Кровь Десяти - Рия Райд

– Известно о Вениамине вам тоже немного, – продолжила Муна, не обратив на него ни малейшего внимания. – Все, что вы знаете, – это то, что он был еще одним участником старого «Нового света», возглавляемого Константином Диспенсером, и что этот «Новый свет» проводил многочисленные эксперименты, пытаясь вернуть силы Десяти их потомкам.

– То есть буквально то, что мы и так знали, – заметил Алик.

– Про Анну Понтешен вам тоже ничего не известно, – холодно продолжала Муна, – и…

– Мы сказали все, что знали, – сухо повторил Лукас. – Вениамин был близок с Анной так… как об этом и говорят. Это то, что наложило тень на нашу семью на долгие годы. Прошлое Вениамина – не то, в чем мы хотели копаться. Это то, что мы хотели забыть.

Краем глаза Кристиан уловил, как Мария опустилась на сиденье рядом с ним и уткнулась лицом в ладони, массируя пальцами лоб и виски.

Питер сказал что-то колкое, и ему неожиданно ответила Изабель, но Кристиан не расслышал, что именно. Он внезапно почувствовал себя неуютно и, обернувшись, поймал на себе пристальный взгляд Эйлер. Она по-прежнему сидела рядом и, сложив руки перед собой, внимательно его разглядывала. Ее глаза метались по его лицу – лбу, глазам, носу, линии подбородка. Кристиан не уловил никакого подтекста, но в этом взгляде было что-то, от чего ему внезапно стало очень холодно. Будто на Кальсионе вдруг наступила зима.

– Все в порядке? – настороженно уточнил он.

Мария не ответила. Ее взгляд остекленел. Она чуть приблизилась и даже приподняла руку, очевидно, намереваясь коснутся его лица, но в последний момент вдруг передумала. Кристиан оцепенел. Шум голосов вокруг вдруг показался ему приглушенным, словно он слышал их через толщу воды.

– Мария?

– Te la fein he qrile. He sility odeń si jeves mory.

– Что?

Тело Кристиана внезапно стало свинцовым. Он услышал шум крови в ушах и то, как она ритмичными ударами циркулирует по венам. Серые глаза Марии казались ему бездонными и темными, хотя в реальности не изменили цвета.

– Что ты сказала? – переспросил он, хотя прекрасно знал перевод.

«Ты так похож на него. Он бы отдал все, чтобы тебя узнать».

– Кристиан? – озадаченный голос Изабель резко выдернул его в реальность. Кристиан оглянулся и обнаружил, что все смотрят на него. Тихое посвистывание ветра сквозь приоткрытую дверь, шуршание занавесок, крики парящих за окном птиц, шум океана – все звуки прорвались сквозь незримую пелену и вновь заполнили комнату.

– Что? – сглотнув, переспросил Кристиан, но вместо Изабель ему ответил Андрей.

– До того как сделать предложение Анне, Константин Диспенсер развелся с женой, с ней у него было двое детей – Люсия и Руперт. Руперт унаследовал престол после Константина, он твой прадед…

– Мне хорошо известна моя родословная, – сухо прервал Кристиан.

Глаза Андрея чуть сузились, будто он пытался понять, что у Кристиана на уме.

– Жену Константина звали Пенелопа, до замужества она была Пенелопой Моранди, – продолжил он. – Во время вселенской войны Константин не тронул земли Моранди, как и ее семью.

– Моранди были в числе тех, кто почти сразу принял сторону Константина, – добавил Алик, – несмотря на то, как он поступил с Пенелопой и какому публичному унижению подверг всю ее семью, отвергнув ее ради Анны.

– К чему вы ведете? – уточнил Кристиан.

– Моранди ненавидели Диспенсеров, но Понтешен и Нозерфилдов они ненавидели больше, – пояснил Лукас. За минувшие полчаса он опустошил третий бокал виски и жестом попросил слуг заполнить его вновь. – Я думаю, они – одни из немногих, кто точно не стал бы работать с Вениамином, а значит, есть шанс, что они согласятся работать с нами. Мы можем нанести им визит и задать несколько вопросов.

– С нами? – хищно оскалился Питер. – Нет никаких «нас», – он перевел тяжелый взгляд с него на Корнелию. – Вы оба тут на птичьих правах и все еще можете говорить лишь потому, что мы не возражаем.

– Я всего лишь предположил, что они знают что-то, чего не знаем мы, и потому могут быть полезны…

Питер подался вперед и, упершись локтями в колени, ткнул в Нозерфилда пальцем.

– Ты не предположил, – процедил он, – ты пытаешься водить нас за нос, думая, что мы все тут идиоты. Что ты бросишь нам свои «возможно» и «есть шанс» как кость псинам, и мы кинемся на другой конец галактики проверять твои баснословные теории.

– Питер, хватит, – прервала Мария. Кристиан вновь оглянулся в ее сторону и обнаружил, что все ее внимание поглощено общим диалогом. Она больше не смотрела на него, а на ее лице читалась обычная усталость. – У нас ничего нет. Любая информация может оказаться бесценной.

– Хоть вечность копайся в его голове, Эйлер, я не поверю ни единому его слову, – прошипел Питер.

Лукас побледнел и сильнее сжал руки на спинке сиденья сестры. Еще одна едкая реплика, и он точно бросится на Адлерберга с кулаками, думал Кристиан. И даже Корнелия, что за все время не проронила ни слова, впервые за долгое время посмотрела в сторону Питера.

Кристиан был наслышан, как они познакомились: когда меньше недели назад Мария с Питером прибыли в резиденцию Нозерфилдов, те сначала приняли их у себя как желанных гостей, а потом сдали Конгрессу. Они заманили их в ловушку, прямо как змеи на их семейном гербе, что незаметно и бережно окольцовывают жертву прежде, чем задушить ее насмерть.

Другими словами, Питер, конечно, был груб, но в глубине души Кристиан не мог с ним не согласиться. Нозерфилдам нельзя доверять.

Муна тяжело вздохнула, будто все эти разговоры ей вдруг страшно наскучили.

– Не понимаю, в чем проблема и почему мы не можем проверить Моранди. Их резиденция – в первом кольце, отсюда не более двух часов лету. Запросим у них доступ, а как одобрят – нанесем визит.

– Все разом? – с опаской уточнил Алик.

– Десять, ну разумеется, нет! – закатила глаза Муна. – Делами семьи сейчас заправляет Варла Моранди. Не так давно старухе перевалило за сто шестьдесят, ее хватит сердечный приступ, если мы все разом вломимся к ней в дом. Пусть отправляется Питер, он умеет расположить к себе женщин.

– Если отправится Питер, сердечный приступ хватит ее еще на пороге, – предположил Алик.

– Только если от моей ослепительной красоты, – заметил Питер. – Но вынужден согласиться, идея скверная. Очаровывать старых вдов? Не моя чашка чая.

– Это кофе, – на всякий случай сообщил Кристиан, когда Лея опустила на столик перед Адлербергом кофейник и блюдце с кружкой.

Питер обернулся к Андрею и посмотрел на него так, будто