Земля: Выживание - Михаил Ран

Мужчина быстро подхватил рацию рукой, и уставшим голосом сказал:

— Ворон, зайди ко мне, срочно. — после чего откинул её на стол, и сел на один из складных стульев, чуть-чуть прикрывая глаза. — Илья, свободен пока что.

Парень немного постоял на пороге, как если бы хотел ещё что-то добавить, но только кивнул, и вышел за пределы штабной палатки, усаживаясь на какие-то ящики, стоящие совсем недалеко. Ветер шевелил полиэтилен, лежащий рядом с его ногами. А капли дождя, с некоторой обидой падали на его ладони. Ближе к кухне, кто-то в этот момент сильно закашлялся. А рядом с ним быстрым шагом прошла фигура, откидывая полог штаба, и скрываясь внутри.

— Командир, что случилось, только что ж встречались. — сказал Ворон, стоило ему только попасть внутрь.

— Проходи. — пригласил жестом Никаноров, и встав со своего места, очередной раз склонился над картой. — Вот по этой линии, обязательно, обращаю внимание, обязательно! — поднял он палец вверх. — Усилить всё направление, поставить растяжки. И на дальний пост выставить снайперов, чтобы держали зону под постоянным контролем.

— Сделаю, товарищ командир. Но что случилось? — задумчиво уточнил боец.

— Могут быть гости, видели очередное подобие банды, только что вернулись девятки, разведчики. Есть раненые. Подробности будут на вечернем собрании. — сухо сказал капитан.

Ворон понял что сейчас дополнительной информации не будет, и вытянулся по струнке. — Разрешите выполнять?

— Разрешаю. — бросил его командир, задумываясь над тем, что делать дальше.

Ночь легла на лагерь стремительно, как одеяло, утяжелённое намокшей ватой. Прожекторы за подтёками дождя поменялись на тусклые «ведра». Рассеянный свет мягко терялся в глубинах тьмы. По периметру шуршали двойки дозорных, тихо общающихся друг с другом, местами даже посмеиваясь.

В самом сердце лагеря ровно работали генераторы. Металл никогда не остывал и вздрагивал тонкими шипящими звуками, когда на него падали капли воды.

Кухня к этому моменту была закрыта, оставляя в темноте лишь небольшой проем, откуда тянулась линия света, и можно было ощутить тепло с забористым запахом специй. Где-то внутри храпел усталый повар, совсем без стеснения — этому тоже нашлось место.

Никаноров не спал, медленно вышагивая вдоль периметра. Его маршрут уже был привычным, и выверенным до автоматизма. Сначала по центральной части, затем медицинский блок. А за ним уже ворота, вышки и склад.

Он старался держать своих людей всегда в тонусе, заранее проверять их готовность к внештатным ситуациям. На каждом углу, где ему встречались караульные, они действовали вполне по уставу и по их внутренним правилам.

Капитан был доволен тем, как несли свою службу бойцы. С небольшой улыбкой мужчина слушал звук камней под подошвами, в них была какая-то иссохшая влага, ободряющая его этой ночью.

Но мысли, которые крутились в голове, ставили ему совсем не радостную «музыку». Недалеко от них шастали неизвестные. И, почти сто процентов, что эти «неизвестные», пришли сюда не с добрыми намерениями. Внутри мужчина надеялся, что они, увидев укрепленный лагерь, не рискнут сюда соваться. Но кто знает, что у придурков, пользующихся сложившимся хаосом, в голове?

— Командир? — окликнул его старый боец с вышки.

— Да, я это, я. — сказал Никаноров. — Что там у тебя?

— Тишина. Только метрах в ста пробегали пару теней, но уходили куда-то в сторону. — старик хмыкнул.

— Смотри в оба, не пропусти ничего. — сказал Валентин. — Предчувствие больно нехорошее.

Он прошёл ещё десяток шагов и остановился около высокой ограды. Его уши, привыкшие к одной и той же ночной симфонии, уловили слишком чуждую ноту для этой ночи. Гулкие хлопки из темноты, прямо напротив, буквально через улицу. Не было слышно других звуков столкновения, от этого становилось ещё тревожнее.

Он не на миг не задумывался, и что было сил закричал.

— Тревога! Всем в ружье! — и все вокруг завертелось. — Движение на западе, сектор три-два и три-три! Все по местам!

Сняв с пояса рацию, он четким и глухим голосом приказал:

— Ворон вместе со своей группой и группой Пальмы — ко мне, живо. У вас минута.

Лагерь вскинулся похожий на зверя. Бойцы зашевелились, следом понеслись один за другим доклады в оперативный центр. Защелкали предохранители на пулеметах, расположенных в ближайшей вышке.

Прожекторы работали на полную мощность, рассеивая тени неизвестности. Никаноров смотрел в сторону, где были выстрелы, надеясь, что у него прорежется рентгеновское зрение, и он увидит, что же там, за забором. Как вдруг прямо рядом с ним, напротив, раздалась стрельба, а рация на поясе стремительно ожила.

— Командир, докладывает пятый патруль, видят неизвестную группу людей!

— Брать живыми, если сопротивляются, стрелять на поражение. — Быстро ответил капитан оперативному центру, и повернул голову в сторону приближающейся команды Ворона и Пальмы.

Глава 23

Особо не вслушиваясь в то, что говорил Нюхач, я обратил внимание на вход. Дверь выглядела так, словно её пытались вывернуть наизнанку. Вмятины шли веером, а в глубине самого железа тянулись рваные шрамы, словно кто-то грёб когтями, не разбирая, где металл, где воздух.

На левой её части были четыре полосы, на правой всего одна, но выбитая почти до самых ребер двери. По краям виднелись засохшие подтеки какой-то темной жидкости. Я провел пальцами, ощущение было… холодное и шершавое.

— Открой, это я. — наконец решил поторопить коллегу, который с той стороны с охами и вздохами разбирал баррикаду.

За порогом щёлкнули замки, и грузные металлические останки дернулись с усилием в сторону. В утеснённый полумрак проёма высунулась знакомая скуластая физиономия. Нюхач выглядел хуже обычного: глаза красные, нижняя губа прикушена и из неё сочатся капли крови. На скулах заметна разбросанная усталость.

— Командир. — выдохнул он, быстро втягивая меня внутрь. Дверь шлёпнулась за спиной, а нагромождение вещей быстро возвращалось на свое место.

Коридор встречал знакомым запахом влажной ткани, к ней примешался легкий аромат спирта и пороха. Я снова прислушался к своим ощущениям, и почувствовал, что Аня лежит на том же самом месте, где я её и оставил до этого. Одеяло было поднято до подбородка, волосы мокрой россыпью разметало по подушке.

— С Аней все в порядке, вроде как… Точно могу сказать, что она жива. — проговорил Нюхач, замечая мое длительное молчание в ожидание ответа на вопрос. — Градусников нет, но температура упала, держу постоянный компресс.

На этот короткий доклад я только кивнул, и ещё раз посмотрел на дверь.

— Приходил кто-то очень злой, правильно? — решил уточнить, немного разряжая обстановку.

— Да странности какие-то. — неожиданно сказал мужчина. — Сначала все было как всегда. Внизу сновала всякая мелочь, я не высовывался. — перешел наконец Нюхач к теме, почесав переносицу костяшками. —