Леди Босс. Она моя истинная - Luna Gold

Я даже улыбаюсь, но мои мысли вновь омрачает голос того, кого я так старательно игнорировала.

А всё потому, что рядом с ним сердце ускоряет свой ход, внутри живота начинают порхать бабочки, а глаза сами собой наполняются слезами.

Мира… ну что же ты творишь?

Только не плакать.

Не при нём, пожалуйста.

Отрицательно качаю головой в ответ на предложение отца и пытаюсь просто дышать.

Вдох…

Выдох…

Соберись, девочка.

Он не должен видеть тебя такой.

Пусть думает, что ты справилась и…

Да кто там справился?

Это я-то?

Та, которая каждую ночь видит кошмары?

Та, которая так и осталась где-то в далёком детстве, в своих розовых и пушистых мечтах о ненаглядном истинном, которого тогда только увидела и находила ужасно забавным прижиматься к нему, издеваясь?

Я ведь знала, что он меня не тронет, но чувствовала, насколько тяжело ему держать себя в руках.

А что теперь?

Нет…

Той Миры, глупой и доверчивой, больше нет.

И пары у меня нет…

Мысли звучат в голове тихо и неуверенно, а я перевожу взгляд на отца.

Он с проницательным прищуром смотрит на меня и…

— А вы, собственно, кто? — вмешивается в мои догадки о том, что Жерар читает мои мысли, Йошу.

Папа медленно гладит меня по голове, приобнимает, словно успокаивая, и вдруг становится так легко, спокойно и хорошо, что я невольно смотрю на него снизу вверх.

Что-то он явно сделал.

Наверняка.

И я ему благодарна, потому что терпеть уже просто не было сил.

Нахлынувшая разом боль наконец отступает, суета и разочарование отходят в сторону, уступая место привычной стервозности главы одарённых и холодным эмоциям профессионализма.

Что за волшебство?

Потом обязательно поинтересуюсь у отца, что это за штука такая полезная мне помогла.

Но он и так отвечает:

— Вот и умничка. Смотри только щёку клыками не прикуси. Укуси лучше вон… а вот его, например…

Я оскаливаюсь.

Очень опасно и дико.

А Йошу, увидев это, округляет глаза.

Папа лишь смеётся.

Представляю, как я сейчас выгляжу.

Моя бывшая любовь поправляет галстук, который уже не смотрится на нём элегантным дополнением к костюму, а скорее так и норовит его задушить.

— А я, молодой человек, не дам Миру в обиду. Что-то подсказывает мне, что вы её обидели и теперь ваше присутствие ей не нравится. А у неё сейчас становление. Моя девочка трансформируется, так что лучше не злите её, а то она ещё отведает вашей кровушки.

Я вижу, как папа откровенно издевается над Йошу, и мне это нравится.

Вижу, как с каждым последующим словом у того всё сильнее наливаются кровью глаза.

Как ногти начинают вытягиваться, превращаясь в когти, а оборотень постепенно берёт верх над человеком.

А потом словно в замедленной съёмке Йошу бросается на Жерара.

Тот ловко, почти играючи, уходит от нападения, просто сместившись в сторону.

Так быстро.

Просто молниеносно.

Йошу, который уже почти потерял контроль от ярости, успевает частично перевоплотиться.

И я всё это наблюдаю словно со стороны, будто смотрю кино.

Отец подмигивает мне и надевает на Йошу какой-то амулет.

Оборотень тут же прекращает обращаться и остаётся стоять на месте в разорванной одежде, даже не понимая, что только что произошло.

— Миранда, родная, видишь, какие бонусы у вампиров? Скорость — наше всё. Хотя и оборотни народ быстрый.

Я стою и совершенно не знаю, нужно ли вообще что-нибудь на это отвечать.

— А вы, молодой человек, не очень любезны. Сначала нужно узнать, кто перед вами, а потом уже бросаться с кулаками. Это бесполезно, мальчик мой, — Жерар специально подчёркивает его то ли рост, то ли возраст.

— Я вам не мальчик. Я глава Кёльнского Совета одарённых. Руки уберите от Миры, — огрызается Йошу, продолжая бычиться.

— А то что? — с подчёркнутым вызовом произносит отец и подходит ко мне, обнимая.

— Прекратите, — вмешиваюсь я, обрывая эту нелепую потасовку. — Как маленькие, ей-богу… У нас есть вещи поважнее, чем кидаться друг на друга. Убийства, захватившие уже несколько стран. И это после многолетнего преследования «собирателя». Ещё не хватало такой же долгой и безрезультатной истории с этими вампирами.

Я вся на эмоциях и сейчас просто взорвусь.

Но мой бешеный взгляд действует на обоих.

Клыки чешутся впиться хоть в кого-нибудь, и я лишь из последних сил сдерживаюсь.

Не знаю, что именно они находят в моих изумрудных глазах, но думаю, каждый — что-то своё.

Йошу опускает взгляд и безрезультатно пытается поправить ошмётки своей не сохранившей целостность одежды после столкновения с Жераром.

Папа же вообще цокает языком и наконец протягивает ему руку, представляясь, как и подобает важной персоне, а не клоуну цирка.

Глава 7

— Фрау Крайс, Миранда… Пожалуйста. Мне очень нужно с вами поговорить, — ко мне бежит Ада, задыхаясь, а её мысли, которые она только собирается мне передать, уже волной свежих и давно забытых ощущений врываются в мою голову.

Я уже обо всём знаю, а она ещё даже рот не успела открыть.

Оборотень на мою голову…

Как я вообще жила без своего дара?

И главное — зачем сама отказала себе в мгновенном понимании всего, о чём только думают окружающие?

Сама взяла и отказалась от собственных способностей.

Вот же дурная ведьма…

Стоп.

Всё потом.

Поругаю себя тоже потом.

А сейчас…

Перевожу взгляд на отца, потому что он тоже успел прочесть мысли Ады.

Его глаза округляются, и он задаёт тот самый вопрос раньше меня:

— Где?

Ада на мгновение замедляется, подозрительно глядя на главу одарённых Франции. Её рот приоткрывается в попытке что-то произнести, но я останавливаю девушку жестом и сразу начинаю раздавать распоряжения, потому что ответ мы с отцом прочли быстрее, чем она успела сообщить о месте нового убийства.

— Бени, срочно! Едем на набережную! — громко, что есть мочи, кричу я вдаль, прекрасно зная, что оборотень услышит.

В голове тут же раздаётся сумятица его мыслей, ещё сильнее подгоняя меня.

— Где этот Вебер, когда он так нужен?

— Я здесь, — раздаётся спокойный голос за моей спиной.

А в голове тут же мелькает его дополнение в форме весьма красочных нецензурных выражений, отчего моя кровь начинает бурлить от негодования.

Какая-то доселе неизвестная мне сила поднимается внутри, разгоняет жар по венам и одновременно будто остужает мозг.

Или, может, наоборот.

Не соображаю.

Одно понимаю совершенно точно: он не может читать мои мысли, потому что он не я и не папа.

Мы сильны и обладаем дополнительными амулетами и артефактами.

Куда этому смешному вампиру до нас, глав