Станция "Глизе" - Мария Павловна Лунёва

ладонь легла на мой затылок и притянула меня к сильной мужской груди. — На станции пожар. Мы с Красом пытаемся решить, оставить все как есть или добавить там жару, открыв шлюзы, соединяющие верхние ярусы с нижними. А вас мы еще, кажется, из медотсека услышали. Гремели колесами знатно. Так что и удивиться успели, и понять, что вы дока сюда везете. Под присмотр общий.

— Вещи снять нужно, — выдохнула, приходя в себя.

— И душ принять, — чуть поменяв положение головы, он поцеловал меня в висок. — Потерпи еще немного, и я уведу тебя в каюту. Сам переодену… В душе вымою, в одеялко заверну…

— Жениться, что ли? — простонал Карлос, пристраивая к стене медкапсулу. — Чтобы меня помыли, или я сам кого мыл? Слышь, мелкая, сколько тебе там лет?

— Мне? — изображение Фиомии стало больше. Эта вредина, кажется, прибавила себе пару годков и теперь с интересом рассматривала полуобнаженного Карлоса.

На скулах Зейна заходили желваки, но, удивительно — он смолчал.

— Ужас! — вдруг заверещала она. — Мы забыли! Зейн! Мой день рождения! Сегодня! Восемнадцать! Зейн! Так нечестно, где мой праздник?

Прикрыв глаза, я рассмеялась. Тихо и совсем не зло.

— Ну, восемнадцать — это хорошо, — закивал Карлос. — Пока тебе тело отыщется, пока там все процедуры. Зейн мне пару раз рожу набьет, гоняя от тебя. Дадим ему еще полгода на то, чтобы смириться. Слышь, мелкая, а пошли за меня замуж, а? Ты хорошенькая, я не дурак. Заживем!

Я поджала губы, пытаясь укусить щеку с внутренней стороны, чтобы не рассмеяться. Мой бедный хвостатый зеленел от злости.

— Ну-у, — протянула Фиомия. — Вроде ты не козел. Не урод… Дядя Фуки, а вы что думаете?

— Думаю, милая, рановато тебе, восемнадцать виртуальных — не равно реальным. Ты все еще подросток. Но присмотрись. Человека видно по поступкам. Я вот думал, что трусоват наш парень, о шкуре своей лишь думает. А он удивил. Так что не спеши говорить ему нет. Но в женихи не принимай… Скажем, в друзья.

Зейн выдохнул и уперся лбом в мое плечо.

— Выжили? — шепнула я.

— Да, но так жутко, малыш, мне не было никогда. Хотя… еще далеко не все… Моя сестра по-прежнему в болванке. И мы так и не поняли, что искал здесь твой отец. Так что еще далеко не все. Но…

— Но мы выбрались, как ты и обещал, — я наконец снова улыбнулась. — Спроси меня, Зейн.

Он на мгновение призадумался и вдруг просиял:

— Выйдешь за меня замуж?

— Выйду, — кивнула и, потянувшись, оставила на его губах короткий, но многообещающий поцелуй.

Глава 63

Станция пылала. Черный дым облизывал прозрачный купол. Я стояла за спиной Зейна и, обнимая его, наблюдала за ярким заревом. Похоже, виной всему был тот самый последний выстрел дядюшки Фуки, потому как пылал нижний складской ярус. Видимо, туда сливалось все сырье из пролитых цистерн.

И теперь о будущем станции Глизе корпорация хорошенько так призадумается: а стоит ли с такими местными жителями здесь хоть что-то восстанавливать.

И да… Зейн все же удаленно влез в систему и открыл люки, соединяющие нижнюю часть исполинского сооружения с верхними. И теперь огонь, жадно облизывая трубы изнутри, стремительно переползал туда.

Где-то в глубине души мне даже было жаль этих восстающих из черных луж монстров.

Они ведь, по сути, свой дом защищают от нас. Это не они, а мы прилетели к ним. И, может, все, что сейчас происходит, к добру. Забудут про эту планету, похоронят все программы ее освоения и переключатся на какой-нибудь иной объект нашей галактики.

— Жу-у-утко, да? — шепнула Фиомия. — А я всегда мечтала на день рождения фейерверк увидеть.

Великий космос словно услышал ее слова. Одна из труб, видимо, получила повреждение, и из нее прямо на земную поверхность полилось горящее сырье. И все это брызгало под давлением.

— Тоже неплохо, — пробормотала она.

Я усмехнулась, примерно прикидывая, что можно подарить девчонке на восемнадцать лет. Себя вспомнила.

— Как только получишь свое тело, я тебя в честь этого дня протащу по магазинам. Лучшие шмотки, самые коротенькие платья, кофточки… Я так мечтала сама сходить, но…

— Не с кем было? — ее глазки довольно заблестели.

— И не с кем, и на карте мышь повесилась. Помню только, что купила себе пироженку с шоколадом и умяла ее в небольшой кафешке. Но ничего. Теперь нас двое, так что наверстаем.

— И карту Зейна возьмем, — закивала она.

— Лучше меня с собой возьмите, чтобы потом удар не случился от ваших коротких юбочек, — проворчал мой хвостатый.

— Тогда я с вами пойду, — громко шепнул Карлос. — Карта моя… Но платьица будут под самый зад.

— Убью, — рявкнул Зейн.

— Фиомия? — Карлос оскалился.

— Братик, не тронь моего друга, — мне его идея больше твоей нравится.

Наш белобрысый довольно поиграл бровями.

Нет, ну паразит высшего уровня. Он таки прощупал способ защиты от нашего грозного и ворчливого Зейна.

Его сестра.

Откуда только берутся ушлые такие? И главное — не скажешь ему ничего.

— Воды бы, — простонал из капсулы доктор.

Я быстро отошла от пульта и направилась к нему. Чувствовал он себя неплохо. Показатели все были в пределах нормы, но по самому низу графика проходили.

— И переоденьтесь уже, — проворчал он. — Все в утиль. Нечего на себе эти тряпки таскать.

— Сделаем, — закивала я, понимая, что в нем скорее страх говорит.

Обмакнув специальную медицинскую губку в стакан с водой, я приложила к его губам. Осторожно надавила.

В его темных карих глазах было столько благодарности. А мне нравилась сама мысль, что сейчас я спасаю чьего-то замечательного папу, который готов был с собственной смертью бороться, лишь бы его девочки не оказались там, где выросла я.

Подняв руку, пригладила его растрепавшиеся мокрые волосы.

— Не спринтер вы, док, — покачала головой. — Ой, не спринтер.

— Стыдно было прятаться на корабле, зная, что, возможно, кто-то не вернется. Крас тоже немолод. Я полагал, что вместе надежнее. Кто же знал, что я обузой окажусь.

— Любой мог ею оказаться. Я сама там на дрянь эту нарвалась. Спасла собственная реакция и выстрел Зейна. Так что лечитесь, доктор, времени у вас еще хватает.

Резкая боль ударила в висок…

Выдохнув, я выпучила глаза, не способная сказать ни слова.

— Эль, — голос доктора дрогнул. — Девочка.

Открыв рот, я медленно оседала на пол, чувствуя, как сознание уплывает.

Меня подхватили. Через неестественный гул в ушах прорвался звук падающего кресла. Мужской вопль.

Меня уложили. Виски нестерпимо жгло.

Перед глазами расплывались красные круги. Свет причинял боль…

Точка, и сознание померкло. Я стояла на платформе,