Пепел доверия 4 - Руслан Алексеевич Михайлов

двоих условно наших из поселка. Я их лично не знал, прибыли они совсем недавно и вообще в общей жизни не участвовали, просто мышками молча сидели дома и в чате. А тут вдруг приехал мужчина на дорогой иномарке густого вишневого цвета, выяснил кто главный, отвел Александра в сторону, они переговорили, старший по конвою кивнул и… теперь у нас на одну брошенную машину больше и на один опустевший дом больше, а людей на двоих меньше — супружеская пара отправилась в Крепость Коламбус, заняв пару отмытых от крови и грязи посадочных мест. Чем они заплатили за поездку — не знаю. Но из багажника была выгружена и отдана охранникам вместительная сумка и вряд ли там лежали плотно уложенные пухлые пачки красных или зеленых купюр.

Такие вот дела… такая вот ночь… что возможно добавила мне седых волосы и морщин, просто я пока еще об этом не знаю…

Сейчас бы в постель хотя бы на несколько жалких часов — большего и не прошу — но сначала нам надо с мужиками обсудить то, что предложил Александр и на что я, возможно слишком поторопившись, а может и просто чего-то испугавшись, дал предварительно утвердительный ответ.

Ох уж это выражение, сгубившее немало судеб и карьер в той мирной жизни: предварительно утвердительно ответ. Эта обманка, когда ты вроде бы и говоришь да, но без взятий на себя железных обязательств и оставляя лазейку на тот случай, если вдруг передумаешь. Ведь я же ничего железно не обещал…

Хотя в случае отказа, по словам того же Александра с позывным Смерч, в проигрыше окажемся только мы — и он даже любезно пояснил почему именно. И вот почему мы будем обсуждать и решать все прямо сейчас — и прямо у еще неглубокой могилы и рядом с не погребенными трупами. И вон как раз подъезжает машина Игната, обещавшего привезти какой-то волшебно бодрящий чай на особых травах…

Дождавшись, когда все будут в сборе, когда остальные закурят и сделают по глотку сладкого чая, я отрезал от земной плоти пласт сырой глины, отбросил его в сторону и спросил куда-то в пространство между серыми от усталости кладбищенскими коллегами:

— Ну так что, мужики? Да или нет? А?

Глава 2

Глава вторая.

На мой непростой вопрос ответили все четверо, но ответили очень по-разному.

— Надо браться! — от Эдди я другого ответа и не ожидал. Прямо был уверен в его положительной реакции и не ошибся.

— А нам это точно надо? — спросил Виктор, не слишком уверенный в своих силах семьянин и чересчур порядочный и стеснительный для этих времен. Хотя по характеру я был точно таким же и совсем недавно — словно в мутное зеркало прошлого глядел.

— А мы это дело потянем? — Дениса волновала только практическая сторона дела, а судя по задумчивому лицу и бросаемым на мою машину взглядам, где лежала плата за постой, он уже прикидывал возможные выгоды.

— Надо! — Игнат ответил коротко, решительно и категорично.

— Я прямо чувствую аромат прибыли! — добавил Эдди, подхватывая совкой лопатой кучу говна, стыдливо припорошенную сухой листвой — Пахнет патронами, мужики! И бензином!

Тут он не ошибся и даже недоговаривал: в просторном багажнике моего внедорожника лежала сумка с тремяста патронами к автомату АК-105 и там же лежал сам автомат с тремя магазинами. Отдельно я положил нерабочий пистолет-пулемет Витязь и два полных патронами магазина к нему. Там же стояло три залитые до горлышек двадцатилитровые канистры — две с бензином и одна с соляркой. Ворохом валялся грязный камуфляж — не знаю, как называлась официально эта расцветка, но он был зелено-черным. Камуфляж был местами прострелен и в крови, но Эдди это никак не смутило, и он обещал все зашить и отстирать лично. Еще нам заплатили пятью боевыми ножами, но я лично в них ценности не увидел никакой — взял лишь потому, что давали.

Лично мне Александр распорядился выдать тридцать патронов к пистолету ТТ, когда я заставил себя спросить, но посоветовал оружие менять как можно быстрее на что-то помощнее и посовременнее. Кроме меня без выгоды не остался Эдди, сумевший провернуть сделку по обмену своих армейских рационов на что-то другое — я не смотрел и не спрашивал. Но немного завидовал его предприимчивости.

— Аромат говна мы чувствуем — возразил Виктор — Нет, ну давайте обсудим… вы ведь понимаете что нам предложили с нуля создать настоящее предприятие? И немаленькое! Мы должны прямо в поле построить защищенное место, способное хоть с каким-то минимальным комфортом принимать до двухсот человек за раз! Людей, которых надо будет размещать, кормить, мыть, лечить… хоронить… ну последнее — в крайнем случае. Добавьте к этому ремонт техники… и это сегодня мы отдали сколько-то электродов, дали попользоваться сварочным генератором, привезли бесплатно доставшиеся нам металлический профиль и сетку рабицу. Взамен… ну… взамен получили бензин и патроны. И… и золото блин…

Да… золото. Этот последний пункт меня чуток выморозил. Александр просто взял и поставил на стол маленький кухонный контейнер, примерно наполовину полный золотых ювелирных украшений. Браслеты, цепочки, серьги, что-то там еще. Он сказал: здесь около двухсот граммов украшений. И это последняя на текущий момент твердая валюта нашего мира. Серебро почти обесценилось, патроны и бензин проходят по другой статье — это скорее самый дефицитный в наше время товар, туда же можно записать лекарства. Кстати о лекарствах — вот вам двадцать пачек аспирина, десять пачек парацетамола, пять пачек фуразалидона и одна пачка амоксиклава.

Такие вот дела…

Ну, лекарства это понятно — я сгреб их в сумку с глубокой благодарностью. У меня самого простых лекарств вроде аспирина, ибупрофена и фуразалидона в избытке пока что, но что там у остальных не знаю, плюс они семейные. Я не знал что такое амоксиклав, но Виктор пояснил, что это антибиотик широкого спектра действия и это супер ценная штука, которую надо беречь и использовать лишь в крайнем случае. Я отдал лекарство ему. Дети есть дети. А я один.

Но золото… все эти украшения вряд ли взяты с ювелирного магазина. Минимум некая их часть точно была снята с трупов… мародерство оно такое.

— Тихон! Ты тут⁈ Или в тварь уже превращаешься?

— Да тут я — опомнился я — Сорри, дженльмены. Задумался про золотое кровавое… нахрен оно нам?

— Поменяем кому-нибудь на что-нибудь! — уверенно заявил Эдди.

— Поменяем —