Чем питается тьма - Д. В. Джилеспай

– Смотри сюда, – указал он. Почерк был неряшливым, явно детским. Серж прищурился, пытаясь прочесть написанные сухим фломастером слова.

– «Монстр, который поглотил мир», – прочитал он, хотя на самом деле там было написано «Монстар каторый паглатил мир».

– Теперь следующая строчка, – сказал Мэйсон.

– Авторства Мэйсона Миллера и… Тут смазано.

– Именно. – Мэйсон отставил тарелки подальше и наклонился ещё ближе. – Имя Марко Диаз тебе о чём-нибудь говорит?

– Я такого не знаю.

– До того, как ты перевёлся к нам в третьем классе, он был моим лучшим другом. Да кого я обманываю, он был моим единственным другом. Он первый, у кого я оставался с ночёвкой. Мы вместе учились плавать на уроках мистера Гленна. Вдвоём воровали диски с ужастиками из коллекции моего отца, чтобы смотреть в моей комнате. Он существовал на самом деле. Эти воспоминания настоящие. А этот дневник – это история, которую мы писали с ним вместе.

– Я ничего не понимаю.

– Я тоже. Во втором классе он исчез на Хэллоуин, и для всего города его будто никогда и не существовало.

– Как это?

– Я сказал маме, что Марко не появился в школе. И я не шучу, когда говорю, что ночевал у него раз десять. Она сказала, что никогда не слышала о нём и что я всё придумываю. Даже угрожала, что запретит мне играть в видеоигры и смотреть фильмы, если я буду продолжать врать. Чел, мне казалось, я схожу с ума.

– Чёрт, – сказал Серж тихо. – Не могу поверить, что ты мне не рассказывал.

Мэйсон почувствовал тошноту и кислый привкус во рту. Он раньше ни с кем не говорил об этом, а теперь, когда ему наконец удалось выговориться, пути назад не осталось, как бы ни было тяжело. Мэйсон посмотрел на тарелку, уже жалея о том, что заказал картошку фри.

– Всё хуже, чем ты думаешь. Я проверил старые школьные альбомы. Ничего. Он просто исчез. Я почти заставил себя поверить, что его никогда не было, а мне несколько лет снился какой-то странный сон, от которого я внезапно просыпался. И тогда я вдруг вспомнил о нашей истории.

Мэйсон держал тетрадь в руках.

– Она осталась здесь, но имя оказалось стёрто. Я проверял целую неделю, и с каждым днём надпись становилась всё светлее, пока не исчезла совсем. И что самое страшное…

Вдруг почти из ниоткуда за ним появился мистер Бенсон, и Мэйсон закрыл рот.

– Вам, ребятки, что-нибудь нужно?

– Нет, всё прекрасно, – ответил Серж.

– Знаете, мальчики, – сказал он нетерпеливо, – мы переносим все столы и стулья на улицу на Хэллоуин.

– Мы скоро закончим, – заверил Мэйсон. – Картошка просто восторг.

Мистер Бенсон усмехнулся и ушёл.

– Нам пора, – сказал Серж.

– Мистер Бенсон может подождать. – Сердце Мэйсона колотилось как бешеное. – Я столько раз хотел рассказать тебе об этом, что мне нужно закончить. Самое страшное – это то, что случилось с мамой Марко.

Он сделал глубокий вдох, будто собираясь с духом перед тем, что скажет дальше.

– Мы случайно встретились в супермаркете где-то месяц спустя, как он исчез. Помню, что это было после Дня благодарения. На полки уже выложили барахло для Рождества. Кажется, на фоне была песня Мэрайи Кэри… Не знаю, почему я запомнил это. Я так обрадовался, когда увидел её. Это словно был последний шанс сделать что-то. Моя мама остановилась, чтобы поговорить с ней. Они помнили друг друга!

Мысленно Мэйсон снова был там: играла музыка, над головой висели украшения, а у него наконец были доказательства, что его друг существовал.

– Я просто продолжал пялиться на неё, надеясь, что она взглянет на меня, и, когда это случилось, не сдержался и выпалил: «Почему Марко не ходит в школу?» Она просто смотрела на меня целую минуту. Затем улыбнулась и спросила: «Кто такой Марко?» Мама свела всё в шутку, сказав, что у меня период, где я выдумываю себе друзей. После этого я понял наверняка.

– Понял что?

– Что с городом явно что-то не так. И что я должен попытаться это исправить.

Он пролистнул несколько страниц, где была написана история, и открыл то место, где слова были более яркими и чёткими.

– Я взял эту тетрадь и стал писать одно и то же, снова и снова. «Марко Диаз существовал». Страниц пять, одна и та же строчка.

– Ты прямо как тот мужик из «Сияния».

Мэйсон хмыкнул и вытер нос.

– Хорошая отсылка.

– Сложно не заиметь пару привычек, когда дружишь с тобой.

– Ага. Поэтому мы с Марко и дружили. С ним я посмотрел мои первые ужастики с каких-то DVD-дисков, которые мы стащили у его отца, когда были детьми.

Мэйсон улыбнулся, предаваясь воспоминаниям.

– Я тогда впервые увидел фильм ужасов. Он был старым. Спецэффекты смотрелись особенно глупо и кроваво. Но и мне, и Марко он понравился, и именно поэтому мы были друзьями. А теперь он часть какого-то очень эксклюзивного ужасного клуба. У меня есть список имён детей, которых я никогда не знал. Друзья друзей, братья и сёстры, кузены. Этот город просто их поглощает. В прошлом году я увидел это вблизи. Я видел, как мать Эбби Пьюрдом просто сходила с ума, а через две секунды она уже уничтожала тыквы, смеясь. Я бы хотел не знать всего, но знаю. Так что я должен попытаться хоть что-то сделать.

Серж отодвинул тарелку. Впервые на памяти Мэйсона он не пытался доесть свой обед.

– Всё ещё не могу поверить, что ты не рассказывал о своём друге.

– Я хотел рассказать тебе в прошлом году, но не смог. Мне и так было сложно сказать про Эбби.

Серж рассмеялся, хотя им обоим явно было не до веселья.

– Мне жаль, братан. Хотел бы я знать об этом раньше.

– Я подумал, что ты решишь, будто я спятил. Все так думают.

– Я же сказал, что прикрою твою спину.

Чувство облегчения было сильнее, чем Мэйсон мог себе представить.

– Не нужно меня обнимать или что-то в этом духе, – ответил он, взяв ещё картошки и стараясь не накручивать себя сильнее. – Но да, именно поэтому я и рассказал тебе всё.

Тяжело вздохнув, Мэйсон доел картошку, убрал со стола, и они с Сержем вышли из закусочной. И тридцати секунд не прошло, как мистер Бенсон вынес их стол. Мэйсон потянулся, глядя на огромный мраморный фонтан в центре Пёрл-парка.

– Через пару часов здесь будет огромная толпа, – сказал Серж.

– Точно, – ответил Мэйсон, когда они продолжили идти. – Знаешь, я же тоже прикрою твою спину.

Серж улыбнулся, словно бабушка, которая пытается убедить тебя,