. Мешал шрам на правой щеке, оставленный мне на память Альбертом. Должно быть маг повредил какой-то нерв, который потом плохо сросся. Но теперь, когда я пытался улыбаться, рот у меня просто перекашивало в жутком оскале. Впрочем, Айлин уже научилась различать, когда я радуюсь, а когда наоборот, злюсь.

— И всё-таки, ты уверена?

— Да, — кивнула девушка, — Рана уже зажила. А я и без того слишком долго лежала в телеге без дела. Пора восстанавливать утраченные навыки. Тем более, что сегодня ночью мы в кои-то веки будем спать в постели, а не на досках фургона. Так что я планирую как следует объездить ещё одного жеребца, — она улыбнулась и легонько ткнула меня пальцем в грудь.

Я улыбнулся в ответ. Конечно, мысль о том, что у неё могут разойтись швы всё ещё не давала мне покоя, но всё-таки Айлин была у нас лекарем, и понимала как заживают такие раны получше моего. Да и в конце-концов, я ей не нянька, бегать,