Бессмертный - Владимир Геннадьевич Поселягин

– Товарищ старший лейтенант, вы умете управлять американским «Хьюи»?

– Это «Ирокез» что ли?

– Ну да, он.

– Не, не умею.

– Плохо, пакистанцы прилетели на этом вертолёте. Мы слышали, но не видели, за этим спецура наблюдала. Генерал их интересует. А из других лётчиков кто умеет?

– Не уверен, мы об этом не говорили. Да и я в эскадрилье всего два месяца как.

– Ладно, связь будет, узнаю. Если что, сам за штурвал сяду. У меня опыта о-го-го сколько. Рулил из Кабула до Баграма на «Ми-два», лётчик давал. Ну хочу я его угнать, ни у кого такого трофея не было, а у моего взвода будет… Так, внимание, план готов, работаем быстро, через час нас тут уже не должно быть, по идее мы через час уже должны быть воздухе и возвращаться к нашим. Тем более через два часа стемнеет. Значит так, вот схему кишлака, командирам троек и командирам отделений изучить их. Как видите содержат наших не на окраине, а почти в центре кишлака. Чтобы добраться до нужного дома, нужно пройти четыре дома с подворьями. Работаем так, из автоматов «Вал» снимаем часовых, их семь, на рисунках места их нахождения указаны, разберите цели, по двое на каждую. Потом бежим со всех ног к окраине города. С нашей стороны два пулемётных гнезда, нужно двух бойцов, что проведут контроль штыками и разрядят оружие, сняв с пулемётов замки. Приложим к рапортам при возвращении. Штурмовой группе ликвидировать всех, я повторяю, ликвидировать всех, кого бы не увидели, включая гражданских, если оставить свидетеля, тот поднимет шум, сами погибнем, генералу не поможем. Поэтому все четыре подворья зачищаются штурмовыми группами бесшумными пистолетами начисто. У нас пять «АБС», и два «ПБ», приготовить их. Я иду в штурмовой группе, буду ею командовать. Зачищенные дома бросать нельзя, мы обратно через них возвращаться будем, в каждом будем оставлять по тройке бойцов. В первый, он отмечен единицей в кружочке, тройка рядового Басина, второе подворье тройка сержанта Гусева, третье рядового Иванова, и четвёртое тройка рядового Газаева. Штурмуем дом, где разместились командиры, он там выделяется, сразу увидите. На крыше один часовой, он одна из наших целей при первых выстрелах. Если повезёт и сработаем тихо, не насторожив других моджахедов, то уходим. Сомневаюсь, что выйдет, где-то да нашумим, или пропустим кого, в спешке же работаем. В общем, вытаскиваем наших из зиндана, там во дворе их несколько, точно больше одного, генерал в зиндане, и уводим за собой. Теперь Дауров, как мы рванём к окраине кишлака, устанавливаешь «АГС», и два пулемёта, это наше прикрытие при отходе. Пулемёты на флангах, это из гранатомётов можно над головами стрелять. Также одному снайперу отвожу задачу уничтожить всех у обоих вертолётов внизу. Там три духа на охране и пилот пакистанского вертолёта. Афганские лётчики в кишлаке, их там потчуют, осыпая благодарностями. Используй маскировочную накидку. Сигнал к открытию огня, как услышишь стрельбу в кишлаке. До этого молчишь. Да, не поленись, в каждого духа дополнительно по пуле отправь, не хочу неприятных сюрпризов, если кто из них вдруг оживёт. Потом прикрываешь вертолётную площадку. Когда сработает спецура не знаю, но прикрывать твёрдо обещали. Все всё поняли?

– Да. Да… – раздалось многоголосье.

– Это ещё не всё. По отходу из кишлака. Группу прикрытия не оставляем, мой зам на опушке леса это и есть прикрытие, поэтому покидаем кишлак и толпой, но рассредоточившись, изо всех сил бежим к лесу. При этом помогаем нашим освобождённым. Там наверняка есть поломанные при допросе. Тут соединимся с группой прикрытия, первое и второе отделение занимают оборону, ждём духов, те жаждой мщения попытаюсь нас нагнать атаковать, вот и накроем их тут на открытой местности. Третье отделение помогая пленным уходит дальше, прихватив нашего штурмана. Дальше они спускаются к вертолётам, грузятся на те два борта, на которых мы прилетели. Старлей ты может и хороший лётчик, но тех я видел в деле, ты наши вещи повезёшь, борт пустой будет.

– Хорошо.

– Наши вертушки подлетят, коих я вызову, также погрузимся в них. Насчёт пакистанского вертолёта решим, пока сам не знаю. В общем, бьём духов тут на поле, боеприпасов не жалеем, не обратно же их везти, и уходим к вертолётам. Духов, кроме тех что в кишлаке, вблизи нет, только одна зенитная точка на соседней горе, не помешают, садимся в вертолёты и улетаем. Это весь план, главное, чтобы освобождённые нас не задержали, поэтому третье отделение без промедления уходит дальше. Теперь готовимся. Бойцы с бесшумным оружием распределите цели и двигайте по лесу к опушке. Начало операции через пять минут… время пошло. А к вам товарищ старший лейтенант, у меня просьба. Вот фотоаппарат, трофейный, плёнка заряжена. Пользоваться умеете?

– В детстве посещал фотокружок, – кивнул тот, с интересом изучая фотоаппарат «Кодак».

– Тогда прошу вести фотосъёмку, как идёт операция, выбирайте кадры по ярче, хочу вести фотоальбом.

– Они же вроде запрещены?

– А мы никому не скажем.

– Тогда часть фото мне, и меня сфотографируйте. Хотя бы на один кадр.

– Договорились. Бойцов моих снимайте и меня.

– Хорошо.

После этого мы поползли к опушке. Парни сработали как надо, я отдал сигнал, покашляв, и захлопали автоматы. Чуть шумновато, но у кишлака нас точно не слышали. Отлично. Того часового на крыше я сам снял, повалился тот и не шевелился, дрон подтвердил. Ну а мы рванули. Было трое, что могли нас засечь из окон домов, но мой штурмовик разрывными иглами их снял. Причём выше по склону две отары овец и оттуда пастухи таращились на нас, но тут же исчезли в кровавых разрывах. Разрывные иглы вещь. Вот и стена из саманного кирпича, четверо бойцов встали к стене лестницей, и бойцы один за другим перепрыгивали через ограду. Ещё двое разбежались к пулемётным позициям, быстро работая ножами. Теперь с пулемётами возились. Я тоже запрыгнул во двор, трое душманов, что спали тут на коврах, уже были убиты, зачищались строения, часто слышались приглушённые хлопки, на пороге дома лежала мёртвая старуха, а у следующей стены снова лесенка уже стоит и новый рывок, и второй двор, тут восемь душманов, что прислушивались с удивлением. Я дал очередь из автомата снеся четырёх, остальных другие бойцы порешили. Даже закричать никто не успел, пара сдавленных стонов и всё. Зачислили и этот двор. Таким же способом и