Ангорский - Иван Морей

Они начали отступать, крадучись, стараясь не поднимать шума и не провоцировать ожившие охранные чары. Лишь отойдя на три квартала и заперевшись в своем черном мобиле, они стянули с лиц маски из умной наноткани и решились поговорить.

Высокий, лоб которого покрывала испарина, сказал:

— В парне действительно пробудился родовой дар, — его голос, обычно сухой и властный, заметно дрогнул. — Ветровы будут в ярости, когда узнают. И нам с тобой достанется за плохие вести.

* * *

Утром следующего дня Иван, в идеально отутюженной форме и с кроликом на плече, поднялся на третий этаж главного корпуса академии и остановился перед внушительной дверью с табличкой “Граф Рязанов. Куратор боевого факультета.”

Подняв правую руку, сжатую в кулак, он на мгновение замешкался. Из кабинета не доносилось ни звука.

— Стучи, — подбодрил Аристарх. — И помни: ты Иван Ангорский, младший сын угасающего рода.

Иван коротко постучал и, не дожидаясь приглашения, вошел. Было ровно восемь утра.

Кабинет Рязанова выглядел под стать хозяину: строгий, без лишних украшений, мебель была выдержана в темных тонах. На стенах не висели портреты предков или боевые трофеи. Только большая карта Империи с какими-то пометками. В углу, на отдельном постаменте, мерцал разноцветными разводами стеклянный шар — артефакт слежения за магическим фоном академии Громова.

Граф сидел за столом, изучая бумаги, но стоило Ангорскому переступить порог, как Рязанов замер. Он был опытным магом и сразу почувствовал, что аура ученика изменилась.

— Присаживайтесь, Иван Алексеевич, — Рязанов указал на кресло, не сводя глаз с кролика. — Мои информаторы сказали, что в вашем поместье вчера зарегистрирован всплеск магического фона.

Иван опустился в мягкое, удобное кресло, рюкзак поставил рядом.

— Дом проснулся, Константин Михайлович. Алтарь принял меня.

Рязанов медленно окинул взглядом собеседника. Чего-то такого он и ожидал. Но решил использовать неопытность парня себе на пользу и заговорил о другом.

— Обсудим вчерашнее представление на арене и в столовой. Вы понимаете, что заставили меня половину ночи писать объяснительные в Канцелярию?

— Я не знаю, почему магия рода активировалась именно сейчас, господин куратор. — Иван сложил руки на груди. — Может, Ветров так долбанул меня, что в голове все куда-то сдвинулось?

— Род Ангорских находится в упадке много лет. У вас нет ни денег, ни влияния, ни поддержки. И тут появляетесь вы, с техниками, которыми владеют не все мастера в столице. Скажите мне прямо, вы нашли способ вскрыть родовые архивы? Или кто-то со стороны помогает последнему Ангорскому вернуть зубы?

— Мои зубы всегда были при мне, граф, просто я не видел повода их показывать.

— Я могу показать, — Аристарх радостно оскалился.

Граф подался вперед, его аура вспыхнула, пытаясь прощупать магические способности странного студента.

Иван ответил на давление Рязанова коротким импульсом пустоты. Воздух между ними на мгновение схлопнулся, гася магическую волну куратора.

— Полегче, Ваня, не забывайся, — шепнул кролик.

Ангорский изобразил на лице смущение и пожал плечами, намекая, что он и сам не понимает, как это получилось.

Константин Михайлович расслабился, и его аура вернулась в норму. Немного подумав, он достал из ящика стола папку с гербом академии и подвинул её к Ивану.

— В этой папке — распоряжение о вашем переводе в группу “А”. Высший уровень доступа и личное кураторство. Я беру вас под свое крыло. Пока вы здесь, Ветровы не рискнут действовать открыто.

— Что я буду вам должен за покровительство? — Иван даже не прикоснулся к папке.

— Лояльность, Ангорский. Мне нужно, чтобы вы представляли академию на межвузовских играх.

— Почему именно я? Думаю, каждый первокурсник с радостью примет участие в состязаниях.

— Да, недостатка в желающих нет, — Рязанов поднялся с кресла и подошел к окну. Постоял некоторое время, глядя во двор, потом повернулся к Ивану. — Только вот в основном это маги огня, земли и воды. А нам нужна сбалансированная команда.

Кролик на плече Ивана фыркнул:

— Хочет приручить редкого зверя, пока тот не вырос в дракона. Соглашайся, Ваня. Нам нужно время, чтобы починить второй этаж.

— Я принимаю ваше предложение, Константин Михайлович, — Ангорский кивнул, глядя Рязанову прямо в глаза. — Но у меня есть условие. Кролик сопровождает меня везде, без ограничений.

Куратор коротко и сухо рассмеялся.

— В группу “А” мечтает попасть каждый курсант в академии, а вы ставите условие. Хорошо. Посмотрим, как вы заговорите на первом занятии по боевой слаженности.

Иван открыл папку и расписался в приказе.

Подобревший Рязанов вернулся за стол и развалился в кресле.

— Теперь о родовых делах. Даже если Алтарь вас принял, в глазах Империи вы всё ещё наследник с неопределённым статусом. Чтобы стать Главой Рода и получить защиту Эдикта, вам нужна легализация. Вы понимаете, что это значит?

— Регистрация в Департаменте, — спокойно ответил Иван.

— Не только это, — Рязанов вытащил из ящика стола тяжелую шкатулку из темного дерева. — В нашем кругу слова стоят дорого, но печать крови дороже. Вам нужно пройти процедуру “Свидетельство камня”.

Граф открыл шкатулку. Внутри на бархатной подушечке лежал кристалл-накопитель, оплетенный серебряной нитью.

— Приложите руку.

Иван протянул правую руку. Как только перстень Ангорских оказался рядом с кристаллом, он отозвался пульсацией, словно признавая в имперском артефакте старого знакомого. Камень в оправе вспыхнул темно-синим светом. Кристалл в руке куратора отозвался ответной пульсацией, через секунду внутри камня четко появился оттиск герба — четырехлистный клевер на синем фоне. Регистратор признал право Ивана на кровь, магию и имя своего рода.

— Невероятно, — прошептал Рязанов, глядя на прибор. — Прямое сопряжение. Поздравляю, граф. Теперь формальности: сегодня я отправлю рапорт в Департамент Родовых Дел. Вам нужно будет явиться туда лично в течение трех дней для внесения записи в Золотую книгу. С этого момента Ветровым будет сложнее наложить лапу на ваши земли.

Рязанов наклонился вперед, понизив голос:

— Но учтите, Иван. Титул главы рода это не только привилегии. Теперь вы должны контролировать свои слова и действия. Спрашивать с вас будут не как с ребенка, а как с главы.

— Печалька. Контролировать каждый чих я отвык, — прозвучал в голове Ивана голос кролика.

Ангорский едва заметно улыбнулся, и в его зрачках снова на мгновение мелькнула бездонная синева.

— Идите, Ангорский. И не затягивайте с регистрацией.

Когда Иван вышел из кабинета, коридоры были уже полны учеников. Он направлялся к центральному атриуму, и толпа студентов провожала его глазами.

— У тебя слишком уверенная походка и прямая осанка. Посмотри, — Аристарх на плече сменил позу. — Костя-сплетник сейчас споткнется о собственную челюсть.

Действительно, у подножия парадной лестницы его ждал Костя. Выглядел он так, будто только что пробежал кросс. Блокнот дрожал в руках, а очки сползли на кончик носа.